видимости, был отбросами со всего округа.
– Не говори Лю Синю, что ты видел, – сказал он Тан Цзэмину. Тот кивнул, смотря в спину бредущей впереди женщине, и спросил:
– Как он?
– Справится.
Лю Синь приходил в себя урывками. Тяжелые веки приоткрылись несколько раз, прежде чем все вновь затягивало тьмой. Иногда он чувствовал прикосновения к своей шее, которые раз за разом погружали его в сон. Но даже несмотря на темные щупальца, усиленно тянущие его в сонное марево, Лю Синь упорно продолжал карабкаться из темноты. В глубине сознания он точно знал, что должен проснуться, и в то же время понимал, что темное небытие – его спасение.
Из последних сил вырвавшись из лап гнетущего небытия и преодолев шумящий в голове гул, Лю Синь кое-как сел, ощущая ломоту во всем теле, которая пульсацией концентрировалась в спине. Подняв кружащуюся голову, он перевел дыхание и оглянулся, стараясь сфокусировать взгляд. Увидев рядом сидящего мужчину в тусклых отблесках догорающих углей, он некоторое время смотрел на него, медленно моргая, прежде чем разум вспышками начали озарять воспоминания произошедшего.
Почувствовав панику, подкатившую к горлу, Лю Синь начал озираться по сторонам в надежде увидеть Тан Цзэмина. Но ни его, ни Гу Юшэна на вытоптанной зверем поляне не было. Смрад, до сих пор висящий в воздухе, окутал всю округу.
– Где Цзэмин? – хрипло спросил Лю Синь, повернувшись к мужчине и поднимаясь на дрожащие ноги. – Где он?
Молчаливый спутник глубоко вздохнул и открыл было рот, но его прервал треск веток с той стороны, в которую уже довольно давно ушел Гу Юшэн. Отведя в сторону тяжелые хвойные ветви, на поляну вышли три человека.
Разглядев в тусклом свете углей Тан Цзэмина, Лю Синь почувствовал, что только теперь может вдохнуть полной грудью. Не обращая внимания на боль в спине, он бросился вперед и тут же обхватил мальчика руками, прижимая к себе.
– Все хорошо, со мной все в порядке. – Тан Цзэмин успокаивающе погладил его по спине.
В ответ Лю Синь на миг сжал его крепче, после чего отстранился и внимательно всмотрелся в его лицо. Раззявленная устрашающая пасть монстра лязгнула где-то на краю сознания, заставив его мелко вздрогнуть. Лю Синь мотнул головой, силясь прогнать видение, и несколько раз моргнул, рассеивая морок.
Почувствовав на своей руке чужую, он опустил взгляд. Ни тени уродства или мрачной злобы не было на красивом лице мальчика. Синие глаза мерцали подобно звездам, а в голосе слышалась уверенность, когда он сказал:
– Все обошлось. То существо неопасно и не причинит нам вреда.
Осмотрев его с головы до ног, Лю Синь несколько раз открыл и закрыл рот, прежде чем сказать:
– Цзэмин, прости меня, я должен был заметить раньше… – зачастил он, чувствуя, как вина и страх затягивают влагой глаза и сжимают горло.
– Я правда в порядке и не был в опасности, тебе не нужно извиняться. – Тан Цзэмин потер шею и постарался успокаивающе улыбнуться.
Впервые увидев Лю Синя в столь разбитом состоянии и заметив цвет его лица, который был белее, чем луна над их головами, он глубоко втянул в себя воздух. Вид тревоги этого человека пробудил в сознании желание защитить, чтобы больше не видеть испуга в янтарных глазах. И вместе с этим породил ярое недовольство своей неспособностью справиться с опасностью на пути.
Опустив взгляд на свою руку, Тан Цзэмин чуть сдвинул брови к переносице. Сжав ладонь в кулак и ничего не почувствовав, он нахмурился еще больше.
– Как это не был в опасности? – смотрел на него во все глаза Лю Синь. – Та тварь… о Боги…
Вспомнив чудовище, которое он прижимал к себе неизвестно сколько времени, Лю Синь силился побороть желание вновь нырнуть в омут беспамятства.
Чувствуя, как подгибаются ноги, он был готов упасть на землю, как вдруг его внезапно дернули вверх.
– Смотри на меня! Дыши! – сурово рявкнул Гу Юшэн, встряхивая юношу за плечи.
Лю Синь распахнул глаза, глотнув воздуха.
– Твой страх вполне обоснован, – сказал генерал, – но сейчас найди силы прийти в себя. Совсем скоро мы выберемся отсюда, нам больше ничего не угрожает.
Отшатнувшись, Лю Синь глубоко вздохнул и провел рукой по лицу, словно стряхивая дурман.
Найдя в словах Гу Юшэна смысл, он почувствовал стыд и злость за проявленную слабость в такой момент. Лица его спутников отражали уверенность и спокойствие, словно для них не было неожиданностью встретить темную тварь на своем пути. Лишь он один пребывал в раздробленных чувствах, впервые столкнувшись с тем, о чем раньше только читал.
Силясь справиться с никак не желающей отступать паникой, он вновь опустил взгляд на Тан Цзэмина, который уже смотрел на него. Решив, что мальчик, вероятно, считает его слабаком, Лю Синь почувствовал укол стыда. Однако глаза Тан Цзэмина не выражали ни тени укора, светясь все тем же внутренним светом, направленным на него.
Оглянувшись по сторонам, Тан Цзэмин сказал:
– Страх – нормальное явление, его не нужно стыдиться. Должно быть, все те, кто угодил в лапы этого леса, тоже испытывали перед ним ужас. И даже сейчас они напуганы до смерти.
Растерянно моргнув, Лю Синь кивнул и тоже оглядел всю поляну. Остановившись на громадном мертвом чудище, он тут же отвернулся. Рев беснующегося животного до сих пор эхом отдавал в голове, однако слова Тан Цзэмина немного успокоили бушующий в нем ужас.
Свежий поток ветра прорвался сквозь ветви, сметая собой гарь и вонь крови. Луна продолжала заливать всю поляну белесым призрачным светом.
– А это еще кто? – нахмурился Лю Синь, увидев женщину, стоящую чуть поодаль.
– Не сейчас… – начал Гу Юшэн.
– Я… это я забрала мальчика, – тихо сказала травница, перебив генерала и во все глаза смотря на юношу.
– …Что ты сказала? – наклонив голову, недоверчиво спросил Лю Синь. Почувствовав сменяющую страх злость, он сделал шаг ближе.
Женщина нервно сжала подол своего рваного серого халата. Растрепанные волосы колыхались на слабом ветру. Она выглядела жалкой и беспомощной в тусклом свете углей, однако без страха смотрела на подступающего Лю Синя, хотя понимала, что ее, возможно, ожидает.
Все было словно во сне. Вслед за чувством ярости на Лю Синя внезапно накатила усталость, однако признание незнакомки неотступно толкало его вперед.
Видя, как Лю Синь надвигается на нее с посеревшим лицом, Тан Цзэмин подхватил его под руку и развернул к себе.
– Она хотела помочь. Я все объясню позже, ладно? А сейчас давай просто уйдем отсюда.
Его спокойные глаза привели Лю Синя в чувство больше, чем тряска и крик Гу Юшэна. Выдохнув и ладонью проведя по волосам Тан Цзэмина, он кивнул и повел его к лошадям, не желая больше задерживаться в этом гиблом месте.
Весь последующий путь они медленно продвигались сквозь лес за женщиной, указывающей дорогу. Серый силуэт мелькал впереди, иногда наклоняясь, чтобы сорвать очередное растение, попадавшееся им на пути.
Лю Синь тяжело дышал, постепенно начиная приходить в себя. Удушающий страх наконец отступил, и на его место пришло желание как можно скорее выбраться из этого проклятого места, едва не лишившее его рассудка.
Когда вдалеке показались проблески света, Лю Синь почувствовал волну небывалого облегчения. Спертый лесной воздух стал разбавляться сладким дуновением полевых цветов. К тому времени рассвет уже наступил.
Женщина остановилась, завидев огни, и повернулась к всадникам:
– Дальше я не пойду, – сказала она, опустив голову, после чего подошла к лошади Лю Синя.
Взглянув на нее с опаской, тот чуть поджал губы и вцепился в поводья, желая погнать лошадь вперед. Травница оторвала от своего подола полоску ткани и перевязала небольшую охапку растений, после чего протянула ему.
– От… ушиба, – качнула она головой, все так же глядя в землю.
Лю Синь отвернулся и хотел было продолжить путь, но рука Тан Цзэмина внезапно потянулась и взяла небольшую вязанку.
– Спасибо, – благодарно кивнул он женщине, когда та подняла на него глаза.
Лю Синь выждал еще мгновение и подстегнул лошадь, ведя ее галопом в сторону света.
– Просто жди, – тихо сказал Гу Юшэн, проезжая мимо травницы вслед за Тан Цзэмином.
Вскоре все трое устремились вперед, оставляя во тьме женщину,
