Г. Б. Слиозберг подробно изложил суду положение еврейского вопроса в России за последние десятилетия. Он категорически заявил о подложности «Протоколов» и о том, что никаких сионских мудрецов никогда не было.
Его показания, как авторитетного лица по еврейскому вопросу, лица, пользовавшегося широкой известностью в России в еврейских кругах, подтверждали показания других свидетелей, говоривших против «Сионских Протоколов», и произвели сильное впечатление на суд.
— «Евреи, после всего пережитого в конце прошлого столетия, думали не о заговорах и не о порабощении себе мира. Вопрос о кошерном мясе был для них ближе».
— «Общественное мнение и правительство «Сионскими Протоколами» не интересовалось, — ими не интересовалось даже «Новое Время», не взирая на свой антисемитизм».
— «Протоколы» — фальшивка, сфабрикованная с целями антисемитизма и, вообще, общей реакционной политики. К созданию их, конечно, причастны pyccкие охранники».
— Записка «Тайны еврейства», опубликованная им, Слиозбергом, два раза должна была быть, в 1890–х г. г., подана царю, но подана, очевидно, не была. Рукой одного из министров на ней была сделана надпись: "Ответить, что докладывать его величеству не усматриваю необходимости, ввиду излишнего и неосновательного пессимизма».
В 1909 г. Столыпин на этой записке сделал две заметки: «Может быть, логично, но предвзято» и «Способ противодействия для правительства совершенно недопустимый».
Д–р Мейер–Ебнер
Д–р Эбнер, румынский депутат, лидер сионистов, участвовавший на всех заседаниях 1–го конгресса в Базеле в 1897 г.
{131} — «Единственным содержанием всех речей на конгрессе было создание национального очага в Палестине».
Свидетель торжественно заявляет, что заседания Конгресса были публичны, не было и не могло быть в Базеле никаких тайных собраний, о которых говорится в «Протоколах», и не было никаких других протоколов, кроме тех, которые представлены в суд, о базельском конгрессе.
П. Н. Милюков
Проф. Милюков, известный русский публицист и. историк, автор многих научных работ в Poccии до революции и в настоящее время, на разных языках, редактор наиболее распространенного заграницей русского органа «Последние Новости». Голос этого общественного деятеля с европейским именем, несомненно, имел большое значение.
Судья. — Вы сами не еврей?
— «Нет, я старого дворянского происхождения. В моей генеалогии значится, что мой предок явился в 14–м веке из Пруссии»…
Судья. — Я задал Вам этот вопрос, чтобы предупредить постановку его другими.
В зале раздается смех, улыбаются даже и подсудимые.
Судья. — Каково было отношение царского правительства к евреям?
— «За немногими исключениями при Александр II, как правило, правительство (но не общественное мнение) было настроено враждебно по отношение к евреям. Для моего поколения не существовало различия между евреем и неевреем».
Адвокат обвинения. — Считаете ли вы возможным добросовестно защищать достоверность «Протоколов»?
—«Не только историк по профессии, но и сколько–нибудь вообще серьезный и добросовестный человек не может, по моему мнению, допустить достоверность "Протоколов», особенно после всего того, {132} что стало известно об их происхождении. До 40 процентов «Протоколов» прямо списано из французской книжки Жоли. Но характеристика «макиавеллизма» Наполеона III y Жоли была слишком тонка для полицейских составителей «Протоколов».
Когда говорят о «гениальности протоколов», имеют в виду именно то, что написал Жоли в своей сатире. Те, которые у него списывали, не всегда даже хорошо понимали смысл и особенно цель им сказанного. Авторами «Протоколов» не были ни Бутми, ни Нилус, ни Крушеван; они получили готовую компиляцию русских полицейских агентов и ею воспользовались».
— «Протоколы» предназначались для узких придворных кругов, как средство воздействия на царя. Только после революции их стали пробовать, хотя безуспешно, распространять в русских массах. Косвенное влияние «Протоколов», правда, несомненно в погромном движении. Но они распространялись не среди солдат, для которых были недоступны, а лишь среди офицеров и генералитета. В этом смысле настроение «Протоколов» могло содействовать погромам и деморализации армии Деникина, тем самым способствуя косвенно победе большевиков».
Д–р Эренпрейс
Д–р Эренпрейс — главный раввин в Стокгольме — один из видных еврейских мыслителей и писателей. Он произвел глубокое впечатление на суд и своим волнением, и искренностью.
— «Протоколы» не соответствуют ни духу Герцля и Ахад Гаама, ни духу сионизма. Это — извращение еврейского духа и всей истории еврейского народа».
— «Пред свободным судом культурной страны идет спор о чести еврейства. Еврейский народ в целом и каждый еврей в отдельности оскорблены в своем достоинстве… Последующие поколения сочтут позором 20–го века, что явно мошенническая и идиотская выдумка могла подчинить своему влиянию миллионы людей»…
— «Наши протоколы, подлинные протоколы {133} еврейства, это — Библия и «Пророки», в частности Исайя и Миха, пророчествовавшие о социальном и конфессиональном равенстве и мире всего мира».
— «Герцль, которого антисемиты хотят выставить главой сионских мудрецов, был сторонником полной легальности в сионистском движении и всегда настаивал на том, чтобы в сионизме не было ничего тайного».
— «Ему приходилось получать аудиенцию и сочувствие сионизму от таких чуждых для евреев людей, как Абдул Гамид, Плеве, Вильгельм II».
— «Ахад Гаам был противником политического сионизма. На Палестину смотрел, как на духовный центр или как на еврейский Ватикан.
Он — один из видных еврейских мыслителей и писателей, но формально не был сионистом».
— «Протоколы» не соответствуют ни духу Герцля, ни Ахад Гаама, ни духу сионизма. Это фальсификация еврейства, еврейского духа, всей еврейской истории».
Д–р Фарбштейн
Д–р Фарбштейн — адвокат из Цюриха и член Национального Совета. Он тоже участник Базельского конгресса и утверждает, что «Протоколы» подложны и нет никакой связи между юдаизмом и фран–масонством.
М. Тоблер
М. Тоблер — выдающейся член швейцарских масонов. Он заявляет, что не существует никаких отношений между юдаизмом и фран–масонством. Швейцарские ложи не являются антисемитскими, хотя в них очень мало евреев, а есть много немецких лож, закрытых для евреев.
Д–р М. Боденгеймер
Д–р М. Боденгеймер — из старых сионистских деятелей, бывший председатель сионистских организаций в Германии. Он принимал участие на Базельском {134} конгрессе., Но в первый раз прочитал «Протоколы» только за несколько дней пред процессом, а до тех пор про них только слышал.
Д–р Вельти
Вельти — фран–масон. Подтверждает показания Тоблера.
Ф. Зильбер, д–р Г. Дитрихс и д–р Цоллер
Зильбер и Дитрихс были стенографами на Базельском конгрессе, а Цоллер был там, как корреспондент.
Заявления всех этих трех сводилось к тому, что никаких секретных заседаний в Базеле не было.
Д–р Альфред Цандер
Затем выступил единственный свидетель со стороны обвиняемых —д–р философии А. Цандер, редактор антисемитского органа «Железная Метла», один из самых видных пропагандистов идей Гитлера в Швейцарии по еврейскому вопросу.
Он огласил свою статью, помещенную им в «Железной Метле» в защиту подлинности «Протоколов». Говорил, как фанатик, с жаром, с ненавистью к тем свидетелям, кто выступал на суде.
— «Я — антисемит по убеждению и происхождению… Я убежден, что «Протоколы» соответствуют подлинной истории еврейской мировой политики. Это — вековая линия от Ветхого Завета до Ратенау[18]. Я не могу понять, как по поводу издания «Сионских Протоколов», которые в течение 14 лет расходились в Германии и других странах в сотнях тысяч экземпляров, не было до сих пор возбуждено преследование против их издателей, если это издание подложное».
— «Верующие никогда не допустят предположения, что Евангелие не подлинно, даже в том случае, если им докажут, что источниками его являются другие писания. Это можно сказать и о «Протоколах».
Цандер только повторил о «Протоколах» то, {135} что до тех пор распространяли антисемиты. Но он совершенно уклонился от ответа свидетелям, разоблачавшим перед ним их подлог.
———
После показания д–ра Цандера было заявлено, что со стороны обвиняемых больше других свидетелей нет. А между тем, было известно, что обвиняемые имели ввиду выставить ряд свидетелей. Недавно в книге Васа были приведены имена свидетелей, которых обвиняемые имели ввиду выставить и от некоторых уже были получены письменные заявления. Все это были хорошо известные pyccкие и иностранные реакционеры и антисемиты, как Н. Марков, ген. Нечволодов, кн. Горчаков, несколько начальников охранных отделений и чиновников Департамента полиции, сын Рачковского и т. д. Но по понятным причинам, обвиняемые не решились их выставить. Давая свои показания в присутствии представителей прессы, они на суде стояли бы как у позорного столба.
