Читаем без скачивания Хвост судьбы (сборник) - Лана Мациевская

«Но мячик – это гораздо, гораздо увлекательнее! И вообще, какое существо на земле может быть более милым и прекрасным, чем пудель?»

«Какое?! Вот я сейчас подойду к зеркалу и покажу тебе, то есть самому себе, кто самый лучший!»

Оборотень подбежал к большому старинному зеркалу, висевшему в прихожей, оскалил пасть и глянул в запылённое стекло. Такого потрясения он не испытывал даже в тот момент, когда впервые осознал себя страшным оборотнем! Из зеркала на него смотрел, забавно виляя курчавым хвостиком, маленький абрикосовый пудель с трогательной взбитой чёлочкой и бантиками на ушах.

…Рудольф Кесслер едва оправился после тяжёлого гриппа (врачи говорили, что от высокой температуры у него даже был бред) и впервые вышел на улицу прогуляться. На соседнем дворе его давний враг, пудель Пьеро, гонялся за любимым потрёпанным резиновым мячиком. Увидев Рудольфа, пёс перестал играть и настороженно потянул носом воздух. Рудольф подошёл вплотную к забору и прошептал:

– «Отныне мы с тобой не враги, а друзья. Ведь мы оба собаки. Только ты Пьеро солнечный, а я… лунный. Кода я найду свой потерянный мячик, мы с тобой вместе поиграем в него, хорошо?»

И пудель, словно поняв своего бывшего врага, первый раз дружески вильнул ему хвостом…

Преступление века

Гости съезжались на дачу… Нет, к Пушкину дальнейшие события не будут иметь ровным счетом никакого отношения. Гости съезжались к новой королеве подиума, звезде столичного мира высокой моды Еве Гефсиманской (по паспорту Галине Колыбан), только что вернувшейся из Милана, где она произвела фурор на показах последней коллекции «Весна – лето 2008». Свой приезд она решила отметить узким кругом в загородном доме в подмосковном Ильинском. И совершенно случайно в этот «ближний круг» попала и я, корреспондент журнала «Разум, тело, дух» Анастасия Путилина. Между прочим, семейная легенда гласит, что среди наших предков был знаменитый начальник Петербургской сыскной полиции Иван Дмитриевич Путилин, но в истории я не сильна и вообще не уверена, что такой человек существовал в действительности.

Я была вызвана в кабинет главного редактора и получила очередное срочное задание – взять у Гефсиманской интервью. Честно признаться, я расстроилась. Почему посылают меня? Я веду колонку, посвящённую искусству, беру интервью у известных писателей, артистов, художников. Конечно, среди них попадаются, мягко говоря, не самые приятные личности, но, по крайней мере, всегда знаешь, что, если разговор «о личном» не складывается, можно перевести его в русло их профессии, записать рассуждения «о высоком и вечном» и таким образом «спасти» ситуацию. Но о чём, простите, разговаривать с моделью? О влиянии модных тенденций Гуччи на… да всё равно на кого! В моде я ровным счетом ничего не понимаю и открыто считаю, что серьёзно относиться к «тряпкам» просто недостойно мыслящего существа. К тому же я была уверена, что Гефсиманская обязательно окажется, простите, стервой и дурой.

– Хохлова в отпуске, материал нужен срочно. Не мужчин же мне посылать. Поедешь ты, и точка! – решительно прервал все мои возражения главный.

Телефонный номер Гефсиманской я набирала с тяжёлым сердцем. Трубку долго никто не брал, но наконец я услышала высокий, почти детский голос.

– Какой журнал? «Разум, тело, дух»? Анастасия? Минуту подождите, моя собака схватила брелок от мобильника. Сейчас я отстегну его…

Собака? У неё есть собака? Я почувствовала настоящее облегчение. Вот та спасительная тема, на которой можно построить интервью. Дело в том, что я самозабвенно обожаю собак. Зная эту мою страсть, коллеги по работе два года назад подарили мне щенка мопса, получившего звучное имя Рудольф Второй. Мой мопс был назван именно так, с одной стороны, в честь загадочного императора Рудольфа II Габсбурга (взгляните на портрет любого Габсбурга и согласитесь, что мопсы, с их характерной внешностью, весьма напоминают представителей этого королевского рода), а с другой – пёс действительно был у меня вторым: первый скончался незадолго до появления в моей жизни Руди.

– Приезжайте сегодня вечером в мой загородный дом, – вывела меня из задумчивости Гефсиманская, – не по телефону же вы будете меня допрашивать? Времени встречаться специально у меня нет, а так вы и отдохнёте, и материал получите. И ещё. Если у вас есть собака, обязательно привезите её. У вас кто? Мопс? Мальчик? Замечательно! Будет моей Джессике компания.

А она, оказывается, совсем и не стерва. Не ломалась, сразу пригласила к себе, да ещё и собак любит. Может, всё не так страшно и я с блеском выполню задание?

В назначенный час я стояла у ворот роскошного особняка, прижимая к груди недовольно сопящего Руди: ему очень не нравится, когда его сгоняют с любимого дивана и везут неизвестно куда и неизвестно зачем в душной и тряской машине. А вдруг к ветеринару на очередную прививку?

Первое, что мы услышали, был высокий заливистый лай, такой же «детский», как и голос хозяйки, которая шла нам навстречу, неся на руках свою Джессику, оказавшуюся йоркширским терьером. Как и положено «гламурной» собачке, на её голове красовался розовый бант, усеянный блёстками.

– Какой у вас очаровательный уродец! – приветствовала нас Ева.

Уродец?! По моему глубокому убеждению, мопсы самые трогательные, умные, милые и прекрасные собаки. И тот, кто считает иначе, просто достоин жалости! Вслух я, разумеется, этого не произнесла.

– Вот йорки – это воплощённое изящество, – продолжала модель. – И тот, кто думает по-другому, абсолютно лишён вкуса и чувства прекрасного. Не правда ли?

Скрепя сердце я поспешила согласиться – надо же было расположить к себе звезду. Но в душе опять поселилась стойкая уверенность в том, что мы не найдём общего языка. Одно имечко её «собако-кошки» чего стоит!

– Вот, знакомьтесь. Мои подруги Оксана и Анжелика. Оксана занимается разведением йорков, но моя Джессика – член более элитного клуба, – сообщила Ева. – Без обид! – тут же обратилась она к помрачневшей Оксане и добавила: – Анжелика тоже модель, но интервью вы будете брать не у неё, а у меня! Ха-ха-ха! – Анжелика не подала виду, что слышала последние слова Евы, а та продолжала: – Павел, муж Анжелики. А это Игорь. Он, как и вы, здесь по долгу службы. Уговаривает меня подписать годовой контракт с его фирмой. Ни за что! Но к чёрту работу, давайте веселиться!

Стремительно смеркалось, Игорь предложил отметить начало праздника торжественным салютом.

– Я с собой несколько петард привёз. Думал отпраздновать фейерверком заключение контракта. Но раз не судьба, не пропадать же им!

Идея всем очень понравилась. Я покосилась на Руди, бегавшего по саду и изучавшего незнакомую обстановку. Прекрасно зная, что салюта мой умница не боится, я успокоилась.

Отгремели последние залпы, вся компания потянулась в дом.

– Джессика, ко мне! Где ты, девочка? – позвала Ева. Но собачки нигде поблизости не было видно.

Я огляделась по сторонам. Руди тоже куда-то подевался. «Наверное, они убежали за дом, подальше от такого грохота», – подумала я, взяла со стола оставленный кем-то карманный фонарик, так как ради пущего эффекта во время салюта в саду потушили всё освещение, и, завернув за угол, очутилась перед баней. Оказывается, Ева Гефсиманская (она же Галина Колыбан) обожала настоящую русскую баню, предпочитая её модным саунам. К задней стене бани притулилась поленница с дровами. Возле неё я и обнаружила своего мопса. Он был занят очень странным делом: издавая сдавленные всхлипывающие звуки, Руди, как мне показалось, самозабвенно пытался своей курносой мордочкой запихнуть что-то между дровами. Мопс никогда не делал «заначки», мгновенно поглощая всё съедобное, до чего только мог дотянуться. Поэтому я очень удивилась, увидев как Руди старается что-то спрятать в дровах. А звуки… Конечно, мопсы хрюкают, сопят, храпят, наверное, и всхлипывают. Вот только мне от него подобной «арии» слышать ещё не приходилось.

– Эх ты, джентльмен! Помог бы лучше поискать свою барышню! – попеняла я Рудику. Увидев меня, он с ещё большим рвением начал «закапываться» в дрова.

– Немедленно прекрати! Ко мне! – приказала я собаке, и пёс вынужден был подчиниться. Подбежав, мопс сделал попытку тут же снова кинуться к поленнице, но был пойман и взят на руки. Всю дорогу к дому обычно спокойный и флегматичный Рудик отчаянно рвался на свободу. Я впервые видела его в таком возбуждённом состоянии. Входя на террасу, мы услышали повышенные голоса, а ещё через мгновение меня чуть не сшибла с ног выбежавшая вся в слезах Оксана.

– Ни минуты здесь больше не останусь! Надо же! Обвинить меня в похищении её собаки! Да в мой питомник сейчас таких кобельков из Испании привезут! Такой элитный помёт будет, что её несчастная собачонка вообще больше на выставке ни одной медали не возьмёт!

Не успели мы с Руди подняться на последнюю ступеньку, как опять пришлось спешно посторониться. Поддерживая под руку Анжелику, мимо нас промчался Павел, на ходу утешая супругу: