Читаем без скачивания Дамы любят погорячее - Светлана Алешина

— Поэтому, — продолжала я, чтобы только не молчать, — мы сейчас встречаемся с людьми, с которыми Игорь Александрович проводил последние сутки своей жизни, хотим восстановить цепь событий и таким образом, возможно, раскрыть преступление…

— Преступление… — эхом откликнулся Яблочкин.

В этот момент, как нельзя кстати, появилась секретарша с подносом и, ловко расставив на столе кофейные принадлежности, удалилась. Это заняло не больше пяти минут, но, похоже, даже такая маленькая передышка пошла нам обоим на пользу. Анатолий Сергеевич, предложив мне кофе, улыбнулся и немного расслабился.

— Что ж, чем смогу, тем обязательно помогу. Что именно вас интересует?

— Спасибо, — поблагодарила я. — Знаю, что вы вместе ужинали накануне его смерти…

— Да, я приглашал Игоря с его подругой и Михаила Селезнева тоже, соответственно, с подругой к нам с женой. Дело в том, что буквально на этой неделе мы собирались подписывать несколько важных документов, касающихся нашего партнерства, поэтому я был просто… фигурально выражаясь, убит, когда узнал о случившемся с Игорем Александровичем. — Мой визави выразительно покачал головой. — Это оказался очень сильный удар для нас с Михаилом… — Он помолчал, затем продолжил: — А что касается ужина, то все было, — он пожал плечами, — вполне обычно. Игорь с Мариной немного задержались, и поэтому сразу же мы сели за стол, как только они приехали. Поужинали, посидели еще с часок у нас, а потом разъехались по домам. Игорь нас предупредил, чтобы мы смотрели на следующий день вашу передачу, он так гордился Мариной… — Яблочкин вздохнул. — Я не видел, к сожалению, но смотрела моя жена.

— Простите, а с вашей женой я могла бы встретиться? — спросила я.

— Да, думаю, что она бы согласилась дать вам интервью, но только сейчас ее нет в городе. Она профессионально занимается фотографией и сейчас уехала на выставку в Москву, но полагаю, что не пробудет там долго. Вы можете позвонить нам в конце недели, возможно, в воскресенье она уже будет дома.

— Анатолий Сергеевич, а больше вы с Игорем не встречались? Ну, на следующий день?

— Нет, — покачал он головой. — Мы должны были встретиться в понедельник. Это как раз касалось документов, но в пятницу мне позвонила Марина и рассказала о случившемся.

— Все ясно, — проговорила я. — Знаете, сейчас в связи с тем, что мы проводим свое расследование, милиция тоже, возможно, начнет принимать какие-то меры, так что вполне вероятно, они захотят с вами пообщаться. Игорь ведь был отравлен, причем установлено, что отравить его могли только вместе с пищей.

— Да, я слышал об этом, — сказал мой собеседник, и его приятное лицо даже не дрогнуло. Потом он легко усмехнулся и добавил: — Вероятность того, что это случилось на том ужине, у нас, мала. Потому что все мы сидели за одним столом и никто из нас его не покидал. Ужин готовила моя жена, она великолепно готовит, и в том, что она как-то причастна к отравлению…

— Нет-нет, Анатолий Сергеевич, — поспешно произнесла я. — Ничего подобного я не имела в виду… Но все же разрешите задать один вопрос, касающийся вашей жены.

— Задавайте, — разрешил он и прищурился.

— Скажите, они с Игорем не были знакомы раньше?

— Да, кстати, забавно, что вы об этом спросили, — усмехнулся он и снова прищурился. — Вы знаете, выяснилось, что Лара и Игорь учились в одном институте, хотя ни он, ни она не виделись уже десять лет. Игорь был очень удивлен, а уж что говорить о Ларе… — Его усмешка переросла в широкую улыбку.

Я тоже очень удивилась, потому что ни о чем подобном Марина даже не упомянула. Почему же она не сказала, что Игорь был знаком с Ларисой и раньше?

— Вообще-то, — между тем продолжал Яблочкин, — мы хотели познакомить наших женщин друг с другом. Отчасти это и была причина, по которой мы решили собраться в неформальной обстановке. Пару месяцев мы плотно общались на деловой основе, и отношения, сами понимаете, постепенно переросли просто в приятельско-партнерские. И мы решили наконец познакомить и наших спутниц в расчете на длительное, так сказать, сотрудничество… — Он снова вздохнул. — Да, человек предполагает… — произнес он тихо, не закончив фразы.

— Что ж, большое спасибо, — поблагодарила я, чувствуя, что вряд ли узнаю что-то большее. — Я позвоню вам в выходные. И потом, скоро у нас закончится подготовительный процесс, и мы, полагаю, должны встретиться, чтобы снять интервью. Как вы?

— Я согласен, иначе зачем бы я приглашал вас сегодня, — улыбнулся Яблочкин и приласкал меня взглядом. — Но, прежде чем такая очаровательная женщина покинет мой кабинет, хочу высказать просьбу.

— Да, я слушаю. — Я тоже улыбнулась.

— По какому принципу вы отбираете героинь для вашей передачи? — спросил он.

— Ну, — пожала я плечиком, сразу сообразив, куда он клонит, и даже поняв, почему именно он решил со мной встретиться, — по самому простому. Мы задаемся вопросом, будет ли история, рассказанная нашей героиней о своей жизни, интересна зрительницам. Вот и весь принцип.

— Что ж, в таком случае, вам, возможно, правда стоит познакомиться с моей женой. Поверьте, ее история довольно интересна и даже, я бы сказал, поучительна. Лара сильный человек, и она многое претерпела, несмотря на то, что ей всего двадцать восемь лет.

— Что ж, я всегда согласна познакомиться с интересной женщиной, тем более если она сама этого хочет.

— Полагаю, она согласится, — коротко ответил он.

— Тогда вопрос решен, — улыбнулась я. — Я позвоню вам, хорошо?

— Да, конечно. — Он поднялся из кресла, чтобы проводить меня. А когда мы подошли к двери его кабинета, он снова поцеловал мне руку и сказал своим мягким ласкающим голосом: — Вам очень идет серый цвет. Кстати, именно этот оттенок любит и моя жена.

— Что ж, тогда, полагаю, мы сойдемся, — приветливо улыбнулась я. — До свидания.

— Всего хорошего, — поклонился он.

Я вышла из кабинета и только теперь позволила себе задуматься над вопросом, почему же Марина не сказала мне о том, что Лариса Яблочкина с Игорем Смеловским были знакомы и прежде?

«Впрочем, что в этом такого? — тут же спросила я себя. — Разве так редко бывает, что люди, учившиеся вместе… Но ведь Игорю было тридцать, а Ларисе, как только что сказал ее муж, двадцать восемь. Ну, может, они просто общались в студенческие годы, — в итоге решила я. — Так вот, — продолжила я рассуждения, спускаясь вниз по лестнице, — вовсе не редкость, когда бывшие приятели, не видевшиеся десятилетиями, однажды снова встречаются».

Я вышла из трехэтажного здания и пошла пешком, мне просто захотелось пройтись. Конечно, возможно, во встрече Ларисы и Игоря ничего такого и нет. Может, между ними и никаких отношений не было, а так, просто знали друг друга, может, общались в одной компании… И все же, чем больше я пыталась себя убедить, что ничего такого в этом нет, тем больше мне не нравилось, что Марина ни словом об этом не обмолвилась. И потом, где учился Игорь? Я ведь так и не знаю ничего о его прошлом. То, что его лицо сразу показалось мне подозрительно знакомым, меня теперь только еще больше настораживало. Я решила, что нужно срочно разузнать о его прежней жизни и о том хотя бы, где он учился. Я собралась было позвонить тут же Марине, но передумала, отложив наш разговор до личной встречи. Признаюсь, я даже несколько недоумевала: что же это такое, я тут из кожи вон лезу, пытаюсь разузнать правду, а она мне даже не помогает!

Не знаю, до чего бы я додумалась в итоге, потому что когда я обижаюсь, то имею ужасную и отвратительно-порочную склонность припоминать все, вплоть до самых мельчайших деталей, имевших место уже сто лет назад: я все это выволакиваю из памяти и начинаю с мазохистским удовольствием наслаждаться своей обидой. С этим ужасным пороком я борюсь изо всех сил, но иногда, как выражается дочь одной моей приятельницы, у меня просто планка падает, и тогда… Благо на этот раз от мазохистских экзерсисов меня спас телефонный звонок. Оказалось, это второй новый партнер Игоря по бизнесу.

— Ирина Лебедева? — спросил он. — Это Михаил Селезнев.

— О, — проговорила я. — Хорошо, что вы так скоро перезвонили.

— Да, — хмыкнул он. — Вы хотели встретиться? О чем-то поговорить?

— Да, если можно, — произнесла я.

— Можно, как раз сейчас у меня есть свободное время, говорите куда, я подъеду.

— А где вы находитесь? — Я подошла к перекрестку и посмотрела на название улицы.

— Я на Радищева, — сообщил он мне.

— Тогда вы совсем рядом от меня, я на Горького.

— Правда? — немножко удивился Михаил. — А где именно?

— Горького и Челюскинцев, знаете, где этот перекресток?

— Вполне, — заверил Селезнев. — Подождите меня, я минут через пять буду там.

— Хорошо, а какая у вас машина? Ну, чтобы мы друг друга узнали…