— Скорее всего будут, — решил Майк. Знакомо ли «им» огнестрельное оружие? Существует ли оно там? А может быть, «им» известно другое, но схожее с нашим вооружение? Однако, если учесть, что «они» могут беспрепятственно переходить сюда и возвращаться обратно, то надо предположить, что «они» могли перетащить к себе и наше оружие.
Вечерняя заря совсем угасла. И Майк подбросил новую охапку веток в костер. Пламя ярко вспыхнуло и в воздух взвилась стайка огненных искр. Повинуясь неосознанному импульсу, Майк снова взглянул в сторону длинной столовой горы, из-за которой прошлой ночью выбивалось необычное сияние. Теперь она зловещей глыбой чернела в темноте.
Немного ближе, по другую сторону реки, высилась еще одна гора. Майк сразу же узнал ее очертания. Когда-то там был прииск, но предприятие это долго не просуществовало, оказалось нерентабельным.
В ящике для продуктов нашелся и хлеб. Майк сделал сандвичи с мясом. Когда кофе был готов, они с Каваси уселись на пороге развалин. И тут он снова вспомнил о киве. Наверное, сейчас она осталась слева от него. Майк попытался вспомнить, что же ему рассказывал о ней Эрик.
— Мне страшно, — вдруг сказала она. — А вдруг «они» придут?
Майк пожал плечами.
— Не бойся, держись позади меня. Я сам справлюсь, — попытался он успокоить девушку.
— Ты не знаешь, «они» могут… могут сделать тебя беспомощным. И «они» злые, «они» зло! — предупредила Каваси.
Майк подбросил веток в огонь, протянул ей тарелку с сандвичем и чашку кофе. Они сидели бок о бок. Майк не спеша потягивал горячий кофе, который сейчас казался ему на редкость вкусным. Вечер был холодный. Кофе согревал. Оба молчали. Одновременно Майк зорко вглядывался в темноту. Все его чувства были обострены до предела. Он медленно жевал сандвич и был уверен, что в тишине от его внимания не ускользнет даже самый легкий шорох. Он скосил глаза на Каваси. Девушка была очень красива. Но ее красота не была вызывающей, она не бросалась в глаза.
— А там, — нарушил молчание Майк, — ты живешь в доме?
— «Доме»? — Каваси, казалось, была озадачена. — То, где я живу, называется пещерой, — наконец пояснила она. — Там жили древние. Ведь нам приходится скрываться. «Они» ищут нас. Всегда ищут.
— А как «они» живут?
— А что вот это? — Девушка указала на стены. — Комната?
— Была когда-то. Да, в общем я назвал бы это комнатой, — окинув оценивающим взглядом помещение, сказал Майк.
— Там много комнат. Все рядом. И в них живет много людей. У каждой семьи есть комнаты. Но все живут в одном месте.
— Как в многоквартирном доме? Или в индейской деревне? В пуэбло? — уточнил Майк.
— Да! Пуэбло! Я знаю это слово! — воскликнула Каваси. — Я слышала его, хотя оно и не наше. Там много пуэбло, и некоторые очень красивые.
Майк встал. С чашкой в руке он вглядывался в темноту позади костра, высматривая там что-то, выжидая.
— Твоя страна большая? — снова спросил он. — Сколько у вас земли?
Каваси покачала головой:
— Этого я не знаю. Думаю, этого не знает никто. Те, кто работает, знают только то место, где работают. Знают, где парки. Уходить далеко от места, где мы работаем или спим, запрещено. — Девушка немного помолчала. — Иногда мне кажется, что даже те, кто нами командует, знают не больше, чем мы. — Каваси снова замолчала. Потом добавила: — Когда-то все было совсем по-другому. Когда мой народ правил…
— Твой народ? — переспросил Майк.
— Да. Мой прадед был… тем, кого у вас называют Тот-Кто-Правит. Внезапно на нас напали. Прадеда убили. Другие захватили все, и мы бежали. Теперь мой народ живет среди далеких холмов. Туда никто не приходит. Или не приходил, пока не появился Эрик. Все меняется.
Мало-помалу история этих мест и самой Каваси обрастала новыми подробностями. Очевидно, род Каваси долгие годы правил теми землями. Затем в результате дворцового переворота власть захватили «злые» люди. Или те, кого она считала таковыми. Ее семья и с ними кое-кто еще укрылись от преследований в пустынных, недоступных каньонах, куда не было пути. И зажили там, как некогда жили «древние».
— Это те, кого навахо называют «анасази»? — захотел уточнить Майк.
— Да, я… — Не договорив, девушка замерла, затаила дыхание…
В темноте что-то шевелилось… Майк Раглан не шелохнулся. Пистолет оставался в кобуре. И теперь он жалел, что не выхватил «магнум» раньше. Там что-то было. И уже очень близко. Оно продолжало наступать на них, подбираясь все ближе и ближе…
Глава 11
Лицо Каваси стало мертвенно-бледным. Она вплотную придвинулась к Майку. На темно-синем ясном небе уже зажглись яркие звезды.
— Все в порядке, Каваси, — тихо сказал Майк. — Не бойся.
В темноте позади костра что-то двигалось, подступало к ним, было уже совсем рядом. Оно остановилось по ту сторону костра, на самом краю круга, отбрасываемого пламенем костра.
Рука Майка коснулась рукоятки пистолета.
Собака. Это была огромная собака. Это был Шеф!
Майк вздохнул с облегчением.
— Шеф, — тихонько позвал он. — Иди сюда, Шеф!
Мастиф не двинулся с места. Он весь напрягся и недоверчиво принюхивался.
— Что с тобой, Шеф? Ты что, забыл меня? — ласково звал его Майк.
Огромный пес придвинулся поближе. Потом сделал еще шаг.
— Иди ко мне, Шеф. Иди, хороший. Где Эрик? Где твой хозяин?
Тем временем пес уже подошел к костру. И Майк протянул к нему руку:
— Ну как, Шеф? Помнишь меня? Ведь мы старые друзья. Вместе мы выбирались из Тибета. Ходили горными тропами, ночевали в пустыне…
И тут, разразившись радостным лаем и счастливо повизгивая, огромный пес бросился к Майку.
— Потише! Потише, парень! Так и с ног сбить меня можешь!
Каваси в испуге отскочила назад. С изумлением она смотрела, как Майк теребил шерсть на загривке у Шефа, обнимал его.
— Где же ты оставил Эрика, Шеф? Нужно найти его!
Собака была вне себя от радости, лизала Майку руки, норовила лизнуть в лицо.
— Ну, перестань, хватит! — успокаивал пса Майк. — Сейчас найду тебе что-нибудь поесть. Я видел коробку с кормом для собак.
Майк скрылся в хижине. Там под чертежным столом стояла замеченная им коробка. Вскоре он возвратился к костру с двумя банками собачьих консервов. Выложил их содержимое в миску. Шеф не мешкая набросился на еду.
Каваси все еще в замешательстве глядела на Майка.
— Это же зверь! А ты разговариваешь с ним, как с человеком, — изумленно говорила она.
Майк усмехнулся:
— Ты права, Каваси. Для меня Шеф всегда был другом, почти человеком. Мы познакомились с ним в Тибете, в горах Чанг-Танга. Тогда это был еще крошечный щенок. Мне подарил его один из моих давних приятелей. Потом я отдал щенка Эрику, когда тот собрался переезжать сюда. Здесь такой пес был ему очень нужен. И хотя Шеф уже достаточно долго живет у Эрика, однако, мне кажется, в душе он все равно остался моим псом. — Глянув в сторону девушки, Майк, словно желая оправдаться, сказал: — Я много путешествовал, и мне негде было держать собаку. А этот малыш привык к простору. Ему надо много места, он должен быть в движении.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
