– Ну, разоблачайся, полезем морды вынимать.
– Чьи? – Славку разобрал смех, но Ждан юмора не понял:
– Наши, школьные, – он указал рукой на деревянные поплавки. – Шесть штук. Пошли.
Хорошо, течение на плёсе слабое, иначе мальчишке бы не утащить тяжеленные плетенки, что поручил ему наставник. За поплавками на дно тянулись грубые веревки. Славка ухватился покрепче и побрёл к берегу, оскальзываясь на камнях. Ждан проволок мимо него четыре плетенки, поднимая перед собой волну:
– Поспешай!
На берегу они вытащили из горловин деревянные пробки, выпустили добычу в мелкую запруду, отгороженную от реки камнями. Отбирая крупных рыбин, Ждан набил два мешка.
– Камень отвали, сделай выход.
– А что не всю взяли? – Удивился Славка, прогнав мелочь и среднюю рыбу в реку.
– Куда? Школе на завтрак и обед хватит, а эта, – парень кивнул вслед щурёнку, – пусть вес нагуливает.
Засунув в ловушки прикорм и грузы, они отбуксировали их примерно на те же места. А потом Ждан знакомо похлопал по воде сложенной в горсть ладонью. Славка крутил головой, чтобы заметить, откуда появится водяник, но тот подплыл совершенно незаметно. Толстогубая рыбья морда высунулась из воды, брызнула тонкой струйкой в одного, затем другого человека. Это показалось мальчишке забавным и он ладонью толкнул воду перед собой, окатив водяного тучей брызг.
– Ухо опусти в воду, Яр, – напомнил Ждан, подавая ломоть хлеба хозяину реки.
И точно, под водой глухо, но совершенно отчетливо звучали слова:
– И вам доброе утро! Довольны уловом или больше нагонять надо?
– Спасибо, Водян, за заботу. Нет ли у тебя к нам просьбы? – Ждан сказал это над водой.
– Третьего дня опять русалка пропала. Ушла за перекат стерлядкам место готовить, и не вернулась, – в словах Водяна звучало столько печали, что Славка посочувствовал ему, как человеку. – Из ваших никто не трогал?
– Как можно! – Ждан тоже встревожился не на шутку. – А волка пришлого я сам в лесу видал. Ты место смотрел, крови нет?
– Только человечий след. Наверное, уйдём мы отсюда.
Пообещав проверить, кто там мог отметиться, Ждан попрощался с хозяином реки. На берегу Славке показалось прохладно, но тяжеленный мешок быстро согрел. Запыхавшись, мальчишка вытряхнул рыбу в деревянный чан, нацепил передник и принялся скребком драть чешую с самой длинной щуки.
– Э, нет, Яр! На жарёху отбирай малокостных, – вмешался Ждан, спихнул щуку в чан и подсунул другую, более походящую рыбину.
Первый урок плавно перешёл во второй, в третий – как рубить подготовленную рыбу на куски, сколько времени жарить… Поварской день тянулся долго, а промчался, словно один миг. Ночью мальчишке снились бесконечные рыбьи тушки, которые он потрошил, промывал, жарил… А большущие казаны надвигались на него чередой, и приходилось бросать в их жадные пасти очищенные и порезанные луковицы саранки, стебли борщевника, пригоршни пшена…
Утром проявилось неожиданное последствие неумелого потрошения и чистки – исколотые плавниками руки опухли. Признаться в этом Славка не захотел, решил перетерпеть, авось само пройдёт. Скитан поставил Сокола надзирать за стрельбой и ускакал по делам. Разобрав луки, молодые русы отправились на луг, выставили мишени поближе, для отработки стрельбы на скорость. Тут неготовность Быстрова-младшего и вскрылась. Сжать кулак на луке ещё удалось, хоть и с трудом, а вот удержать стрелу на тетиве – не получилось вовсе. Сокол развернул Славкину ладонь, покачал головой:
– Балбес. Вчера бы обработал, и ладушки. А ты? Сделай винную примочку и займись приседаниями, чтоб не бездельничать.
Сжимая ветошки, смоченные спиртовой настойкой какой-то травы, Быстров-младший не только приседал, но и отжимался на кулаках, что получалось очень неплохо. Во всяком случае, Сокол похвалил одобрительным жестом. Когда лучники выдирали стрелы из мишеней, появился Зай. Недоросль крикнул Славке:
– Ачарья Ждан тебя кличет. Срочно!
Глава 21
Что вылечит Русану?
Доложив Соколу, куда отлучается, Славка бросился в школу. Браво доложив наставнику о прибытии по вызову, он услышал:
– Домой к Боруну, бегом! Надеюсь, за доброй вестью…
Через луг Славка мчал, как на крыльях. Но Боруна ещё не было. Зато другие знакомцы суетились в горнице, наводя порядок. Рыжая и русая девчонки признали гостя:
– Привет. Учитель будет позже. – И указали место. – Сядь, не мешай.
Славке быстро наскучило наблюдать за уборкой. Русана молчит, Милана поёт. Он остановил рыжую и попросил рассказать, кто они такие, эти волхвы:
– Лиса, ты сначала про Нараду. Потом про местных. Особенно, кого не пригласили на Силобор. Из ближних. Олен, и кто там ещё?
Милана задумалась:
– Олен? Вообще на Советы не ходит. Мера не было, точно, – она отыскала книгу на полке. – А про Нараду отсюда скажу, из летописи…
Славка не ожидал такой отзывчивости. Надо же, хоть веревки из неё вей. Даже на кличку Лиса отозвалась! Неужели это всё музон сделал? Рыжая не выпускала его из рук. То есть, держала мобилу на солнце, пока училась или когда работала по дому. А все остальное время из её ушей к нагрудному карману тянулись проводки, и двигалась она, пританцовывая. Как сейчас – читает и такт ногой отбивает:
– …волхвы-отщепенцы… восхотели уйти к новым местам. Совет исторг дерзких из рая. Изгои часть Алатырь-камня забрали…
Русана закончила уборку. Подсела к окошку, сложила локти на подоконник, уставилась вдаль. Славка тоже сел поудобнее, наблюдая за рыжей. Милана читала нараспев, непривычно. Да и слова попадались не очень понятные. Пращуры, изгои, отшельники – приходилось думать, отыскивать знакомые корни. Но в целом становилось понятно, что и в этом мире нашлись желающие удрать за границу. Как Славкин дядя, который сейчас живет в Канаде…
Рыжая перелистывала страницы бережно, а те шуршали и похрустывали, как оберточная бумага. Славка вспомнил, что давно собирался полистать волшебные книги. Он встал, протянул руку:
– Лиса, дай посмотреть.
– Зачем? – Милана спрятала книгу за спину, но обратила внимание на опухшие пальцы. – А что у тебя с руками?
Русана быстро повернулась к однокласснику, перехватила запястье, осторожно потрогала самый толстый палец, указательный. Это оказалось не больно, палец даже приятно зазуделся, словно выздоравливая. Быстров-младший не стал дёргаться, ответил только рыжей:
– Надо.
Милана отложила в сторону книгу, которую читала, подала похожую с полки. Томик оказался намного легче, чем ожидалось. Обложка, сделанная из кожи, перекрывала бумагу, намного выдаваясь в стороны. Славка левой рукой осторожно распахнул корочку. Лист покрывали значки, совершенно непохожие на привычные буквы. И написаны они были от руки, криво, а ведь линеечки проведены, видно. Хотя, на такой грубой бумаге и вывести ровные буквы? Никакого волшебства не напасёшься!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
