такое тепло и забота, что я невольно вспомнила маму и сестру.
Собственно, в столовой к нам присоединился мрачный отец Рауна с Гверном. Тот, увидев брата, сразу побежал к нему навстречу и радостно обнял. Ужин получился семейным. Но мне снова стало как-то немного печально. А ещё никак не могла выкинуть из головы светловолосого парня, который держал меня за руку, пока я находилась в странном подобии сна или чего-то ещё…
– Тебе не нравится ужин? Может, попросить повара приготовить что-то ещё? – уточнила Вивьен, а я только сейчас заметила, что почти ничего не съела, а просто размазала пюре из какого-то оранжевого овоща по тарелке.
– Нет, просто есть не очень хочется, – ответила ей.
– Вот поэтому я и говорил, что сначала к лекарю надо, а потом ужин, – пробурчал Раун, только он в отличие от меня уже почти доел свой ужин.
– Скажи, а Эстила с родителями ничего не говорили про помощников? Может, кого-то вскользь упоминали? – задал неожиданный вопрос Дрейк.
– Дрейк!
– Папа!
– Всё нормально, – сказала в ответ на хмурые лица Рауна и Вивьен. – Они говорили, что хотят свергнуть драконов и быть с их Повелителем в доле. Вернее, Грейхем думал, что станет его правой рукой, а вот Эстила, – я посмотрела на Рауна с сочувствием, – решила, что раз она смогла обольстить Рауна, то и с Повелителем этот номер вполне себе пройдёт.
– В королевы метила, – хмыкнул отец Рауна, задумчиво барабаня пальцами по столу.
– Да. Но не только ваших земель, но и всего мира.
Со стороны Вивьен послышался смешок. Раун же тяжело вздохнул. Да уж… Неприятно узнавать правду о той, с кем вроде бы привык быть вместе. А тут…
– Тебе что-то удалось ещё разузнать, кроме того, что нашли мы? – уточнил Раун.
– Среди вещей Гертруды нашёл несколько писем, которые она не успела отправить некоему Орландо, где клятвенно заверяла в своей любви и обещала избавиться от ненавистного мужа. Поэтому и решил уточнить. К слову, у Грейхема тоже была любовница. Перед уходом из их дома как раз пришёл вестник с переживаниями за него и вопросом о встрече с Повелителем, – хмыкнул Дрейк.
– Какие у них были высокоморальные отношения, – усмехнулась я. Не удивлюсь, если любовник и любовница тоже были в сговоре и планировали убрать родителей Эстилы, как только те сделают самую грязную и сложную работу, хотя мне они показались вполне сплочёнными в достижении своей цели.
– Дом я уничтожил, потому как шумиха в деревне знатная поднялась, а значит, таинственный Орландо мог быть уже и в курсе провала ритуала Гертруды. Что до девицы, то тут большой вопрос, – добавил Дрейк.
– Хочешь сказать, что нам ещё можно ждать каких-то проблем? – спросил Раун.
– Возможно. Но, в любом случае, надо быть более внимательными к окружающим и происходящему на границе. Как видишь, соседи занимались вредительством не просто так. И зная демонов, если ноги растут оттуда, то надо быть осторожными вдвойне. Ведь их правитель уже подал прошение прибыть на вашу свадьбу, дабы выразить почтение нам, своим соседям, – огорошил Дрейк.
– А ущерб они уже возместили? – приподнял бровь Раун.
– Как бы это удивительно ни звучало, но да. И даже чуть больше озвученной тобой суммы, – ответил Дрейк.
– Ты сейчас точно о демонах говоришь? – удивлённо спросила Вивьен.
– То-то и оно, что о них самых.
За столом наступила тишина, которая прерывалась редким и лёгким позвякиваем ложки о тарелку, пока ел Гверн. Я тоже немного пюре в себя всё-таки затолкала. Как бы там ни было, а питаться надо, иначе вообще никаких сил не будет.
Как только ужин был завершён, Раун подошёл ко мне и, взяв за руку, повёл в сторону лекарской.
Раун Дейрот
Хоть я и понимал, что лекарь ничего не сможет сказать по проклятью, которое Аделина получила во время прерванного ритуала, но надеялся на чудо.
– Увы, проклятья – не моё ремесло, – извиняющимся тоном обратился ко мне Иргон. – Но в целом состояние вашей невесты удовлетворительное. Конечно, на фоне пережитого я не могу не рекомендовать покой, но подготовка к свадьбе и покой слабо вяжутся между собой.
– Это точно, – хмуро согласился я, добавив: – не думаю, что это будет такой уж проблемой дать Аделине прийти в себя после того, что произошло.
– А как понять, что проклятье начало действовать, – спросила Аделина, присматриваясь к ноге, на которой и остался чёрный след, как если бы кто-то попытался ухватиться за её стройную ножку.
– У всех это бывает по-разному и зависит от самого проклятья. Кому-то проклятье на смерть насылают, кому-то просто на ущерб здоровью, но у вашего я даже природу не смог понять, а потому и как оно будет действовать мне тоже нечего сказать. По-хорошему, вам бы к тёмным с таким вопросом обратиться. Не все они сродни своей магии, есть и те, кто помогают за определённое вознаграждение любому обратившемуся, – сказал лекарь.
Аделина погрустнела, а я задумался. Обращение к тёмным, не очень хорошая идея. Но и проклятье меня настораживает, особенно, если учитывать при каких обстоятельствах оно было получено. Моя связь с невестой оказалась очень даже крепкой, ведь я смог по ней её найти. А значит… Если мы её закрепим, как подобает, разорвать не получится и её возвращение в другой мир, о котором Аделина так грезит не пройдёт для меня бесследно.
– Спасибо, Иргон, за твою откровенность, – поблагодарил старика. Как ни крути, а он всегда старается выложиться, насколько позволяют его возможности.
Однако у меня нет знакомых, среди тёмных, с кем я мог бы поговорить о проклятье Аделины и быть уверенным в том, что он не навредит ей ещё больше. Как же сложно всё…
– Только обрадовалась, что всё позади, как новые проблемы, – тихо сказала Аделина, пока мы шли по коридорам замка в сторону её покоев.
– У нас с самого начала всё как-то не очень просто, – хмыкнул в ответ.
– Это точно.
– Что будем делать со свадьбой?
– Как что? Играть, как и положено, – остановившись, ответила Аделина.
– Я про перенос даты.
– Зачем? Я себя чувствую вполне нормально. Чем быстрее всё завершится, быстрее отправимся в Храм, – её глаза приобрели более тёмный, насыщенный оттенок фиолетового, а сама девушка явно постаралась придать лицу беззаботности.
– Хорошо. Раз ты готова, то так тому и быть, – ответил я, сдержав порыв обнять Аделину. Мы дошли до её покоев и оставлять девушку одну не хотелось. Не знаю, действовала ли на меня привязка таким образом или же это была моя искренняя симпатия, пусть по и не любовь, но…
– Я всё же устала и
