Пол посмотрел на нее странным, напряженным взглядом, и с раздраженным восклицанием Карен вывернула сумочку на сиденье между ними. Там оказались какие-то списки покупок, бумажник, помада и компактная пудра, пара сережек. Ключей не было.
— Удовлетворен? — сердито спросила она, уставившись на него. — Если хочешь, подожди здесь, я пойду, достану этот проклятый ключ и принесу тебе. Ты явно боишься подняться со мной в квартиру.
— Боюсь? — пробормотал он тихо, но с угрозой.
— Да, боишься, — храбро повторила она. — Не волнуйся. Я не буду тебя соблазнять.
Пол слегка улыбнулся и вылез из машины. Прежде чем он обогнул капот, Карен тоже выбралась из нее и на одной ноге поскакала к входу в вестибюль. Делала она это медленно и неуклюже, но твердо решила доказать свою независимость.
Пожав плечами, Пол последовал за ней. Перекинувшись несколькими словами с привратником, Карен оказалась около лифта еще до того, как Пол ее нагнал.
— Устала? — поинтересовался он.
— Нет, справлюсь. Не прикасайся ко мне.
Пол покачал головой и последовал за ней в лифт.
Когда они добрались до квартиры Карен, было уже полседьмого.
Карен не очень ловко пропрыгала внутрь, предоставив Полу, если хочет, зайти вслед за ней. Она была почти уверена, что он останется на пороге, но он последовал за ней и, закрыв за собой дверь, прислонился к ней. В первый раз у него появилась настоящая возможность рассмотреть, где живет Карен, и он оглядывался по сторонам с нескрываемым интересом.
Карен сняла дубленку и медленно проковыляла через гостиную в спальню. Ее запасные ключи лежали в ящике туалетного столика. Она достала их и, вернувшись в гостиную, застала Пола за разглядыванием картин на стенах.
Карен заколебалась.
— Могу я предложить тебе выпить? — подчеркнуто вежливо поинтересовалась она.
Пол круто обернулся и, улыбнувшись, вкрадчиво ответил:
— Полагаю, что можешь. Но не беспокойся, я сам налью.
Он налил в два стакана виски, добавил в один содовой и протянул Карен. Затем возобновил свое хождение по комнате. Его явно заинтересовали картины, потому что он внимательно изучал каждую.
Когда Карен опустилась на диван, он огляделся и сказал, кивая на стены:
— Они удивительно хороши. Кто их писал?
— Я, — отозвалась она.
— Ты! — воскликнул он. — Неужели? Никогда не знал, что ты занимаешься живописью. Я думал, ты только дизайнер.
Карен пожала плечами:
— Это мое хобби. У меня много свободного времени.
Пол задумчиво кивнул.
— Ты не перестаешь изумлять меня, — произнес он. — Но скажи, ты ведь знаешь, что они очень хороши. Ты пробовала их продавать?
Карен покачала головой:
— Надо быть реалистом, Пол. Десятки художников пытаются продать такого рода картины. Они сейчас в моде. На что я могу рассчитывать? Кроме того, Льюис считает… — Она оборвала фразу, рассердившись на себя за то, что упомянула Льюиса.
Пол сощурился:
— Неужели? И что же думает о них Мартин?
Карен прикусила губу.
— Ну-у… он считает, что они, в общем, ничего, но рыночной стоимости не имеют. То есть годятся мне для развлечения, но и только.
Пол поднял брони с весьма удивленным видом. Он допил свое виски.
— Он так считает? — задумчиво проговорил он. — Тогда я, и, боюсь, не в первый раз, должен с ним не согласиться. Я считаю, что они превосходны. Более того, я хотел бы купить себе одну.
Щеки Карен вспыхнули.
— О, Пол, пожалуйста, — воскликнула она. — О каких деньгах может идти речь между нами. — Она встала и отвернулась. — Если тебе нравится какая-нибудь из них, я охотно отдам ее тебе. Господи, у меня их такое множество.
Пол прищурился.
— Это не по-деловому, — заметил он.
Карен повернулась на здоровой ноге:
— А разве мы должны быть друг с другом в деловых отношениях?
Пол пожал плечами и снова налил себе виски.
— Хорошо, — беспечно проговорил он, затем пересек комнату и остановился перед ярким полотном, на котором сверкали мазки красного, зеленого и желтого. — Мне нравится вот эта, — задумчиво произнес он. — Она напоминает мне о закатах, которыми мы с тобой любовались из окон «Тривейн».
— Какой ты чуткий, — улыбнулась она. — Именно это я и хотела передать.
Он внимательно поглядел на нее:
— Да. Мы с тобой всегда многое воспринимали одинаково, помнишь?
Карен вздрогнула. Помнит ли она? Если бы только он знал, как мучительны бывают эти воспоминания.
— Я помню, — мягко пробормотала она.
Пол допил остаток виски одним глотком.
— Я должен идти, — сказал он неожиданно глуховатым голосом. — У меня встреча.
— Все в порядке, Пол. — Карен сняла со стены картину. — Можешь сразу взять ее с собой.
Он взял картину, старательно избегая прикосновения к Карен.
— Кто знает, — заметил он, — может, когда-нибудь она будет стоить целое состояние.
— Думаю, это маловероятно, — тихо ответила Карен. — А вот ключ от гаража. И пожалуйста, не мог бы ты отдать запасной ключ привратнику?
Пол взял ключи и пробормотал:
— Ладно. Побереги свою щиколотку, хорошо?
— Ты действительно беспокоишься обо мне, Пол? — насмешливо поинтересовалась Карен, пытаясь развеять грусть, которую ощутила при мысли о том, что он сейчас уйдет. Последние несколько минут были так замечательны, а теперь он возвращается к Рут.
— Да, беспокоюсь, — пробормотал он и, круто повернувшись, вышел из квартиры, захлопнув за собой дверь.
Карен посмотрела ему вслед, сердце ее стучало как бешеное. Что он хотел сказать этой последней фразой? Наверняка не то, что ей хотелось бы вообразить, но все равно приятно было думать, что они расстаются по-доброму.
Она проковыляла к стене, на которой раньше висела картина. Она ни за что не сказала бы Полу, что это ее самая любимая картина. Достаточно того, что теперь она принадлежит ему, и Пол, может быть, иногда на нее поглядит. Подумает ли он тогда о Карен? Она надеялась, что да. По крайней мере, хоть малая часть его внимания будет иногда обращена к ней, и эта мысль согревала ее.
Карен вздохнула и закурила сигарету. Меньше чем через два месяца он женится снова. Сможет ли она примириться с этой мыслью? И когда это произойдет, будет ли она постоянно думать о них и завидовать Рут? И стоит ли тогда жить? Подступившие слезы начали щипать ей глаза. Может, ей лучше вообще уехать из Англии? Она, вероятно, сможет получить работу в Южной Африке или Австралии… если действительно этого захочет. У нее хорошая профессия и квалификация, а Льюис даст ей рекомендацию. А интересно, даст или нет? Может быть, ей именно это и надо? Перемена климата.
Но мысль о том, что она будет находиться за тысячи километров от Пола, не очень увлекала Карен. В Лондоне он может встретиться с ней, если она когда-нибудь ему понадобится. Вряд ли она решилась бы дать ему свой новый адрес. Она останется. По крайней мере, на время. До рокового финала еще два месяца.
