Ирина после этого разговора, весь вечер пребывала под впечатлением. И только в своей комнате, в любимом кресле, проанализировав все, пришла к неутешительным выводам — «им прийдется либо вновь идти по старому следу, либо искать некий новый, еще не хоженый путь». Почему-то вспомнился Артем со своими вечными зависаниями, и тут, в голову пришла интересная идея.
— Андрей, — решила она озвучить ее сейчас, — А наш Тема Свиридов, часом не родственник профессора?
— Как же, родственник, и не просто, а родной его брат.
От такой новости Ирина выпала в осадок.
— И почему ты ничего мне об этом не рассказываешь?
— Да чего там рассказывать. Артем наших на пушечный выстрел к квартире брата не подпускает. После смерти Сергея Петровича, он сильно изменился. Как я понял, он винит во всем «контору». Возможно, он в чем-то прав, я тоже считаю, там слегка перегнули палку. Так что, помогать в расследовании он категорически отказывается. На квартире вдовы провели только один легкий осмотр, изъяли начисто вычищенный компьютер, да и то, лишь с санкции прокурора. Иначе, Артем грозился дойти до самого верха. Марина Олеговна, супруга покойного, накатала жалобу на их местное отделения, и теперь туда так просто не сунешься.
— Постой, а ты сам лично с ним, не пробовал говорить?
— Пробовал, да только все без толку. — Андрей устало махнул рукой, и придвинув к себе вазочку с печеньем, умолк.
Ирина, несколько раз прошлась по своему маленькому кабинету, сосредоточенно размышляя над сложившейся ситуацией. Да, это тупик. Наверное, только помощь Артема может как-то изменить расстановку. Попробовать, что ли, самой поговорить с ним? Да и должок у него передо мной. Сколько я ему систему лечила. Да и по настройкам сколько помогала. Вот пусть и вспомнит.
— Я думаю, — остановившись у окна, медленно проговорила Ирина, — мне он не откажет.
Андрей, с сомнением глянул на свою напарницу, и покачав головой, сделал солидный глоток, из большой, специально для него купленной чашки:
— Ты так думаешь? По-моему он теперь вообще эту тему обсуждать не желает.
— А вот мы сейчас и проверим!
Ирина, подняв трубку внутренней связи, набрала номер, а когда на том конце ответили, превратилась в ласковую девочку, с голоском заправской соблазнительницы:
— Темочка, здравствуй дорогой! Я тут для тебя новую программку накопала, так что, можешь забыть свои старые болячки. Что ты будешь должен? Да о чем ты Темочка! Я ведь всегда рада помочь тебе!
— Какой же ты умница! — довольно улыбнулась «соблазнительница», почуяв как жертва трепыхается на крючке. — Да, очень нужна твоя помощь! Понимаешь, тут проблема нарисовалась, и помочь можешь только ты один! Нет, лучше при встрече. Хорошо, тогда я жду через полчаса. Отлично! Да, и заодно программку сброшу. Все, жду!
Она положила трубку, и торжествующе посмотрела на своего напарника:
— Ну, вот, Кажется будет разговор. Только ты, пожалуйста, лишний раз не высовывайся. Ладно? Я как-нибудь сама попробую.
Спустя час, Они с Андреем, обсуждали технические аспекты предстоящей поездки. Артем не только любезно вызвался сопроводить их, но и пообещал по возможности разговорить супругу покойного. Вполне может быть она и вспомнит что-то важное. Лететь решили в понедельник утром, а к тому времени, немного разобраться с накопившимся материалом.
Когда они ехали домой, по заснеженным улицам, кое-как преодолевая вечерние пробки, Андрей, в очередной раз, пригласил ее в ресторан. Но Ирина, наученная горьким опытом, задавив все чувства, отказала, сославшись на усталость. Подобное уже бывало не раз. Андрей приглашал пообедать, или как сейчас поужинать, а после, ей с большим трудом удавалось вернуться в нормальное состояние. Не стоит обманывать себя ложными надеждами, чтобы потом, бессонными ночами лить слезы.
Дома она сперва, приняла душ, а затем, соорудила легкий дамский ужин. Как обычно он состоял из пакета кефира да нескольких ржаных сухариков. И стараясь не шуметь, чтобы не разбудить уснувшую рано маму, принялась убираться в своей комнате. Да, это было в ее стиле. Вечер, все ложатся спать, а Ирина неожиданно развивает бурную деятельность. То в полночи ее приспичит цветы полить, то перебрать старые платья в мамином шкафу, то навести порядок на кухне. Вот и сейчас, не смотря на тяжелый день, она принялась переворачивать все вверх дном. Ира прекрасно знала, только так можно отвлечься от тяжких размышлений, и освободить переполненное дневной суетой сознание, для свежих идей. Закончила она уже, когда на часах было 1:15. В комнате воцарился относительный порядок, разве только пылесос она побоялась включать. Мама, человек импульсивный и решительный, как-то не сдержавшись во время одной такой ночной уборки, выбросила несчастный прибор с балкона. Пришлось покупать новый, и в своих вечерних затеях обходиться без него.
Выходные Ирина планировала провести дома, и по максимуму систематизировать собранную за время расследования информацию. Досадно, но по большому «Гамбургскому» счету, ничего серьезного у них пока не было. Так несколько шатких гипотез, которые она сама считала слишком надуманными, поэтому предстоящая поездка, была решающей. Ей почему-то казалось, что именно там все и произойдет. И все их с Андреем рабочие гипотезы, в одночасье будут развеяны. На душе неожиданно стало легко и привольно, так словно она снова собирается на все лето в деревню к бабушке. Только там, она по-настоящему оживала. Именно там, в простом деревенском домике, рядом с бабушкой, ей было всегда так хорошо и спокойно. Жаль, нельзя уже как в далеком детстве прижаться к ее теплым рукам, пахнущим хлебом, травами и еще чем-то очень родным и знакомым. Бабушки не стало два года назад, и для Ирины это была самая большая утрата в жизни.
Она надеялась отоспаться вволю, поэтому еще долго бродила по ярким улицам своих детских воспоминаний. Уснула она, когда радио на кухне просигналило 4:00, и проспала почти до обеда, без сновидений.
Но поваляться как следует, не удалось. Мать, дождавшись, когда она проснется, принялась отчитывать нерадивую дочь за пустые полки на кухне. Ирина, действительно давно не закупалась. Так что пришлось через «не хочу», подниматься и тащиться в супермаркет.
На улице царила настоящая зима. Крупные снежинки, любопытными мотыльками, тыкались в лицо, лезли в нос, путались в ресницах. Они в одну минуту облепили ее простенькую шубку, и к остановке она пришла уже настоящим снеговиком. Вокруг резвилась детвора, несколько раз в нее угодили снежком, а у самой остановки, веселая троица, мчащихся куда-то со всех ног ребят, едва не свалила ее в придорожный сугроб. Снег приглушал окружающие звуки, и невероятно шумная, вечно спешащая куда-то Москва казалась сказочной. Ей грезилось, что сейчас она на какой-то другой планете, в другом, незнакомом городе. И прохожие, кто веселый, улыбающийся, а кто озабоченно печальный, не ведая, перенеслись вместе с ней, в некую волшебную страну.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
