Оставалось одно. Я влез на подоконник и прыгнул… То, что сейчас я сам рассказываю эту историю, доказывает, что приземлился я удачно. Еще несколько секунд и я подвел аппарат к окну. Лана тут же оказалась на борту.
– Ная Дан Чи, – произнесла она. – Что с ним? Будет слишком жестоко бросить его здесь.
Ная Дан Чи был бы счастливейшим человеком на Марсе, если бы знал, что первая мысль Ланы была о нем.
Я направил флайер вниз на площадь.
– Куда мы? – спросила Лана. – Ты не боишься, что мы снова окажемся в плену?
– За Ная Дан Чи, – ответил я.
Подобрав ожидавших нас друзей, я сразу же взмыл вверх и направил корабль к Гатолу. Я постоянно ощущал взгляд Ная Дан Чи на себе. Наконец он не выдержал:
– Кто ты? Где Джон Картер?
– Теперь я Мир Жо. Недавно был Дотар Соятом. Но по-прежнему остаюсь Джоном Картером!
– Мы снова вместе! – воскликнул он. – И живы! Но надолго ли? Ты забыл об аппарате смерти!
– Беспокоиться нечего. Машина уничтожена.
Он повернулся к Лане.
– Лана, мы столько пережили вместе. Я снова кладу свое сердце к твоим ногам.
– Подними его, – последовал ответ. – Я устала и хочу спать.
Книга третья
Бегство
I
На борту флайера, который я украл из Ангара в Камтоле, нас было четверо. Я, Джон Картер, принц Гелиума, Лана из Гатола, Ная Дан Чи из Хорца и Джад Хан из Амхора.
Стояла прекрасная марсианская ночь, тихая и светлая. В разреженной атмосфере каждая звезда сияла так, словно только что родилась на небосклоне. Зрелище просто потрясающее, людям Земли не представить себе такого.
Когда мы поднялись над долиной, на небосклоне сияли сразу обе луны. Рядом по небесной сфере плыла Земля, чуть дальше – Венера. Хлорус, более отдаленная луна, величественно парил в пространстве над планетой на расстоянии четырнадцати тысяч миль, а Турия, которую отделяли от Марса четыре тысячи миль, быстро передвигалась от горизонта к горизонту, отбрасывая непрерывно меняющиеся тени. Вся картина была наполнена неземным очарованием. Впрочем, настанет день, когда вы, люди Земли, сможете увидеть таинственное великолепие марсианских пейзажей.
Я взял курс на Гатол и включил двигатель на полную мощность. За нами должны были броситься в погоню, но на таком флайере я не очень опасался ее. Никто не сможет догнать нас.
Считалось, что Гатол – один из самых старых городов Марса, к тому же один из немногих, остававшихся свободными, несмотря на то, что старые алмазные копи еще не полностью истощились.
Когда-то город был выстроен на острове посреди Троксеуса, самого большого из пяти океанов Барсума. Когда океан начал пересыхать, город постепенно опускался вниз, к подножию холма. Внутри этот холм был весь изрезан шахтами.
С суши Гатол был защищен обширной соляной пустыней. Боевые воздушные корабли не могли приземлиться в Гатоле, так как там не было ни одной мало-мальски пригодной для посадки площадки. Джеддаком Гатола был Гохан, отец Ланы. Я собирался вернуть Лану отцу и матери, Таре из Гелиума. Теперь мы почти достигли цели и я смогу вернуться в Гелиум, к своей несравненной Дее Торис, которая опять беспокоится обо мне. Джад Хан сидел рядом со мной. Лана спала, а Ная Дан Чи пребывал в подавленном настроении – обычном состоянии всех влюбленных.
Мне было жаль его, и я мог бы вывести его из депрессии, поведав ему о первых словах Ланы во время бегства, но не стал делать этого. Я хотел, чтобы тот, кто завоюет любовь Ланы, сделал все самостоятельно, поэтому и позволил бедному Ная Дан Чи страдать от пренебрежительных слов Ланы.
Мы подлетели к Гатолу перед самым рассветом. На небе уже не было ни одной луны, и предрассветный мрак сковал планету. В городе было темно. Я не видел ни одного огонька.
Лана вышла из каюты и села рядом со мной.
– Мне страшно, – проговорила она.
– Да, здесь что-то не так, – согласился я. – Пожалуй, прежде чем садиться, я дождусь дня.
– Посмотри, – сказала Лана, указывая на темную громаду гор. – Видишь огни?
– Может, это костры пастухов?
– Не слишком ли много?
– Может, там военный лагерь? – предположил Джад Хан.
– Сюда летит какой-то флайер, – заметил Ная Дан Чи. – Нас увидели.
К нам быстро приближался летательный аппарат.
– Несомненно, патруль, – сказал я, направляя флайер в обратную сторону. Мне все это не нравилось; неплохо было бы выяснить обстановку, прежде чем действовать дальше.
Мы услышали крик:
– Кто вы?
– А вы? – задал я ответный вопрос.
– Стойте!
Но я не остановился. Наш флайер был более скоростным. Послышались выстрелы, но пули не задели нас. Джад Хан занял место за пулеметом:
– Мне ответить?
– Нет, подождем. Может, это гатолианцы. Освети их прожектором, Ная Дан Чи. Посмотрим на опознавательные знаки.
Ная Дан Чи раньше никогда не бывал на корабле и никогда не видел прожектора. Представитель вымершей расы, он не был знаком с последними достижениями человечества. Лана пришла ему на помощь, и чужой корабль оказался в ярком пучке света.
– Я не вижу опознавательных знаков, – сказала Лана. – Однако это не гатолианцы, не их корабль.
Снова послышались выстрелы, и я сказал Джад Хану, чтобы он открыл ответный огонь. Он нажал на кнопку и промахнулся. Я начал выписывать зигзаги, и следующий залп корабля противника не достиг цели.
– Возьми управление на себя, – сказал я Лане, а сам прошел к пулемету.
– Не меняй курс, – крикнул я, тщательно прицеливаясь. Я стрелял пулями, взрывающимися от удара. С первого же выстрела вражеский корабль был охвачен пламенем и стал падать. Сначала медленно, потом быстрее, и вот пылающий метеор рухнул в соляную пустыню, чадя и рассыпая искры.
– Вот и все, – сказала Лана.
– Я не думаю, что это все, – возразил я, – Мы быстро теряем высоту. Видимо, одна из пуль все-таки повредила механизм.
Я сел за управление и попытался выровнять наш корабль. Но ничего не получилось, поэтому я включил двигатель на полную мощность, чтобы пролететь мимо костров, пока мы окончательно не потеряли высоту.
II
Это был прекрасный корабль, быстрый, легкий и маневренный, как все корабли черных пиратов. Он перелетел далеко за линию костров и только тогда опустился в пустыне, точнее, на ее окраине. Мы оказались вблизи леса, и я решил укрыться там, пока не прояснится ситуация.
– Опять не повезло! – воскликнула Лана. – И это на пороге дома, где мы были бы в безопасности.
– Что теперь делать? – спросил Ная Дан Чи.
– Наша судьба только в наших руках, мы не должны оставлять ее на волю богов, – сказал я. – Мне кажется, я сумею лучше распорядиться своей судьбой, ведь я больше заинтересован в ней, чем боги.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
