– Ты прав, – сказала Лана, смеясь, – но все же, что нам теперь делать?
– Сначала я хочу поесть, а затем попытаюсь выяснить, кто же грелся у костров ночью. Может быть, они друзья.
– Сомневаюсь, – сказала Лана. – Но если друзья, значит Гатол в руках врагов.
– Мы быстро выясним это. А пока оставайтесь здесь, а я пойду поищу что-нибудь съестное. Будьте осторожны.
Я вошел в лес в надежде найти съедобные травы, растения, может быть, манталию, которая не раз спасала меня от голодной смерти. Однако в этом лесу не росло ничего, что можно было употреблять в пищу. Я обошел его вдоль и поперек, но тщетно.
За лесом возвышался небольшой холм, и это пробудило во мне надежду: в долинах между холмами наверняка сохранилась вода и там я непременно найду что-нибудь. Не мог же я вернуться к товарищам ни с чем Я прошел половину расстояния от леса до холмов, когда услышал звук, который нельзя спутать ни с чем: лязг металла. Повернувшись, я увидел отряд красных марсиан, галопом приближающихся ко мне. Ноги тотов не производят ни малейшего шума. Я выхватил меч, и они остановились в нескольких ярдах от меня.
– Вы из Гатола? – спросил я.
– Да.
– Тогда я ваш друг.
Один из всадников рассмеялся.
– У нас нет друзей среди черных пиратов.
Я совсем забыл, что выкрасил кожу в черный цвет.
– Я не черный пират.
– О, конечно. Может, ты белая обезьяна? – и наездники весело расхохотались. – Спрячь свой меч и следуй за нами. Пусть Ган Хор решает, что с тобой делать, но он не любит черных пиратов.
– Не будь дураком, я не черный пират. Это всего лишь маскировка.
– Ну, хорошо, – сказал другой воин. – Тогда мы черные пираты, только перекрашенные. – Все они буквально покатились от хохота. – Ну, хватит, идем с нами, если ты не хочешь, чтобы тебя вели силой.
– Силой? Ну, давай, попробуй! – сказал я. Это было роковой ошибкой.
Они моментально окружили меня, достали веревки и стали с криками раскручивать их. Еще мгновение, и десяток петель захлестнули меня. Прекрасная работа! Но в этот раз мне было не до того, чтобы оценить ее по достоинству. И вот они с гоготом поскакали, волоча меня по земле.
Тело мое подпрыгивало на кочках, а они скакали все быстрее и быстрее, постепенно переходя на галоп. Идиотская ситуация для воина. Даже сейчас я больше думал о своем самолюбии, чем о телесных ранах, а ведь они могли приволочь за собой мой окровавленный труп.
Протащив меня с полмили, они остановились. Меня спасло только то, что меня волокли по мягкому мху. Предводитель подъехал ко мне. За ним остальные. Они с удивлением смотрели на меня:
– Черт возьми! Это же действительно не черный пират!
Я взглянул на себя. Да, большая часть краски стерлась, и я был весь в черно-белых и кровавых полосах. Один из воинов спешился, разоружил меня и снял веревки.
– Он не черный пират, но и не красный человек. Он белый, и у него серые глаза. Мне даже не верится, что он человек. Ты можешь встать?
Я поднялся. Голова немного кружилась, но стоять я мог.
– Если ты хочешь узнать, человек ли я, то верни мне меч, и я покажу тебе, кто я, – после этих слов я закатил ему такую пощечину, что он рухнул на землю. Я был настолько зол, что не думал о том, что меня могут убить. Воин поднялся, ругаясь, как последний пират испанских морей.
– Дайте ему меч! – крикнул он. – Я хотел доставить его Ган Хору живым, но теперь я убью этого наглеца!
– Лучше доставь живым, Кор Ан, – посоветовал кто-то. – Может, он шпион, а Ган Хор будет недоволен, что не удалось допросить лазутчика.
– Никто не смеет ударить меня и остаться после этого живым. Где его меч?
Кто-то передал мне меч, и я посмотрел на Кор Ана.
– До смерти? – спросил я.
– До смерти.
– Я не буду убивать тебя, Кор Ан, но я проучу тебя так, что ты не скоро забудешь мой урок, – произнес я так, чтобы было слышно всем.
Кто-то рассмеялся и сказал:
– Ты не знаешь, что говоришь! Кор Ар – один из лучших воинов в Гатоле, тебе осталось жить пять минут.
– Одну, – поправил говорившего Кор Ан.
Мы вступили в бой, и поначалу я осторожничал, чтобы оценить, насколько опасен мой противник и насколько мое тело слушается меня после такой неприятной процедуры. Кор Ан был в ярости, но головы не терял.
В первую же секунду я сделал глубокую царапину на его груди, а затем уколол в бедро. Еще укол, еще царапина, и мой противник вскоре умывался кровью.
Я мог бы поразить его в любое мгновение, а он ничего не мог со мной поделать.
– Уже прошло больше минуты, Кор Ар, – съязвил я.
Он не ответил. Дыхание с шумом вырывалось из его легких, и я видел, что он боится. Товарищи его стояли молча.
И наконец еще одна не глубокая, но очень неприятная царапина через все тело. Он отступил назад и опустил меч:
– Может, уже хватит, Кор Ан? Или ты все еще хочешь убить меня?
– Я решил драться с тобой до смерти, – твердо проговорил он. – Ты имеешь право убить меня. Ты мог бы убить меня уже тысячу раз.
– Я не хочу убивать отважного воина.
– Я полагаю, что поединок следует прервать, – сказал кто-то из воинов. – Против тебя сражается сильнейший фехтовальщик Барсума.
– Нет. Поединок будем считать оконченным только тогда, когда один из нас умрет. К бою! – он поднял меч. Я опустил свое оружие.
– Можешь убить меня, – сказал я.
– Я не убийца и не воюю с безоружными.
– И я тоже, Кор Ан. Хотя ты и с мечом, но против меня все равно, что безоружный.
– Он прав, – сказал один из воинов. – Спрячь меч, Кор Ан. Никто тебя не осудит.
Кор Ан посмотрел на товарищей. Те стали хором убеждать его. Он вложил меч в ножны и прыгнул в седло.
– Садись за мной, – сказал он. Я устроился у него за спиной, и отряд понесся галопом.
III
Через полчаса мы въехали в рощу, где находился лагерь – десяток примитивных хижин, которые используются пастухами и воинами Гатола. Здесь находился основной отряд, состоявший из сотни воинов под командованием падвара. Его звание было равнозначно званию лейтенанта. Такой отряд нес службу один месяц, семьдесят земных дней, после чего возвращался в Гатол, а на смену ему заступал другой отряд.
Ган Хор, двар отряда, сидел под навесом и играл в джэтан с одним из падваров. Я подошел к нему в сопровождении Кор Ана. Двар долго рассматривал меня, затем перевел взгляд на Кор Ана.
– Во имя господа! – воскликнул он. – Ты затеял игру с бенсом или со стадом белых обезьян?
Затем обернулся ко мне:
– А ты кто? Ты ни красный, ни черный.
– Пленник, – ответил Кор Ан и честно рассказал обо всем. Ган Хор нахмурился.
– Я займусь тобой потом, Кор Ан, – недовольно проворчал он и посмотрел на меня.
– Я отец Тары, вашей джеддары, – сказал я.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
