Маргерит побледнела и почувствовала, как земля уходит у нее из-под ног. С трудом взяв себя в руки, она тихо спросила:
— Что ты хочешь сказать этим, Хьюго? Хьюго злорадно улыбнулся и с нескрываемым торжеством в голосе сообщил:
— Только не делай вид, будто ничего не понимаешь. Норман рассказал мне обо всем. После одного из заседаний, на котором я случайно оказался, мы выпили, ну и, слово за слово, он проговорился, что Грегори женился на тебе из-за денег.
— Хьюго! — вскрикнула Дорис, пытаясь остановить мужа и с тревогой глядя на подругу.
Но Маргерит, к собственному удивлению, оставалась предельно спокойной. Странно, но старая боль, не дававшая ей жить все эти годы, потеряла прежнюю остроту. Она обнаружила вдруг, что ей безразлично, что именно знает Хьюго об этой истории, более того — ей более не важно то, что покойный муж не любил ее. Если о чем-то она и сожалела сейчас, то лишь о том, что слишком долго жила под гнетом случившегося и несколько лет жизни прошли впустую.
— Успокойся, Дорис! То, что говорит Хьюго, совершенная правда, — ровным голосом сказала она. — Хьюго прав, Грегори действительно женился на мне из-за денег.
— Но Джастин — не Грегори! — горячо воскликнула Дорис. — И меня возмущает, что Хьюго позволяет себе делать такие сравнения! В чем дело, дорогой? Ты мстишь ему за то, что он обыграл тебя в гольф? Ты должен извиниться перед Маргерит, — потребовала Дорис. — А вот и наш хозяин!
— Дорис, дорогая, с каждой нашей встречей ты становишься все очаровательнее! — Элегантный сероглазый мужчина лет пятидесяти обворожительно улыбнулся и дружески обнял Дорис.
— Я всегда рада слышать твои комплименты, Карни, хотя понимаю, что ты преувеличиваешь! — с искренним теплом в голосе откликнулась Дорис.
Карни Рейман энергично пожал руку Хьюго, после чего устремил пытливый взгляд на Маргерит.
— Вы здесь одни, Маргерит? — спросил он, когда Дорис представила их друг другу.
— Ее кавалера минуту назад похитила восемнадцатилетняя блондинка, — ехидно пояснил Хьюго.
— Вот как?! — Карни весело приподнял брови. — Мне это на руку! Разрешите мне проводить вас в бар? Дорис, иди вперед, ты прекрасно знаешь дорогу!
Глава седьмая
Ночь потрясений
— Итак, чем вы занимаетесь в свободное от отдыха время? — поинтересовался у Маргерит Карни.
Они сидели на веранде и пили изумительный сухой мартини, равного которому Маргерит никогда не пробовала. По дороге в бар она потеряла Дорис и Хьюго, зато прекрасно видела воркующих друг с другом подобно паре влюбленных голубков Джастина и молоденькую блондинку.
— Я? Занимаюсь рекламой. У меня собственная фирма, — рассеянно ответила Маргерит.
— Так, значит, вы относитесь к числу женщин, делающих карьеру? — спросил Карни и быстро взглянул на нее. — В таком случае вы просто находка для меня! Мы вполне могли бы поработать вместе. Как вы на это смотрите?
— Я бы хотела более детально ознакомиться с вопросом, — осторожно ответила Маргерит. — Видите ли, мы беремся за дело только тогда, когда можем гарантировать успех. Я не даю своим клиентам пустых обещаний.
— О, рад это слышать! — с энтузиазмом заметил Карни. — Вы не поверите, Маргерит, но что-то говорит мне, что мы хорошо друг с другом поладим. Предлагаю осмотреть мою яхту — на ее борту нам никто не помешает обсудить все вопросы. Ну как?
Первым желанием Маргерит было отказаться, но, оглянувшись и увидев танцующего с блондинкой Джастина, она решительно сказала:
— О да, конечно!
— Отлично.
Они покинули вечеринку и спустились к причалу. Огромная белоснежная яхта серебрилась в свете луны, плавно покачиваясь на якоре.
— Прыгайте, но осторожно! — распорядился Карни, кивнув на катер у причала. — Здесь очень глубоко, — пояснил он, — но, к сожалению, все же недостаточно глубоко для «Марии-Белинды»… Вообще-то яхта называлась по-разному, но после развода с третьей женой я перестал заниматься переименованиями. Поэтому, хотя реальная Мария-Белинда уже не присутствует в моей жизни, имя ее осталось со мной.
Катер бесшумно подрулил к борту яхты. Яркие звезды отражались в искрящейся морской волне.
— Это моя самая любимая из моих игрушек, — по-мальчишечьи похвастался Карни, поглаживая борт судна.
После экскурсии по палубе, Карни пригласил гостью в «главный салон» — большую каюту, любовно и со вкусом оформленную в кремово-зеленых тонах.
— У меня ощущение, что я смотрю какой-то фильм, — призналась Маргерит. — Это настоящий плавающий дворец!
Карни рассмеялся.
— Вы не видели других яхт, которые стоят на причалах возле Корфу. По сравнению с ними моя показалась бы вам игрушечной. Но я еще не показал вам мои апартаменты.
Все еще улыбаясь, Маргерит проследовала за ним через дверь по коридору, устланному ковровой дорожкой бледно-кремового цвета.
Карни открыл перед ней дверь. В отличие от салона эта каюта с ало-красными стенами была убрана в роскошном восточном стиле — с тахтой вместо кровати, с миниатюрной лакированной мебелью и великолепно расписанной узорчатой ширмой.
— Я бы сказала — верх сибаритства, — заметила Маргерит.
— Да, после развода с третьей женой я решил оформить ее со всей возможной роскошью. Вам нравится?
Маргерит насторожилась: в тоне и в выражении глаз Карни было нечто, не позволяющее ей доверять ему до конца.
— Такое убранство способно поразить воображение любого, — ответила она, бочком двигаясь к двери. — Но мне кажется, это место слишком интимное для того, чтобы решать деловые вопросы.
— Это как посмотреть! Я могу предложить вам очень выгодный контракт, Маргерит…
— В обмен на?.. — ничего не выражающим тоном спросила она.
Маргерит разозлилась — и не столько даже на Карни, сколько на саму себя. Надо быть последней дурой, чтобы с самого начала не просчитать всю ситуацию! Сколько раз за эти годы она сталкивалась с богатыми ухажерами, но все время находила способ держать дистанцию. И надо же — именно сегодня она попала в ловушку, как глупый птенец!
— Ну зачем же так грубо, дорогая моя! — Карни расцвел в улыбке. — Мне не так уж много от вас надо, и вы, я полагаю, прекрасно это осознаете.
— Карни, я не так глупа, чтобы поверить, будто вы интересуетесь мной всерьез!
— До чего же вы проницательны! — все с той же улыбкой сказал Карни, но было видно, что он раздражен. — Мне с самого начала показалось, что мы одного поля ягоды и отлично поладим.
— Возможно, но сейчас мне хотелось бы вернуться на сушу…
— А что подумают репортеры, которые видели, как мы с вами исчезли в разгар вечеринки? Маргерит, вы взрослая женщина и знали, на что идете, когда согласились уединиться со мной на яхте. Может быть, вы и передумали, но я — нет!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
