Подолгу держать в режиме ожидания аппаратуру, которая нужна позарез для текущей работы – это непростительное расточительство, и к тому же бессмысленное, потому что засечь место выхода партизан в эфир – это полдела.
Чтобы их в этом месте накрыть, надо немедленно высылать зондеркоманду на параболоидах, гнать их на максимальной скорости – и все только для того, чтобы изловить одинокого связиста, который сидит вдали от партизанских баз, а сообщения конечным абонентам передает с помощью голубиной почты или сигнальных барабанов.
Закрытые каналы связи хорошо защищены и от дурака, и от умного. Но вся беда в том, что инопланетные приборы связи есть не в каждом отряде. А если они и имеются, то крайне редко лежат у командира под подушкой.
Обычно такие ценные вещи держат в тайниках и не включают без крайней необходимости. Ведь если антропоксенам приспичит, то они могут с помощью специальной аппаратуры запеленговать любой включенный прибор, даже если по нему никто не разговаривает. А с выключенным аппаратом такие шутки не проходят.
Поэтому командиры чаще всего довольствуются обычным радиоприемником. Его запеленговать невозможно в принципе. В некоторых отрядах берегут батарейки и включают приемник только в определенные часы, отведенные для распространения экстренной информации, но самые сильные и богатые отряды имеют возможность держать свои приемники включенными постоянно.
А инопланетные приборы связи позволяют выходить в эфир на любой радиочастоте, и мощность у них такая, что сигнал можно поймать хоть в Австралии обычным бытовым транзистором.
Одна беда – для того, чтобы запеленговать источник радиосигнала, антропоксенам не нужна никакая специальная аппаратура. Это тебе не защищенный канал.
Любой параболоид способен подслушать переговоры по радиоканалу и запеленговать местоположение абонентов. А в каких-то десяти километрах от князя Игоря как раз лежали в дрейфе целых три параболоида.
Поэтому князь Игорь сказал в открытом эфире только несколько коротких фраз:
– Общий вызов. Всем отрядам – экстренное сообщение от Князя. Богатыря повязали. Надо пошептаться. Времени – час.
Последние слова означали, что князь Игорь просит всех, у кого есть такая возможность, выйти с ним на связь по закрытому каналу. И сделать это надо в течение часа, иначе будет поздно.
Повторив свое сообщение дважды, Игорь отключил прибор и сказал своим спутникам:
– Уходим.
Он не хотел оставаться на этом месте, потому что параболоиды могли его запеленговать. И хотя Лада уверяла, что в них не осталось энергии, у Игоря не было желания рисковать лишний раз.
Прошло уже больше трех часов с тех пор, как караван с пленными отправился вниз по реке, и надо было торопиться, потому что если не организовать засаду в ближайшие два часа, то потом будет поздно.
В непосредственной близости от Великого Устюга партизанских отрядов нет. Там вся территория зачищена зондерами. И покидая место привала в окружении ватажников и подруг, Демьяновский то и дело поглядывал на часы, прикидывая, сколько времени нужно тем, кто услышал его сообщение, чтобы добраться до своих тайников и извлечь оттуда трофейные приборы связи.
И он испытал большое облегчение, когда всего минут через двадцать его аппарат издал мелодичный звук и мужской голос в динамике произнес:
– Общий вызов. Получил сообщение от Князя. Он говорит – Богатыря повязали. Прошу подтвердить.
– Я Князь, – немедленно ответил Игорь. – Сообщение подтверждаю. Надо пошептаться. Мой код доступа…
Глава 20
Широкие гермодвери, заменяющие десантному модулю борта, устроены так, что они могут открываться вверх, а могут и вниз.
Когда створки подняты вверх, из модуля удобно выпрыгивать на землю. А будучи опущены вниз, они превращаются в водоизмещающие борта, и модуль становится довольно удобным и вместительным катером.
Встроенные антигравы позволяли модулям подниматься в воздух, но это был лишний расход энергозапаса. А ведь даже самые дикие лесные люди были в курсе, что с энергией у антропоксенов ладно далеко не все.
Правда, лесные люди в массе своей были бы рады получить для своих нужд хотя бы ничтожную долю той энергии, которая тратится на полеты параболоидов или на поддержание на плаву перегруженных десантных модулей.
Однако до сих пор в их руки не попадало ничего мощнее встроенных аккумуляторов инопланетного оружия и приборов связи. Если знать, как с ними обращаться, то они вполне годились для массированной подзарядки батареек от радиоприемников и фонариков, но другое полезное применение в хозяйстве им найти было трудно.
Нет, вовсе не об электричестве мечтали лесные люди голодными зимними ночами. Огонь очага грел не хуже электрообогревателя, а электрический свет был им и вовсе не нужен. Книг у них не было, телевизоров тоже, и по ночам лесные люди развлекались другим способом. Они занимались любовью, а для этого не требуется электрический свет.
Но с голодухи порой лесным людям было даже не до любви.
Оттого и мечтали они долгими зимними ночами о «волшебной закваске» – активной биомассе, содержащей в связанном виде концентрированную энергию.
«Волшебная закваска» была основой экономики антропоксенов. Без нее инопланетные технические растения не могли бы развиваться, и вся цивилизация Высшего Разума загнулась бы в одночасье.
Но для лесных людей это было не главное.
«Волшебная закваска» многократно ускоряла рост обычных растений – вот что важно. Если удобрять почву активной биомассой, то семья вполне может кормиться весь год с одной грядочки на месте выкорчеванного дерева. Хватило бы и на сытую летнюю жизнь, и на зимние запасы.
Так что вовсе и не странно, что лесные люди годами тщетно мечтали заполучить хоть каплю этой чудесной субстанции.
Правда, мечтали не все. Христиане в большинстве своем считали закваску орудием сатаны, а язычники полагали, что ее применение – это насилие над природой.
Но здравомыслящие партизаны неустанно повторяли, что если заветы и пророчества старейшин будут сбываться и впредь, то разросшимся лесным общинам очень скоро станет совсем нечего есть. И вряд ли Бог или природа расщедрятся настолько, что сотворят ради пропитания лесных людей небывалое чудо.
Библейские ссылки на манну небесную прагматиков не убеждали. Они в ответ вспоминали пословицу «На Бога надейся, а сам не плошай», которая в равной мере справедлива и для христиан, и для язычников, не говоря уже об атеистах.
Но все планы захвата драгоценной закваски разбивались о надежность и мощь охраны, а главное – на непреодолимые технические препятствия.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
