него внимания!
Он метнулся вперед, чтобы атаковать противника с поднятыми обоими мечами, парируя неуклюжий защитный выпад соперника одним клинком, в то время, как другим с широким размахом справа, он отбросил двух остальных назад, а когда быстро подскочил ближе, ударил свою жертву плечом по зацепленной лодыжке, заставив ее пошатнуться. Когда беспомощный гладиатор растянулся на твердой песчаной площадке, Мортиферум, сделав выпад, деликатно ударил его по горлу кончиком своего тяжелого деревянного тренировочного меча, а затем бросился вперед, кувыркнувшись через распростертое тело упавшего человека, чтобы приземлиться на ноги с поверженным бойцом между ними, крутануться, когда его ноги коснулись песка, и поднять мечи для боя, выкрикнув команду.
- Стоп!
Он вопросительно посмотрел на двух своих оставшихся партнеров.
- Посмотрите, где мы находимся. Ты, лежи, ты покойник! Вот вы двое, что вы должны делать?
Первым ответил самый сообразительный из слушавших.
- Мы разделяемся и подходим к тебе с обеих сторон от трупа ...?
Их учитель покачал головой.
- Не лучший ответ, Феликс. Первое правило боя в паре — никогда не сражайся в одиночку, если можешь этого избежать, иначе хороший фехтовальщик просто быстро убьет одного из вас и не будет торопиться с другим.
- Или мы могли бы подойти к тебе вместе, обойдя его с одной или с другой стороны ...?
Чемпион-гладиатор пожал плечами и ухмыльнулся.
- Я бы сказал, вы можем ходить хороводами вокруг него весь день. Публика потеряет к этому интерес задолго до меня, а все знают, что происходит, когда публике становится скучно.
Феликс мрачно кивнул.
- Мы что, должны перепрыгнуть через труп одновременно?
Мортиферум кивнул.
- Есть лучший вариант в девяти случаях из десяти. Один из вас может остановить замах клинка, но другой должен быть на чеку, по крайней мере, против хорошего или среднего противника. В этом случае, конечно, вы оба были бы мертвы прежде, чем смогли бы восстановить равновесие. Итак, в чем была ошибка, по которой Сергий оказался здесь ... - Он ткнул лежащего стажера носком ботинка, качнув головой в его сторону. - Ты можешь перестать смотреть на меня так, если не хочешь, чтобы в следующий раз я сильнее ткнул тебя мечом. Что ты сделал не так, что позволил себе открыться?
Упавший человек, приподнявшийся на локтях, чтобы послушать, ответил: - Я следил за твоим взглядом, Несущий Смерть и отвлекся.
- Он следил за моим взглядом. На самом деле, вы все следили за моим взглядом, но я выбрал тебя, Сергий, по двум причинам. Во-первых, потому что ты был ближе всех, а во-вторых, потому что ты был идеально расположен так, чтобы твой труп стал препятствием между мной и этими двумя. А, теперь вставай.
Сергий перекатился на ноги подальше от Мортиферума, зная, что лучше не попадать в зону досягаемости обманчиво болтающихся деревянных мечей. Чемпион поднял один из них, указывая на своих партнеров по тренировке.
- Разве я не повторял вам все время, что глаза вашего противника говорят вам только о том, куда он смотрит, а не о том, куда направлен его меч. Вам нужно следить за острием меча, девочки, все остальное не имеет значения.
Сергий озадаченно повернул голову набок.
- Разве нам не нужно следить и на телом и руками противника?
Мортиферум кивнул, улыбаясь в ответ своему партнеру по тренировкам.
- Когда ты будешь готов, мой друг, а, ты будешь готов. Придет время, если ты будешь достаточно хорош, то тогда ты поймешь, что произойдет дальше, просто по позе тела противника, подергиванию мускул, по мерцанию его глаз...
- Но ты же сам сказал нам не смотреть в глаза!
Ухмылка чемпиона-гладиатора стала шире.
- Да. Я сказал тебе это, потому что ты способен смотреть только на что-то одно. Когда я смотрю на противника, я вижу все, каждое подергивание и моргание, каждую мелочь, подсказывающую о его следующем шаге, и я впитываю и понимаю их все, даже не задумываясь о том, что происходит. Я вижу, сколько крови на песке позади него, и может ли он поскользнуться, если я толкну его назад. Я вижу лица в толпе, выкрикивают ли они приветствия или просто жаждут крови. Я вижу мужчин в императорской ложе и их настроение, поэтому я могу быстро успокоить его, если они выглядят снисходительными, или устроить им достойное представление, если я думаю, что их нужно убедить в том, что соперника стоит спасти. Я вижу раны, которые я ему уже нанес, как сильно они кровоточат и какая темная кровь, поэтому я знаю, насколько сильно я его ранил, и было бы милосерднее убить его сразу.- Он снова ухмыльнулся, пожимая плечами упиваясь своим мастерства, которым был одарен. - Я вижу гораздо больше, чем ты, и ты вряд ли научишься этому, потому, что я таким родился. А теперь ...
Он поднял руку, приветствуя появление Пилиния, зная, что дальнейшее промедление было бы ненужным и весьма заметным оскорблением этого человека.
- А теперь я вижу, что сенатор очень хотел бы, чтобы я бросил то, чем занимаюсь, и подошел к нему. И хотя есть соблазн игнорировать его еще некоторое время, я не вижу смысла настраивать его против себя.
Бросив свои тренировочные мечи на пол, он подошел к тому месту, где его ждал Пилиний, слегка кивнув головой вместо обычного поклона и устремив на сенатора прямой взгляд.
- Сенатор?
Если патриций и был
