имя жизни на земле — пара дней под моим покровительством и всех недовольных отпустят к богатой и сытной жизни! Все кто поддерживает предложение и обещает исполнять мои слова крикните — «За архимага!»
Голос молодого ссохшегося лидера смолк, горло раздирало от мощного крика, а грудь интенсивно вздымалась как мачта, не в силах взять достаточно дыхания.
Тишина накрыла предутреннюю тропинку, на которую неожиданно упал один тонкий и светлый луч. Свет надежды Либерта. Свет, что мог его спасти. Архимаг совершил немало плохого, но его естество хотело жить, мечтало искупить все грехи, и будто бы вторя первому солнечному лучу всё войско вздрогнуло и сорвало с языка:
— За архимага! Веди нас в бой, в последнюю нашу войну, мы поможем тебе! — слова взлетели в к голубому небу как быстрые живые птицы и Либерт выдохнул, поворачивая лошадь и отпуская гонца мчаться обратно к своему господину, сильному и заслуженно названному архимагом.
А Либерт верил. Пока не знал, но верил и надеялся, ибо вера всегда умирала только в вместе с самим человеком…
***
Солнце начинало свой нелёгкий, ранний и ленивый подъём. Маги, пластом разлёгшиеся на поле, потихоньку пробуждались, потягиваясь в разные стороны, позёвывая да снова одеваясь в тяжёлые до блеска чищенные доспехи и шлема.
Приготовления только начались, а три архимага уже наблюдали за сборами, надеясь на лучшее и благостное будущее для всех. Они уверенно смотрели на просыпающихся и копошащихся воинов с пламенными улыбками на лицах и горящими глазами — впереди их ждало множество новых открытий, которые бы сделали магический мир лучше, крепче и сплочённее. Ведь когда ещё архимаги смогут воссоединить свои войска ради общей и праведной цели?
Безветренная погода душила воздух, но на это сейчас никто не обращал ни единого внимания. Все были бодрые и готовые к походу. Солдаты сворачивали ковры, одевались, общались, желали каждому удачи и силы.
— Всё будет хорошо. Чёрный город не так уж и опасен. Уничтожим мы этого Мартена, даже не переживайте.
— А кто тут переживает? Самое лучшее магическое войско способно использовать магию как надо, в этом никто и сомневаться не должен.
— Да и Церковь Сатаны оскверняет наши чувства и молитвы, — присоединился ещё один голос, водружая на свою лохматую голову тяжёлый шлем. — Мартен заслуживает смерти. Всем остальным нашим противникам разгром этого ужасного прыща на теле мира послужит хорошим и достойным уроком.
Архимаги всё слышали, даже Дамир удовлетворённо кивал. Вальтер косил на него взгляд, но всё ещё молчал, продолжая блюсти свой величественно-радостный вид. Недоверие и неясность остались, хотя потихоньку начинали угрюмо сдаваться. Похоже, Верховный архимаг, лидер Церкви Господа, всё же совершил ошибку в своих рассуждениях. Выводы оказались неверны, а Вальтер доказал самому себе собственную некомпетентность как главы самых сильных магов мира. Аналитика и доводы провалились, будто бы рухнув в чёрный бездонный колодец. И это начинало пахнуть поражением…
Солдаты всё собирались, многие с улыбками на лицах. И все они даже и не осознавали, как же на самом деле плохо, что Дамир оказался именно другом. Причём другом инициативным и неожиданно заинтересованным в походе. Мир будто бы переворачивался, как планета, обращающаяся вокруг своей оси.
— Господин Дамир, скажите, вы хоть сколько-нибудь переживаете пред наступающим походом? — спрашивал старичок, поглаживая всклокоченную седую бороду да целуя тяжёлый золотой крест, на который плавно опускался один из появившихся солнечный лучей, с силой пробившийся сквозь листву и ветки окружающих деревьев.
— Переживаю ли я? — посмаковал вопрос архимаг и вдруг буквально прыснул от смеха. — Переживать надо, если противника уважаешь и знаешь его истинную силу. А над Эриком можно только хохотать. Из него маг, как из меня кухарка. Согласен, Адонис?
Старик в ответ только глухо улыбнулся, повертев головой и радуясь беспечности и бесстрашию молодого архимага.
«За плечами Дамира большое светлое будущее. Я чувствую это» — подумал старичок. И только Вальтер молчал, словно воды набравши в рот. Всё в округе казалось какой-то нелепой декорацией, а сам лидер магов думал о себе, как о бесполезном рудименте в стройном организме, что гордо звался Нижним миром.
Солдаты, полностью экипировавшись и морально приготовившись к новым свершениям, уже начинали собираться в стройные ряды, плечом к плечу, шлемом к шлему. Шеренга шла за шеренгой, постепенно выстраивая лучшее магическое воинство на белом свете. Воинство, что было уверено в том, что магия и мана — дары Божие, а Церковь Господа — это божественное и несокрушимое место, центр духовности, идейная столица всего мира. А оскверняющая эту единую для всех духовность империя Мартена была обязана потонуть в жарких языках пламени. Так хотел каждый маг, каждый человек, каждая живая душа в мире.
Солдаты выстраивались и выстраивались, ни на секунду не останавливаясь, когда вдруг произошло то, что всё это время ждал Верховный архимаг, то, чего он так ожидал, во что всё ещё верил.
Поле в момент притихло, словно позволяя приближающемуся грохоту воцариться на месте лёгкого шума, что владычествовал здесь ранее.
Солдаты поворачивались назад, медленно смотря на огромный отряд, буквально потонувший в серой походной удушливой пыли. Впереди скакала фигура и лошадь неистово ржала, словно ознаменуя его приход:
— Либерт… — глухо пролепетал Вальтер, чувствуя, как его кулаки сжались. Ну уж нет, если и на этот раз наблюдения и аналитика подвели, Верховный архимаг просто так этого не оставит. Самолюбие было выше всяческой логики, человек с надвинутой на половину лица благородной белой маской просто не мог больше ошибаться. — Ты же точно наш враг. Я это знаю. Я в это верю… Хоть ты человек хрупкой натуры, это не может тебя лишить предрасположенности к предательствам ради собственных целей и интересов…
Архимаги смотрели вперёд и всё поле полностью затихло, оставив надвигающийся шум играть бесспорно главную и, возможно, свою финальную грандиозную партию.
Только что такой болтливый и шумный Дамир тут же совсем притих, старик напрягся, скрипнув зубами, и каждый в воинстве явственно чувствовал — настал момент истины. На поле пришёл последний игрок мировой арены, последний из самых вероятных предателей. И архимаги поднатужились, стараясь понять кто он такой этот Либерт — простой трясущийся нелепый архимаг или настоящий предатель Церкви Господа, сильный и волевой лидер, что всё это время носил маску, хоть и не уважаемую, как у Вальтера, маску, скрывающую тайную подлую личину.
Момент истины накрыл поле своими незримыми щупальцами и никто более не смог бы от них отделаться — настало время правды…
Вот провалялся силуэт скачущего неостановимого архимага, вот чётко показался первый магический строй. Адонис ещё крепче сжал зубы, а Дамир нервно сглотнул,
