Боги оставили битву троян и ахеян, но бой продолжается. Воеводы ахеян теснят троян, убивая многих могучих бойцов. Трояне бегут под защиту стен Илиона, – ещё немного, и ахейцы ворвутся в город на плечах отступающего противника. Гелен Приамид призывает Гектора и Энея задержать отступление троянцев, чтобы предотвратить разгром, и советует отправить троянских жён в главный храм, молить богиню Афину Палладу, принося ей дары. Гектор останавливает бегущих троян и организует оборону. В единоборстве сходятся Диомед Тидид и Главк Гипполохид. Увидев Главка в богатых доспехах, Диомед сравнивает его с богом, и спрашивает про его род, говоря, что сражаться с богами, не смел даже царь Ликург, а бог Дионис скрывался от царя Ликурга к богине Фетиде. Бог Зевс Кронид ослепил царя Ликурга за нападение на бога. Главк рассказывает Диомеду историю своего рода, ведущего истоки от знаменитого Сизифа, который родил, его прадеда, также Главка. Древний Главк родил Беллерофонта, которого пыталась соблазнить жена царя Прета, Антия, когда Беллерофонт был у него в гостях. Царь Прет гонит Беллерофонта к своему тестю, властителю Ликии, чтобы тот убил Беллерофонта, но тесть посылает того сражаться с Химерой. Беллерофонт побеждает Химеру, затем солимов и амазонок, а царь Прет устраивает ему засаду. Беллерофонт убивает засаду, и тогда царь Прет узнаёт его, как бога, и отдаёт ему свою дочь, с которой Беллерофонт родит двух сыновей, Гипполоха и Исандра и дочь Лаодамию, с которой сочетался сам бог Зевс, и Лаодамия родила Сарпедона. Гипполох же родил Главка, которого и видит Диомед. Диомед выясняет, что дома их дедов, Беллерофонта и Инея были дружны, и братается с Главком, меняясь доспехами и оружием. Гектор приходит домой, направляет свою мать, царицу Гекубу с женами в храм Илиона, молить богиню Афину, те отправляются в храм, где служительница Феано начинает служение богине Афине. Гектор находит Александра Париса и призывает его на битву. Потом он ищет свою жену Андромаху с сыном, и находит их на стене Илиона. Андромаха прощается с Гектором, вспоминая своего отца Этиона, царя Фив, убитого царём Ахиллесом, предчувствуя свою и Илиона горькую долю. Парис присоединяется к Гектору, и они спешат в бой.
Бой ужасный троян и ахеян оставили боги;
Но свирепствовал бой, или здесь по долине, иль там,
Где один на других копий сталь устремлял по дороге,
Где течёт Симоис и струится сверкающий Ксанф.
Теламонид Аякс, вождь закованных в латы ахеян, {5}
Рвал фаланги троян, цвет дружины порадовав сам;
Воеводу сразил он храбрейшего рати фракиян,
Акамаса ветвь Эвсора, что страшной силой блистал.
И его поражает в глазницу он, в шлем с конской гривой,
И вонзает в лицо. Погрузилась внутрь черепа сталь {10}
Заострённого жала копья, и тьма очи покрыла.
Там Аксила поверг Диомед, воевать не устав,
Сына Тевфраса; он сам в Арисбе жил, городе милом,
Полон жизни благами, приятель любезный людей;
Принимал он всех дружески, в дом, при дороге открытый, {15}
Но никто от беды не избавил его из друзей.
И на помощь никто не пришёл; и двоих разъярённый
Отнял жизни, – его, и Калезия друга, что здесь
Гнал коней; неразлучные, в землю сошли принуждённо.
Эвриал герой Дреса, Офелтия сбил со спины; {20}
Быстро шёл на Эсепа и Педаса, нимфой рождённых,
Юной Абарбареей, что Буколиону сыны;
Сын был Буколион Лаомедонта, славного мужа,
В доме старший, без брака был тайно рожден без вины.
У стад пастырь своих сочетался он с нимфой нетленной; {25}
Та же нимфа, сынов-близнецов там ему принесла;
Юным вместе и дух сокрушил, и прекрасные члены,
Мекистея герой сын, и с плеч их доспехи он снял.
Там же, яростным боем, сразил Полипет Астиала;
Одиссей перкозийского мужа Пидита достал {30}
Острой пикой; и Тевкр Аретаона, храброго, в латах.
Антилох Несторид, устремивши сияющий дрот,
Сверг Аблера; владыка мужей Агамемнон, – Элата;
На реке Сатнионе прозрачной тот пас тучный скот,
Где Педас апенинский. Филака бегущего скинул {35}
Сам Леит; Эврипил Меланфея сразив, обдерёт.
Но Адраста живым изловил Менелай на равнине;
Там где кони, сражённые страхом на поле, скакав,
Об мириковой куст колесницу с разбега разбили,
Её дышло сломав, сами мчались, всю упряжь порвав, {40}
По домам, куда все устрашённые кони спешили.
Сам герой, с колесницы на землю скатился стремглав,
Грянул оземь лицом; и пред ним стал, летевший по пыли,
Менелай Атрид, пикой грозя длинной, с острым концом.
Обхватил его ноги и крикнул Адраст, моля с пылом: {45}
«Жизнь даруй, о Атрид, и я выкуплен буду отцом!
Много разных сокровищ хранится в отеческом доме,
Много стали, и золота, выкованных кузнецом.
Выдаст с радостью мой же отец тебе выкуп огромный,
Как услышит, что я нахожусь у ахеян, и жив!» {50}
Так сказал, – и уже преклонял победителя скромно;
Помышлял уже тот, – одному из ахеян вручив,
К кораблям вести пленника чёрным, как вдруг Агамемнон,
Прибежавший навстречу, предстал и вскричал, поучив:
«Менелай, душой слабый столь ныне ты стал к побеждённым, {55}
Сердцем жалостен? Эти троянцы наделали дел
В нашем доме! И пусть не уйдёт от погибели демон,
Ни младенец, которого матерь, коль муж захотел,
Носит в чреве своём, чтоб и он не избег! Пусть, погибнув,
В Илионе горящем, без гроба лежат груды тел!» {60}
Так сказав, он судил помышление брата откинуть,
Говоря ему правду; и сердце морозом студит.
Он Адраста толкнул; и ему Агамемнон в средину
Гонит пику; откинулся тот, и могучий Атрид,
Став ногою на грудь, вырвал мощную пику скорее. {65}
Меж тем Нестор, аргивян будя, громогласно кричит:
«О, данаи герои, бесстрашные слуги Арея!
Пусть никто среди вас, на добычи бросаясь, не ждёт
Сзади строя, чтоб больше нести их в свой стан корабельный.
Поразим мы противников; после и их, в свой черёд, {70}
Сможем все обнажить на побоище мертвые трупы.
Сделав так, он и душу, и мужество всяк соблюдёт».
В это время трояне, лишь натиск ахеян пощупав,
В Илион бы укрылись, от слабости духа своей,
Но Энею и Гектору мудрый совет дал не скупо, {75}
Сам гадатель по птицам, сын старший Приама, Гелен:
«Гектор, также Эней! Ведь на вас лежит больше прочих
О троянах с ликийцами бремя забот; вы смелей
В каждом вашем намереньи, – биться, иль мыслить, вы прочно
Станьте здесь, чтоб бегущие рати у врат удержать! {80}
Все бегут так стремительно к жёнам и детям, что, точно,
Беглецы упадут, всем врагам в посмеянье лежать!
Но, когда вы вокруг ободрите фаланги, поверьте,
Оставаясь с данайцами, будем мы здесь всех сражать,
Сколько б ни были ими теснимы; велит наше сердце. {85}
Гектор, ты поспеши в город и передай по словам
Нашей матери, – Пусть соберет благородных жён вместе
В замок наш, светлоокой Афины богини где храм.
Там, закрытые двери открыв, в святом доме бесстрашно,
Тот покров возьмут пышный, который дороже всем нам {90}
В царском доме, который сама любит больше домашних.
На колени его белокурой Афине кладут.
И двенадцать коров однолетних, ярма не познавших,
В жертву в храм принести обещают, молиться бегут, —
Пусть богиня помилует Трою, младенцев невинных; {95}
Если от Илиона отбросить Тидида мы тут,
Сможем, бурного воина, бегства всех здесь он причина;
Воевода, я мыслю, ахеян храбрейший ведёт!
Ахиллес не страшил так, великий мужей вождь бесчинный;
Говорят, сын богини бессмертной! Сам гневом одет, {100}
Всё свирепствует; в мужестве с ним же никто не сравнится!»
Так сказал он, – и Гектор послушал тут брата совет;
Быстро наземь с оружием прыгнул он сам с колесницы;
Копья острые блещут, кругом ополченья пошёл,
Распаляя на бой, сечу страшную, с пришлыми биться. {105}
Обратились все в бой, и к ахеянам стали лицом;
Вспять подались ряды, укротились аргивяне страшно,
Мысля, – бог то незримый со звёздного неба сошёл,
За врагов сам вступился; так все обратились трояне.
Возбуждал Гектор так, призывая троян всех к боям: {110}
«Дети Трои отважные, стойкие вместе с друзьями!
Будьте верными, други, воздайте вы славу богам.
Ненадолго от вас отлучусь в Илион я, чтоб с вами
Дать лишь старцам совет и супругам, – пусть вместе все там
Молят вечных богов, принося пышно жертвы тельцами!» {115}
Говоря так им, Гектор в сияющем шлеме спешит;
Бьётся сзади его, по ногам и по шее, концами
Кожа чёрных быков, окружая огромнейший щит.
