небольшом расстоянии от ручья, остановились также в маленьком урочище. После бессонной ночи, да к тому же не зная, что ожидает их впереди, старший решил дать людям время на отдых.
Пленного подвели к ручью. Едва присев на ослабевших ногах, он осторожно повалился на правый бок, зачерпнул здоровой рукой холодную воду и стал жадно пить. В его взгляде не было ни злобы, ни страха, ни отчаяния, он просто наслаждался вкусной влагой.
Заметив такие перемены в его поведении, старший решил поговорить с ним, предварительно повелев накормить его. Вопреки ожиданию, тот не стал запираться и охотно пошёл на разговор.
Старший оказался прав в своей догадке. Пленённый был наёмником в персидской армии царя Дария I.
После недавнего бесславного похода владыки Персии, Мидии и Лидии в земли саков, где он без битв едва избежал собственной смерти в бескрайних песках и гибели всей своей трёхсоттысячной армии, потеряв среди пустыни огромное число воинов, отдельные части его войск разбрелись по земле, желая скорей уйти от ненавистных саков-массагетов. Среди них был и этот небольшой отряд, гонимый дозорами кочевников и оказавшийся в этих краях, избегая столкновений с врагом. Стало понятным, что именно по этой причине он не мог найти обратного пути.
Сам же пленённый воин был родом из далёкой горной страны Урарту, завоёванной Мидией, ставшей теперь частью Персии. Это был его первый в жизни поход на кочевников. Ему доводилось бывать в Лидии, Вавилоне и Египте. Среди погибших в ночной схватке были ещё трое горцев. Остальные были персами.
Передав его охране, старший решил обсудить с женщиной дальнейшее продвижение каравана, так как до сих пор они не приняли решения в отношении драгоценного груза. Было совершенно неясно, как поведут себя соплеменники в приморских землях, узнав о содержимом их вьюков. Всё могло закончиться довольно печально в родственном по крови краю, где проживают такие же саки, но где они никогда не бывали.
Великий прадед царицы Томирис бывал в южных прибрежных землях Каспийского моря. Там же довольно долго находился и её дед. Даже Кир, предшественник Дария, первый царь из династии Ахеменидов, пятнадцать лет назад, идя на них войной, не стал входить в те земли, заполучив себе на службу отряды саков и исполнив их условие – не вести их в поход на сородичей.
Старший поделился с женщиной услышанным от пленённого и своими тревогами за будущее.
– Я думаю, они чтят славных предков нашей царицы и не посмеют творить бесчинства по отношению к нам. Но никто не может быть в этом уверен. Ты прав. Нужно постараться найти среди них надёжных людей, знающих в своей земле такие места, где до нужды можно сокрыть наши грузы. Мы не можем в этих краях ни схорониться, ни оставить всё это, – после недолгих раздумий высказалась она.
– Тогда нам остаётся пройти три дня пути. Может быть, выслать людей вперёд, пусть хотя бы узнают, что там творится? – предложил старый воин.
– Вышлем, когда останется один день. Людей мало. Нужно беречь их, – женщина взглянула на собеседника.
Тот одобрительно кивнул, поднялся и, как-то грузно и тяжело ступая, направился отдавать распоряжения воинам.
«Он сильно устал. Ему нужно отдохнуть. Очень нужно. Да сохранят его небеса!» – глядя ему в спину с благодарностью, теплотой и нежностью подумала она.
Остаток дня и всю ночь люди отдыхали, набираясь сил. Старший к утру был свеж, его движения были точны, шаги уже не были тяжеловесными.
Все понимали, что им предстоит долгий переход, но, видя уверенность в своём вожаке, они были бодры и готовы следовать дальше, каким бы трудным ни был этот путь.
Недавняя победа, пусть всего лишь над небольшим отрядом врага, и довольно продолжительный отдых хорошо отразились на молодых саках. Они были не так мрачны, как прежде, и даже не скупились на слова, как это делали обычно, подражая взрослым, а уже тихо подшучивали друг над другом, видимо, вспоминая свои ночные подвиги во время боя.
Обойдя небольшой лагерь, оглядывая воинов, старший явно ощущал спад напряжения среди них. Вновь уверенность в себе и товарищах царила в отряде. По всему было видно, что впервые, с самого начала этого похода, люди расслаблены именно до той степени, какова желательна и нужна для воинов в обстановке войны. Она давала возможность в случае необходимости мгновенно собраться и быть готовыми ко всему без замешательств и суеты. Старый воин был доволен происходящими переменами.
На рассвете караван вновь двинулся в путь. Хорошо отдохнувшие кони, чувствуя приподнятое настроение своих хозяев, ощущая их лёгкое, точное и уверенное управление, двигались игриво, едва сдерживая порывы ринуться вперёд, обгоняя друг друга.
* * *
Высланный вперёд отряд из трёх воинов, с которым ушёл сотник, решили дожидаться здесь же, разбив лагерь на берегу Каспийского моря. Особо подходящим для размещения это место нельзя было назвать, но и менять его до возвращения разведки не следовало.
Никто в караване, кроме старшего, никогда не видел этого моря и теперь все, помимо дозорных, устремились к его берегу, но подойти к воде в наступающих сумерках, не зная удобных спусков, они не могли.
Огромные пласты из затвердевшего песка и известняка громоздились слоями высоко над морской гладью. Стоя на их краях, невозможно было понять, как далеко внизу под ногами находится вода. Кто-то со всего размаха бросал туда камни, но грохот волн не давал ему услышать всплески.
Несмотря на суточный переход, свежий морской ветер своей сыростью и прохладой очень быстро взбодрил людей, настраивая их на решительные действия.
Пленник расположился недалеко от костра, прислонившись спиной к небольшому валуну, вытянув ноги и безвольно опустив голову.
Огонь от сильных порывов ветра порой почти затухал, но через мгновенье вновь вспыхивал и стелился языками низко над землёй, выбрасывая в стороны яркие искры. Он то ненадолго впускал мрак в ближнее пространство, то вновь освещал его причудливыми тусклыми всполохами.
Неподвижная поза пленного насторожила женщину, она подошла к нему и поначалу лишь попыталась вглядеться в его лицо, присев перед ним на корточки. В темноте за густой бородой, разросшейся почти по всему лицу, рассмотреть толком ничего не удалось. Коснувшись пальцами жёстких густых волос на его подбородке, она слегка приподняла ему голову и постаралась прислушаться к его дыханию. Он никак не отреагировал. Его веки были опущены и не разомкнулись даже при её прикосновении. Пленник пребывал в забытьи. Взяв его за руку, она сразу ощутила исходящий от него жар.
– Видимо, из-за раны, – услышала она голос старшего. – Сильно ослаб при переходе. Нужно положить его ближе к
