- Ты всегда плаваешь голой?
Барби загадочно сузила глаза и поёрзала в его руках, прижимаясь теснее.
- На мне футболка.
- А под футболкой ничего нет.
- Это ещё одно совпадение.
- Что-то их очень много на нас двоих, не находишь?
Девушка покачала головой и, приблизившись, мягко, почти невесомо, прикоснулась губами к его щеке. Этот поцелуй не имел ничего общего с их вчерашним сумасшествием, но даже на него тело отреагировало жаркой волной. И это ли не подтверждение того, что он принял верное решение?
Повернувшись к берегу так, чтобы в случае чего её не смогли узнать, Майор сжал в ладонях упругие ягодицы и тихо, но твёрдо произнёс:
- Условия остаются прежними. Мы встречаемся в свободное время, чтобы потрахаться, не лезем друг другу в душу и никому об этом не рассказываем. Никаких отношений. Никаких обязательств. Между нами секс и...
Он хотел сказать "и ничего больше", но Барби перебила его словами:
- И только секс.
Саша кивнул, соглашаясь. Теперь ситуация перестала казаться безвыходной и неконтролируемой, а это не могло его не радовать. Ведь, кто знает, может таким образом через пару встреч им надоест, влечение схлынет, интерес друг к другу сойдёт на нет и жизнь вернётся на круги своя.
- Только я хочу добавить ещё одно условие, - внезапно посерьёзнела Екатерина.
- Какое? - вздёрнул бровь мужчина.
- Если трахаемся, то только друг с другом. При появлении кого-то на стороне мы вежливо прощаемся и расходимся.
- Отличное условие. Оно меня тоже устраивает.
Она провела рукой по его затылку, зарываясь пальчиками в волосы, а Соловьёв вдруг поймал себя на том, что изучает веснушки на её лице, которые в лучах утреннего солнца казались ярче, чем обычно. Взгляд скользил от одного светло-рыжего пятнышка к другому, пока не упёрся в пухлые губы и не остановился на них, как приклеенный.
- Скрепим наш договор поцелуем? - догадалась о его намерениях Катя, широко улыбнувшись. - Или я могу показать тебе тихий лесок неподалёку, где мы могли бы уединиться и...
Вместо ответа Майор оборвал её поцелуем. Больше дела – меньше слов.
26. Катя
Друзья виновато смотрели в пол и мяли в руках отчёты по практике, которые через десять минут им всем придётся защищать. Маша, стоящая напротив, выговаривала им всё, что у неё накопилось с того самого вечера в баре,и метала глазами молнии.
- Вы совсем офигели?! Я же русским языком сказала, чтобы вы за ней присматривали! Что в этом сложного?!
Студенты, проходящие мимо по коридору, опасливо взглянули в их сторону и как можно скорее скрылись за поворотом.
- А если бы с Катей что-нибудь случилось?! - продолжала разоряться Баженова. - Вы хотя бы на секунду об этом задумались?
Одногруппники синхронно вздохнули и опустили голову ещё ниже.
- Машулечка, нам, правда, очень-очень стыдно, - ответила за всех Лара, переступив с ноги на ногу. - Я до сих пор не понимаю, как так могло получиться.
- Я вот тоже не понимаю, Лар! Катя же не телефон, который можно на столе забыть и уйти! Чем вы, вообще, таким занимались, если даже не заметили, что её нет с вами?!
Лариса переглянулась с Жориком, который стоял по правую руку от неё, и вдруг покраснела.
- Ларка с Жорой в такси целовались! - наябедничал Федя и тут же получил от подруги острым локотком в бок. - Эй, больно же!
- А ты флиртовал с таксистом! - не осталась в долгу Клюева.
Теперь очередь краснеть настала у Фёдора. В сочетании с белоснежно-белой шевелюрой алый цвет его кожи смотрелся так, будто ему кто-то плеснул краской в лицо.
- С Магомедом? - не на шутку удивилась Катя, вспомнив имя водителя такси, в которое она так и не попала.
- Ну, да, - пожал плечами Морозов, невинно похлопав ресницами. - Насколько я помню события того вечера, он был весьма симпатичным и очень похож на мою бывшую...
Маша раздражённо закатила глаза и поставила точку в споре беспрекословным:
- Хватит. Не хочу даже слушать ваши оправдания. Теперь буду знать, что на вас нельзя положиться.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Одногруппники пристыженно поджали губы, а Трофимова, пожалев друзей, поспешила смягчить ситуацию.
- Да ладно тебе, Манюнь, всё же хорошо закончилось, правда? Мне-то точно грех жаловаться. Просто в следующий раз будем внимательнее друг к другу и всё.
- Что значит тебе грех жаловаться? - тут же ухватился за фразу Жора. - Мы чего-то не знаем?
От ответа Катю спас вовремя появившийся преподаватель, пригласивший всех пройти в аудиторию. Иначе бы пришлось придумывать какое-нибудь враньё, чтобы умолчать про Майра, а обманывать друзей не хотелось. Особенно после чудесных выходных, из-за которых у неё улыбка никак не желала сходить с лица.
Нет, конечно, девушка знала, что, если захочет, то сможет сделать многое, но после того, как в её умной и красивой головушке возник план по покорению Соловьёва, она сама подивилась своей гениальности и изобретательности. Намеренно забыть купить соус, собраться за ним в магазин поздним вечером, правдоподобно испугаться грозе и усиленно не помнить, где именно тот самый поворот, ведущий к даче - это ли не высший пилотаж? Кажется, даже судьба в тот день удивилась её напору и решила помогать во всём. То сделала так, чтобы единственным, кто не притронулся к алкоголю, был Саша. То в первом магазине не оказалось нужного ей соуса, а второй магазин находился рядом с выездом из посёлка. То устроила ливень с грозой и привела их в хижину. Все эти события складывались так удачно, что мужчина похоже сам не понял как оказался в Катиных руках и перестал сопротивляться их влечению. После разговора на речке, они, вернувшись домой, продолжали делать вид, что ничего интересного между ними не произошло, но, оказавшись в городе, не стали ни в чём себе отказывать и развлеклись так, что Трофимова сегодня еле проснулась. Маше даже пришлось отдать ей свой кофе, которое они купили по дороге в университет.
- Добилась своего, да? - с улыбкой прокомментировала подруга её состояние.
- О, да. Не то слово.
Без своих заморочек и образа правильного мальчика Майор становился совершенно другим человеком. Настоящим, живым, интересным. Таким, каким она увидела его в их первую встречу. Он, кажется, даже внешне менялся. Улыбался шире, смотрел пристальнее, общался раскованнее и это заводило её сильнее, чем Сашино идеальное тело или жаркие прикосновения. А касался он её много, бесстыдно, откровенно. У Кати каждый раз ноги подгибались и перехватывало дыхание. Она, конечно, тоже в долгу не оставалась и сводила мужчину с ума по своему - трогала его, обнимала, целовала, отчего Соловьёв сильнее стискивал её в своих руках и обжигал синим огнём в глазах.
- Может, сходим в кино в пятницу? - предложила Лариса, когда, отстрелявшись с защитой, все вышли на улицу.
- Я не могу, - покачала головой Трофимова. - Днём я работаю, а вечером у меня планы.
- А в выходные?
- В выходные тоже планы.
А точнее один, двухметровый и светловолосый план, с которым она попрощалась несколько часов назад и теперь с нетерпением ждала новой встречи.
- А ты Жору пригласи, - посоветовала Маша, деловито поправляя солнцезащитные очки. - Думаю, он точно не откажется, ведь целоваться в тёмном зале гораздо удобнее, чем в такси, правда?
Одногруппники вновь покраснели, но слова Баженовой опровергать не стали. Распрощавшись и заверив Лару, что они обязательно как-нибудь соберутся всей компанией, друзья разошлись по своим делам. Катя вместе с Марией направилась к своей машине.
- Подбросишь меня до остановки? - попросила подруга. - У нас сегодня поставка и Тоня меня ждёт не дождётся на подмогу.
- Я могу и до магазина подбросить.
- А потом в пробку встать? Спасибо, солнце, но я доеду на автобусе.
Тоня, жена Машиного старшего брата Алексея, заправляла небольшой сетью цветочных магазинов, в которых Маша пропадала почти всё своё свободное от учёбы время. И, чем ближе был выпуск из университета, тем больше Трофимова убеждалась в том, что подруга, не на шутку увлёкшись флористикой, не пойдёт работать по профессии.
