Читаем без скачивания Вампиры на Каникулах - Кэтрин Коути

Не долго думая, девушка обыскала неподвижное тело одного из грабителей, обнаружив в кармане потрескавшуюся фляжку. Держа эту емкость на расстоянии, Сара, следуя правилам безопасности, осторожно вынула пробку и помахала рукой в направлении своего лица. Ей тут же показалось, что волоски в носу закрутились в спираль. Подходящая штука.

— Ааальфред! Я принесла тебе что-то вкусненькое, — пропела девушка тем сладким голосом, каким родители предлагают детям ложку касторки.

— Что это?

— То, что доктор прописал. Вернее, без пяти минут доктор.

Поскольку сопротивление было бессмысленным, Альфред взял фляжку из услужливых рук, залпом опорожнил ее — в надежде, что не распробует вкус — и… и…. диапазон его зрения значительно увеличился, потому что глазные яблоки выскочили из орбит. На мгновение юный вампир даже увидел собственные уши. Из них валил пар.

— Тебе лучше? — осведомилась Сара, забирая фляжку.

— Мнэээ…арррх!

— Ну вот, совсем другое дело. Постой, ты куда собрался?

Следуя заветам Архимеда, Альфред зашарил руками по земле, в поисках точки опоры. С третьей попытки ему удалось принять условно-вертикальное положение.

— Мне нужно в-возвращаться в Оперу, — выдавил вампир, но его собеседница категорично помотала головой.

— В таком состоянии тебя даже на порог не пустят! Да и билет ты наверняка потерял.

— Нет! Просто я там живу.

— Ты, конечно, употребляешь глагол «жить» в переносном смысле? — уточнила девушка. — Как в предложении «Во время экзаменов я живу в библиотеке»?

— Но я там правда живу. В подвале.

Глаза Сары округлились. Приехали в Париж и обретаются в подвале! Неужели у Его Сиятельства настолько плохи финансы, что он отправил сына в поездку без единого су? Воображение тут же нарисовало картину — Герберт и Альфред, понурившись, моют посуду в ресторане, потому что им нечем заплатить за съеденный обед. Хмыкнув, девица отмахнулась от видения. Чем хорошо существование упырей, так это тем, что за еду вообще платить не нужно. А в ресторане эта парочка в первую очередь полакомилась бы официантом.

— Нас приютил Призрак Оперы, — пояснил Альфред. — У него в подвале квартира, прекрасно обставленная. Даже ванна есть.

Сара расхохоталась.

— Чушь какая! Что-то не верится, чтобы у привидений были квартиры — кто заключит с ними договор о съеме, раз они не физические, а так сказать метафизические лица? Хихихи! Вот же бред! Ну а про «хорошо обставленную» это ты вообще загнул, Альфред! Ведь призрак даже диван передвинуть не сможет, его руки пройдут насквозь!.. Постой, что ты говорил про ванну?

— Ну, она такая мраморная, с горячей и холодной водой.

— Правда? Интересно, сколько там кубических литров?

— Сейчас и не вспомню.

— А горячая вода за счет чего? От плиты или бойлер установлен?

Но ответа на свой вопрос фрау Абронзиус так и не получила, потому что в закоулке появился виконт фон Кролок. И замер, сраженный открывшейся взору картиной. Взъерошенный и очень несчастный, Альфред покачивался от невидимого ветра. Рядом с ним стояла Сара, с открытой фляжкой в руках, а неподалеку валялись два неподвижных тела. В придачу ко всему, в закоулке пахло так, что у бывалой вакханки закружилась бы голова.

— Сара, зачем ты его напоила? — возмутился вампир, подходя поближе.

— Я?!

— Ты. Даже от улик не успела избавиться, — Герберт склонился над одним из тел и задумчиво потыкал его носком ботинка. — А кто все эти люди? Вы что, оргию здесь устроили? Не дождавшись меня?

— Это вовсе не то, что ты думаешь! — возмутилась Сара, отшвырнув флягу. — Между прочим, я только что спасла твоего друга.

— От кого? От этих двоих? Они напали на него, не так ли? — вампир прикрыл глаза рукой, — Ох, Сара, Сара. В теперешнем его состоянии, Альфред мог с ними одним мизинцем справиться…

— Именно. Я спасла его от поступка, о котором ему, возможно, пришлось бы посожалеть.

— Он мог впервые вкусить кровь!

— Как раз это я и имела в виду. Как хочешь, но ты мне должен, Герберт.

Картинно отставив ногу, виконт прислонился к стене и даже вынул из кармана пилочку для ногтей. Всем своим видом он являл снисходительное безразличие.

— Правда? И каким образом, позволь спросить, вампир расплатится со смертной?

— Я так и думала, что ты заинтересуешься! — девушка просияла, — Мне нужно провести с тобой опрос. Заполнить парочку анкет, чтобы изучить твою немертвую субкультуру.

Прошло уже несколько минут, а Сара все еще не сделала ему крупную гадость. Окрыленный такой удачей, Герберт решил быть твердым до конца.

— Ха! Еще чего, разве станет вампир посвящать людей в свои тайны? Смертный ум не сможет их объять. Они печальны, словно завывание ветра на вересковой пустоши и черны словно… — но предыдущая метафора основательно истощила его воображение.

— … словно копоть, — выручил Альфред.

— Да! В общем, забудь о своей просьбе, Сара.

— Ах, вот оно что. Друзья так не поступают, Герберт фон Кролок.

— С каких пор мы стали друзьями?

— Впрочем, друзья еще много чего не делают, — задумчиво продолжила она. — Например, они никогда не напишут родителям друзей, что их дети во время каникул бродят по городу в нетрезвом виде. И живут в подвалах с инфернальными личностями неопределенных занятий. И неизвестно куда тратят деньги. И…

Раздался тихий звон, но виконт фон Кролок даже не потрудился поднять пилку.

— Ты этого не сделаешь!

— Нет, конечно. Мы ведь друзья.

Наступило молчание, прерываемое лишь нетерпеливым сопением Сары, мычанием Альфреда и шуршанием бандитов, которые ненавязчиво, миллиметр за миллиметром, уползали с поля битвы.

— Наверняка это длинная и нудная анкета, — нехотя отозвался Герберт.

— Нет, короткая и веселая.

— Так и быть, я ее заполню. Потому что снисхожу к твоей мольбе. А где мы встретимся? Как понимаешь, к нам я тебя пригласить не смогу.

Виконт был прав, ибо во все времена квартирные хозяева строго-настрого запрещали жильцам водить на квартиру девиц. Зато визиты молодых людей не вызывали подобных запретов. Это еще раз доказывает, что лендлорды отличаются ограниченным воображением.

— Мы можем встретиться на нейтральной территории. Например, в двух кварталах от моего отеля есть кафе «Орхидея». Там и соберемся, но только не завтра, а послезавтра — мне нужно подготовить материалы. Есть вопросы?

Некоторое время виконт разрывался между желанием избавиться от нее поскорее и любопытством. Второе чувством, как водится, побороло.

— И как ты только нас выследила? Наверное, весь город обыскала?

— Нет, я просто покинула отель и поняла, в каком направлении следует идти. Когда-нибудь слышал про лозоходство? Это когда ищут воду с помощью рогатины. А теперь представь, что вампиры — вода, а я — палка. Нежить притягивает меня, Герберт.

Виконт понимающе покивал. Палка — это хорошее сравнение. Недаром каждая встреча с Сарой была подобна порке.

— Да и я, похоже, притягиваю упырей, — буркнула девица. — Дома редко удавалось принять ванну, чтобы за окном не маячил кто-то из ваших.

Попрощавшись с фрау Абронзиус, Герберт нежно, но твердо взял под руку Альфреда, который тихонько напевал арию Маргариты, и повел его в сторону Оперы. Вскоре виконт заметил, что тоже подпевает другу — все лучше, чем думать о неизбежном.

…А из темноты за ними следили две пары глаз, расположенные на разном уровне.

— Давай убьем этих! — потребовала обладательница тех глаз, что пониже.

— Еще чего. У них по жилам течет не кровь, а разбавленный алкоголь, — отозвался ее спутник, высокий мужчина во фраке. В руках он сжимал кружку с изображением Версаля, литографию императрицы Евгении, миниатюрную копию Триумфальной Арки, дюжину путеводителей, коробку с эклерами и бумажный флажок.

— Будь здесь другие вампиры, они бы так не занудствовали!

— Великолепно! Вот пусть другие вампиры и приводят в отель маленькую девочку, пьяную вдрызг! Пусть они потом объясняются с местным шерифом…

— Это Старый Свет, здесь нет…

— Да какая разница, Клодия! Давай лучше пойдем в Лувр и посмотрим на… — он быстро пролистал брошюрку, стараясь не уронить сувениры — …на Мону Лизу кисти великого Микеланджело и ее улыбку. Представляешь, как нам повезло, что мы идем в музей ночью? Во-первых, на билете сэкономим, а во-вторых, в очереди стоять не придется. А то там такие очереди — о-го-го!

Девочка по имени Клодия печально вздохнула. Париж, должно быть, очень унылый город, если люди готовы стоять в очереди, чтобы увидеть женскую улыбку.

Тем временем у Его Сиятельства графа фон Кролока появилось столь сильное желание собрать чемоданы, что он покинул библиотеку и направился в спальню. В конце концов, почему он не может отдохнуть в Париже в то же самое время, когда там находится его сын?