я смотрю… смотрю, как на меня на бешеной скорости летит черный внедорожник Андрея…
И я понимаю, что у меня нет времени, чтобы отклониться, нет времени, чтобы отпрыгнуть, и спасения ждать не от кого…
Глава 10
Стою замерев. Не дышу. Словно замираю в пространстве и времени. Только я и автомобиль, который летит на меня. Дорогой. Броский. Привлекающий внимание.
Дышать не могу и время будто останавливается. Тело парализует, и я глаз оторвать не могу от машины, которая летит прямо на меня.
Заторможенно наблюдаю, как автомобиль Зорина мчит прямо на меня и слышу жуткий скрежет. Понимаю, что мажор вдарил по тормозам и пытается остановиться, шины оставляют черные следы на дороге и, в конце концов, машина останавливается в полуметре от меня.
Каким-то чудом не падаю. Не кричу в страхе. Не отпрыгиваю. Сцепляюсь взглядом с Зориным через лобовое стекло. Андрей не моргает даже. Автомобиль рычит зверем. Прищуривается, будто мне вопрос задает без слов. Тот самый. Согласна ли я к нему прийти. Чувствую это на подсознательном уровне.
И мотаю отрицательно головой.
Понимает меня Зорин без слов, губы в хищном оскале раздвигает. Страшном. Диком. Он псих, не привыкший к отказам.
Сдает назад и я на мгновение выдыхаю, но ужас не заканчивается, Андрей опять заставляет мотор зарычать, каменею, потому что Зорин сдает назад, и опять ударяет по газам и, как в каком-то фильме о гонках, начинает кружить вокруг меня.
Прирастаю к земле. Пугаюсь до ужаса этих страшных маневров, резких поворотов, перед глазами мелькают то кузов, то бампер огромной машины, а вокруг меня на асфальте полосуются черные линии, которые с каждым разом проходят все ближе к тому месту, к которому я приросла.
Я не знаю, каким чудом Андрей не сбивает меня, ужасаюсь тому, что происходит посреди бела дня на улице, и просто отсчитываю угорелые удары сердца.
У меня в ушах гул и перед глазами черные пятна. Каждый раз, когда угорелый водитель делает очередной поворот, я молюсь богу, потому что кажется, что вот сейчас он меня заденет. Что вот прямо в этот миг я получу сильнейший удар и отлечу на землю, упаду переломанной куклой…
Слезы набухают в глазах. Не знаю, сколько длится этот ад. Секунды или же часы, я будто потерялась во времени и молю небеса о помощи.
Слезы катятся по щекам. Пока мой мучитель кружит вокруг меня обезумевшим железным зверем, доказывая свою безнаказанность, показывая, насколько крут человек, сидящий за рулем дорогого авто, и насколько мелкой может быть жизнь простого человека, моя жизнь…
Двинуться не могу. Убежать не могу. Боюсь вдохнуть лишний раз и лишь надеюсь, что этот ужас прекратится, но этого не происходит…
— Пожалуйста… боже… пожалуйста… прекрати… — шепчут губы…
Автомобиль мелькает перед глазами так быстро, что у меня уже голова кружится, и в тот самый миг, когда мне кажется, что я сейчас окажусь под колесами внедорожника мажора, я слышу звук.
Громкий. Рычащий. Скрежет оглушает настолько, что я прекращаю следить за кружащей вокруг меня тачкой и перевожу взгляд в сторону огромной агрессивной машины.
Матово-черной, с огромными шинами…
Этот автомобиль… я его однажды уже видела… мельком… среди припаркованных автомобилей у особняка Байсарова…
Его невозможно забыть. Особенно языки пламени на бампере. Машина прямиком из ада. Кажется, это хаммер, так называется огромная махина, настоящий танк на колесах…
Абсолютно темная. Черная. Непроглядная. С затемненными окнами…
Смотрю в лобовое. Пытаюсь увидеть того, кто сидит за рулем этого зверя, но ничего не получается. Однако это не мешает тому, что мое сердце начинает биться еще более отчаянно, и я шепчу одними губами:
— Помогите… пожалуйста…
Не знаю, к кому именно обращаюсь. Может, с ума схожу от ужаса, сковывающего каждую клеточку моего тела, каждый нерв…
Почему ищу помощи и отчего мне кажется, что на коже чувствую лютый взгляд, словно иголки впиваются…
Будто признаю этот взгляд…
Кажется, что знаю, кто именно сидит за рулем хаммера, но, скорее всего, я просто схожу с ума из-за той жести, которая происходит прямо сейчас…
Мне кажется, что я нахожусь в каком-то сюре, в фильме, потому что четко ощущаю момент, когда водитель хаммера ударяет по газам и летит в мою сторону…
Как в замедленном кадре вижу два черных автомобиля, которые напоминаю хищных птиц, которые летают вокруг жертвы, чтобы впиться в нее, пикируют, чтобы растерзать, уничтожить…
Слезы застилают взор, но я все же с ужасом замечаю, как огромный танк на колесах ударяет в бок джипа и со страшным скрежетом сметает его, сносит в сторону…
Не могу больше переносить происходящего, прикрываю веки, слышу страшные звуки бьющегося стекла и сжимающегося металла…
Прикрываю уши и падаю на асфальт, кажется, что вспышки ловлю даже из-под прикрытых век, колотит всю.
Дико. Безумно. Но все же я в состоянии страшнейшего шока распахиваю глаза, чтобы увидеть, как машина Зорина снесена в сторону и буквально изогнута, ее пришпилил собою огромный черный хаммер.
Не слышу ничего, кажется, что оглушена. В ушах сплошной гул и зрение, кажется, что подводит…
Но я сквозь пелену дыма и слез вижу, как дверь со стороны водителя открывается и из машины выходит мужчина.
Вижу его черные лакированные туфли и классические брюки с идеально ровными стрелками, поднимаю взгляд все выше по широкой груди и, наконец, фокусируюсь на лице.
Сейчас таком хищном, с горящими адреналином темными глазами…
Глазами, которые являлись мне во снах, которые мучили меня, пока я ощущала на себе тяжесть сильного тренированного тела и цеплялась за плечи, которые закрывали от меня весь мир…
Моргаю ошалело, едва удается оставаться в сознании, кажется, что все происходящее нереально и мне привиделось, потому что уже в следующее мгновение мужчина опускается рядом со мной на корточки и я встречаюсь взглядом с темной бездной, которая прошивает насквозь, а моего лица касается рука, унизанная странными кольцами…
Прикосновение — как ожог, как вспышка, и я понимаю, что это не галлюцинация… не сон, а реальность… передо мной не иллюзия, не плод моего воображения.
Мужчина, склонившийся надо мной — не кто иной, как Валид Байсаров…
Меня от взгляда его парализует. Кажется, что двинуться не могу. Смотрю в бездонные кофейные глаза и адреналин со страшной скоростью шарахает по венам, ударяет так, что все тело звенит от напряжения.
Не могу оторваться. Смотрю и смотрю в это волевое лицо. Впитываю как губка каждую черточку, каждую линию. Красивый мужчина с жестким, даже жестоким лицом.
С разлетом темных бровей над
