Она вбежала в комнату и замерла. Джанлука сидел на полу с закатанными рукавами, а перед ним на полотенце лежал порозовевший после купания Клаудио. Джанлука надевал на него новый костюм, который Айслинг недавно купила.
Они оба повернули голову, когда она ворвалась, и она замерла со слезами стыда и раскаяния на глазах.
Как она могла думать о муже что-то плохое, когда вот он сидит, весь забрызганный водой и со счастливой улыбкой на лице.
– Джанлука, – прошептала она, задыхаясь от эмоций.
Он смотрел на нее взглядом, который она даже не могла определить.
А Джанлука смотрел на нее и думал, что она очень редко бывает такой. Волосы разметались по плечам, на щеках играет румянец, словно она только что совершила забег. В глазах слезы.
Что это?
Айслинг плачет?! Не может быть.
– Ты рано вернулась, – заметил он.
– Где вы были?
Он нахмурился.
– Мне нужно отчитываться за все свои шаги?
– Я не могла дозвониться целый день и волновалась!
– О чем? – он усмехнулся. – Наверняка не о том, что оставила сына с родным отцом и няней. Тогда о чем? О том, что где-то люди справляются без тебя и не все у тебя под контролем, Айслинг?
Она во все глаза смотрела на него.
– Что ты говоришь? – прошептала она.
Он покачал головой.
– Не сейчас и не при ребенке. Если уж нам нужно все окончательно решить, пусть при этом пострадает как можно меньше людей.
Все решить?
Айслинг почувствовала озноб. Джанлука взял Клаудио и понес его в кроватку.
– Где Кармела? – спросила Айслинг, следуя за ним.
– Я отпустил ее на сегодня, – ответил он и повернулся к ней. – Или я должен был сначала посоветоваться с тобой?
Айслинг оробела. Она собиралась сказать ему, что пора что-то изменить в их отношениях. Похоже, он тоже так думает.
И ее это пугало.
– Давай я его уложу. Я скучала по нему целый день.
– Конечно, – согласился Джанлука, целуя сына.
– Я покормлю его.
Он хотел сказать, что Клаудио выпил почти все молоко, которое она оставляла, но Айслинг уже расстегнула блузку и приложила сына к груди. Наверняка она хочет показать ему, что никто не сможет заменить ребенку мать. Он услышал, как Клаудио причмокивает от удовольствия.
Айслинг умиротворенно закрыла глаза.
В этот момент Джанлука почувствовал себя лишним. Он читал где-то, что бывают отцы, которые ревнуют своих детей к их матери, и считал все это глупостью.
Сейчас же он ощущал что-то вроде зависти.
Он повернулся к ней спиной и бросил через плечо:
– Я буду ждать тебя внизу.
Прозвучало как угроза, подумала Айслинг.
Она постаралась успокоиться. Но нехорошее предчувствие не покидало ее. Она должна быть счастлива, что вернулась домой, что с ее ребенком все в порядке.
Только этот день не задался с самого начала. Она рассталась с Клаудио на целые сутки и оттого не смогла толком сконцентрироваться на работе.
А сейчас Джанлука ждет ее внизу с мрачным выражением лица, и она гадает, что бы это могло значить.
Айслинг укладывала сына дольше обычного. Как будто оттягивала момент, когда ей придется спуститься к мужу. Она включила игрушку над кроваткой Клаудио и наблюдала за тем, как кружатся фигурки зверей. Потом выключила свет и пошла к двери.
Неужели все кончено?
Возможно.
И, наверное, это к лучшему. Отпадет необходимость притворяться. Она думала, что у нее все под контролем, что все правильно. Наивно полагала, что, если скрывать свои чувства, не будет больно.
Только сейчас она поняла, что такой сильной боли ей никогда прежде не доводилось испытывать.
Она с ранних лет росла в страхе, и это не могло не отразиться на ее поведении. Страх ухудшает любую ситуацию. Она боялась до ужаса, что Джанлука бросит ее.
Он ждал ее в маленьком кабинете, освещаемом огнем от камина и несколькими настольными лампами. В камине потрескивали дрова, отблески пламени играли на стенах.
Он открыл бутылку вина из своей коллекции и налил два бокала.
Со стороны все это выглядело как семейная идиллия. Муж и жена, которые только что уложили ребенка спать. И у них весь вечер впереди.
Ей вдруг стало плохо – так она хотела удержать эту иллюзию.
Джанлука видел, что она побледнела, и прищурился.
– Что случилось? – спросил он. – Что-то не так?
Айслинг колебалась.
Что она всегда отвечала? Нет. Все нормально, просто немного устала. Она не хотела ему показывать, что ее что-то не устраивает.
Но сейчас она больше не могла молчать.
– Да, не так! – воскликнула она, и по ее щекам потекли слезы. Она устало опустилась на стул. – Все не так! И ты это знаешь.
Джанлука молча смотрел на нее. Обычно он не верил женским слезам, считая их просто способом манипуляции. Но Айслинг выглядела так естественно, ее лицо исказилось от боли.
К тому же это Айслинг, которая всегда держала эмоции при себе. Она никогда раньше не плакала!
Он отпил из своего бокала.
– Что-то на работе? – равнодушно поинтересовался он.
Она вздрогнула, как будто он ее ударил.
– Это так ты меня видишь, да? – истерично воскликнула она. – Что меня не может ничего волновать, кроме моих амбиций?
– Мне казалось, что ты сама хотела, чтобы тебя так воспринимали.
– Если бы ты только знал, как все на самом деле, Джанлука, ты бы бежал от меня без оглядки, – тихо всхлипнула она. – Хотя ты и так это сделаешь.
Он внезапно представил, какая жизнь его ждет впереди, и его как будто прорвало:
– Да, может, и так. Потому что я уверен, что достоин большего, чем жизнь с манекеном.
Вот он и подтвердил, что хочет уйти от нее. Но отчего-то это отошло для нее на второй план.
– С манекеном? – переспросила она. – И что это значит?
– Это значит, что я живу с женщиной, которая, кажется, сделана из чего угодно, но только не из плоти и крови! – воскликнул он. – Ты никогда не показываешь своих чувств, разве что в постели. Ты думаешь, я мечтал жениться на глыбе льда?
Она невольно прижала руку к сердцу, боясь, что оно выпрыгнет из груди.
– Так ведь тебе это нравилось!
Теперь пришел его черед удивляться.
– О чем ты?
– Ты говорил мне, что самое привлекательное во мне – то, что ты никогда не знаешь, о чем я думаю. Что я загадка для тебя, а мужчины любят тайны. Особенно такие мужчины, как ты, для которых большинство женщин как открытые книги.
Он со стуком поставил бокал на камин.
– Да, это интригует, но на первых порах. Ты правда думаешь, что я связал бы свою жизнь с женщиной только потому, что она ведет себя загадочно? Ты не думала, что меня также привлек твой ум? – пылко воскликнул он, качая головой. – И я думал, что все наладится у нас. Да, я хотел этого, но как же ошибался! Что я должен думать? Только то, что вижу. Что рядом со мной находится женщина, которая равнодушна к своему мужчине и не знает, как о нем заботиться.
