class="p1">Но сейчас я пребывала в маске редкостной суки, плевавшей на мнение окружающих. И чувствуя это, люди прогибались под меня и пытались всячески угодить.
Как странно устроен мир.
— Я уже жду не дождусь, когда мы останемся с тобой наедине, — обнимая меня за талию, прошептал мой попутчик.
Судя по его расширенным зрачкам и участившемуся пульсу, он говорил правду.
— Забронируй президентский люкс в Four Seasons, — едва посмотрела я на мужчину.
Именно в этом роскошном номере должна была состояться кульминация нашего знакомства.
— Черт, малышка, ты меня заводишь, — выдохнул мужчина, наклоняясь ко мне для поцелуя. — Поехали прямо сейчас.
Высокомерно усмехнувшись, я выскользнула из мужских рук и неспешно продефилировала в распахнутые швейцаром двери.
У меня было единственное правило.
Всего одно.
Я не позволяла мужчинам целовать себя.
И только благодаря этому я все еще могла смотреть на себя в зеркало.
— Я хочу танцевать, — крутанувшись на месте, заявила я и перехватила десятки заинтересованных мужских взглядов.
— Как скажешь, малышка, — усмехнулся мой попутчик и послушно последовал за мной.
Интерес других мужчин был для него подобен красному флагу. Он не отходил от меня ни на шаг, постоянно обнимал, касался моих волос, знакомил со своими приятелями, усаживал на колени, демонстрируя другим, что я пришла с ним и уйду тоже только с ним.
Как все мужчины предсказуемы.
Но мне это было только на руку.
— В нашем номере уже всё готово, — притянув меня за руку, сверху вниз посмотрел на меня мой спутник. Его терпение было на исходе, и движения стали резкими и грубыми.
И это тоже было ожидаемо.
Большой босс не любит ждать.
Я улыбнулась, игнорируя боль в запястье, и какого-то черта подумала о Горецком.
Пожалуй, он был единственным мужчиной, реакции которого я никогда не могла предугадать.
— Ну тогда поехали, здесь стало слишком скучно, — скользнула я беглым взглядом по лицу своего спутника.
Черт, как же его зовут?..
Сжав челюсть, мужчина положил тяжелую руку мне на талию и, притянув к себе, наклонился к уху.
— Ты запомнишь эту ночь надолго, девочка, — жаркий шепот прозвучал, как угроза.
Мурашки пробежали по моему телу.
А если у меня ничего не получится?..
— Ты будешь помнить ее дольше, — вскинула я глаза.
В расширенных зрачках промелькнуло неприкрытое желание. В ту же секунду меня без слов взяли за руку и повели к выходу.
Шутки закончились.
Охотник жаждал крови.
— Марк, уже уходишь? — донеслось до нас.
Точно, Марк…
Обернувшись, мужчина перехватил мой взгляд и оскалился в волчьей ухмылке.
Ничего общего с тем улыбчивым пижоном, который позволил мне сесть за руль своей машины.
— Расслабься, больно не будет, — наклонился ко мне Марк.
И от его ровного механического голоса внутри меня всё перевернулось.
Будет больно.
Очень больно.
До кровавых мушек в глазах и привкуса железа во рту.
— Жаль, я надеялась повеселиться, — повела я плечом, скрывая мелкую дрожь.
И не дожидаясь реакции Марка, пошла к машине.
Если представить, что все это происходит не со мной, будет проще.
Я знала.
Я была мастером проживать чужие жизни.
Глава 25
Наши дни
Виталина
— Не понял, так вы знакомы, что ли? — почесал затылок Олег, переводя озадаченный взгляд с Марка на меня и обратно.
Криво усмехнувшись, я посмотрела Марку в глаза.
Интересно, а его друзья в курсе того, как он проводит свои ночи?
— Да, познакомились пару дней назад, — медленно ответил мужчина, не скрываясь, разглядывая меня с головы до ног.
Без макияжа, прически и дизайнерского платья я выглядела гораздо моложе и уязвимее. И меня это дико напрягало. Мужчины, которых подсылал мне отец, не должны были видеть меня такой.
У той Виталины, которую они знали, была идеальная кожа без веснушек, грациозное тело, дорогие побрякушки, высокомерное поведение и ледяной взгляд без малейших эмоций. Эта равнодушная кукла сводила их с ума и заставляла терять всякую осторожность.
А теперь же мне стоило нечеловеческих усилий обуздать свой панический страх и не обернуться туда, где сидел Горецкий.
— Не думала, что мы с тобой еще когда-нибудь увидимся, — безучастно проронила я, упираясь бедром о край стола и скрещивая руки на груди.
Лучшая поза, чтобы спрятать дрожащие пальцы.
— А я почему-то был в этом уверен, — улыбнулся Марк. Вот только его черные, ярко выделяющиеся на фоне бледного лица с тонкими чертами, глаза оставались серьезными и напряженными.
Блять-блять-блять…
Грудь сдавило от нехватки воздуха.
Мне нужна была передышка.
Мне нужна была чертова передышка!
На помощь неожиданно пришел Сергей.
— Молодец, что пришел, — встав между мной и Марком, хлопнул он того по плечу. — Решил свои проблемы?
После того, как связался с моим отцом — вряд ли…
— Ни хрена, — коротко подтвердил мои догадки Марк. — Но говорить о делах мы сейчас точно не будем. Я приехал забыться и повеселиться.
Его взгляд при этом остановился на мне.
Да пошел ты!
Я резко отвернулась, разглядывая рощу вдалеке.
На Горецкого, который с появлением Марка не проронил ни звука, я старалась даже не смотреть.
Он так и не одел кольцо мне на палец.
И почему-то я не могла перестать думать об этом.
Наивная дурочка решила поверить в сказку со счастливым концом?..
— На, выпей, братан, — тем временем окружил заботой новоприбывшего друга Олег. — Мы еще попозже баньку разведем. Я позову двух сестренок из соседнего села. Все тревоги как рукой снимет.
Я закрыла глаза.
А вот теперь мне точно пора домой.
— Никаких сестренок, — тихий голос Горецкого острым лезвием черканул по коже.
Деревянные половицы позади тяжело скрипнули.
Обдавая меня теплом своего тела, Руслан медленно приблизился к Марку.
Все присутствующие замерли.
Кажется, не я одна не знала, чего ожидать от Горецкого.
— Херово выглядишь, — исподлобья посмотрел Руслан на своего приятеля и, ухмыльнувшись, пожал ему руку.
И внутри меня ёкнуло.
Я поняла.
При любом раскладе Горецкий выберет не меня.
Даже если его друг будет вытворять со мной немыслимое, он просто отвернется или, что еще хуже, поможет тому завершить начатое.
Боже, мне нужно бежать…
Тонкие губы Марка, следы от которых еще не зажили на моем теле, растянулись в широкой улыбке.
— Зато ты расцвел, братан, — бросил он быстрый взгляд в мою сторону. — Значит женишься?
Я, не отрываясь, смотрела на чеканный профиль Горецкого.
Ну же, посмотри на меня!!
Скажи что-нибудь, обними и поцелуй при всех. Продемонстрируй всем, что я нужна тебе и что ты хочешь меня! Напомни, как тяжело тебе отказать, когда ты так настойчив!
Но, кажется, я в один миг перестала существовать для этого мужчины.
— Типа того, — холодно
