– Молоко и сахар? – спросила она.
– Только сахар. Одну ложечку, если можно.
Добавив сахар, Кэтрин передала чашку гостю, и тот с легким поклоном принял ее из рук хозяйки дома.
– Благодарю вас.
Взяв свою чашку, Кэтрин уселась на диван и выжидательно посмотрела на гостя. Ее разбирало любопытство, и она хотела, чтобы Гудард поскорее заговорил о цели своего визита.
– Леди Кросби, – наконец, собравшись с духом, начал тот, – учитывая вашу дружбу с Роксбери, я решил, что вам, быть может, известны… – Он запнулся, а потом выпалил на одном дыхании: – Его планы на будущее?
– Я не совсем вас поняла, сэр.
– Я хотел спросить, в курсе ли вы его планов в отношении некоторых юных леди.
– О каких именно леди вы говорите?
Гудард поставил свою чашку на стол и взял с тарелки бутерброд.
– В первую очередь я имею в виду леди Джулию, – выдавил он из себя.
Кэтрин застыла, услышав это имя. Она была слишком мало знакома с мистером Гудардом, чтобы вести с ним откровенные разговоры. Но ей пришлась по нраву мысль о том, что он, возможно, был увлечен леди Джулией.
По ее мнению, дочь лорда Рокли совершенно не подходила Люсьену в качестве жены. И если другой джентльмен перейдет ему дорогу, добившись расположения Джулии, это пойдет Люсьену только на пользу. Кроме того, Кэтрин получит дополнительное время, чтобы подыскать своему другу хорошую невесту.
– Должна ли я понимать, что вы спрашиваете об этом потому, что испытываете к леди Джулии нежные чувства?
Это был смелый вопрос, учитывая их краткое знакомство, но мистер Гудард не проявил по этому поводу неудовольствия, и Кэтрин сразу же прониклась к нему симпатией. Ее гость не стал кривить душой.
– Я не могу лгать вам, миледи. Леди Джулия сразила меня наповал, и я вынужден в этом признаться, хотя для джентльмена это довольно унизительно.
Он усмехнулся, стараясь скрыть свое смущение.
– И вы хотите знать намерения Роксбери в отношении леди Джулии?
Мистер Гудард кивнул:
– Я хочу знать, не теряю ли зря время, ухаживая за ней, миледи, – пояснил он.
– Вообще-то, об этом лучше спросить саму леди Джулию.
Он усмехнулся:
– Вы правы, но надо признать, у меня станет легче на душе, если мне не придется конкурировать с таким человеком, как Роксбери.
Кэтрин нахмурилась.
– Надеюсь, вы не станете при мне критиковать его. Хочу напомнить, что Роксбери является моим близким другом.
– Будьте уверены, миледи, я, напротив, высокого мнения об этом джентльмене. Я просто хотел сказать, что он пользуется популярностью у женщин. Это и не удивительно, Роксбери – красивый, обаятельный мужчина. Кроме того, он обладает титулом.
– Поверьте, у вас не меньше достоинств, и отсутствие титула не делает вас менее привлекательным. Если бы я стояла перед выбором, то судила бы о человеке по его качествам, а не по тому, есть ли у него титул.
Мистер Гудард помрачнел.
– Вы говорите так, словно обладаете горьким жизненным опытом, – заметил он.
У Кэтрин упало сердце. Она проговорилась о том, о чем предпочитала молчать.
– Это просто мое мнение. – Кэтрин заставила себя улыбнуться. – Что же касается вашего вопроса, то, боюсь, с моей стороны было бы неуместно раскрывать секреты друга детства, – заявила она, а про себя подумала: «Кем же считает меня этот человек, если осмеливается задавать такие вопросы?»
Мистер Гудард как будто прочитал ее мысли.
– Уверяю вас, миледи, я испытываю к вам глубокое почтение, – поспешно сказал он. – Но меня не могло не встревожить то, что мы с вами видели на балу. Роксбери и леди Джулия так мило ворковали, перешептывались, танцевали, причем не один танец… У меня нет сомнений, что Роксбери неравнодушен к леди Джулии. Это так очевидно, что, я думаю, вы не предадите его, если мы с вами обсудим их отношения.
– Это принципиальный вопрос, мистер Гудард, – возразила Кэтрин. – К тому же если влюбленность Роксбери в леди Джулию так очевидна, то не вижу смысла задавать мне вопросы на этот счет.
– Вы, конечно, правы. Пожалуйста, простите меня за настырность. – Он сделал глоток чая. – Но мне кажется, вы не одобряете выбор своего друга. Во всяком случае, я не увидел радости на вашем лице, когда вы заметили, что он ухаживает за леди Джулией. Напротив, вы огорчились, хотя пытались скрыть это.
– О господи… – пробормотала Кэтрин, задохнувшись от негодования, – ну и наглец же вы!
Мистер Гудард широко улыбнулся:
– Я это часто слышу.
– Мне следовало бы выставить вас за дверь!
– Вы слишком хорошо воспитаны, чтобы сделать это. – Гость поставил чашку на блюдце. – Не беспокойтесь, я скоро уйду. Но прежде я хотел бы дать вам один совет. Конечно, если вы мне позволите.
Кэтрин понимала, что ей нужно прекратить этот разговор с развязным светским повесой, но любопытство взяло верх над разумом, и она кивнула, давая гостю разрешение продолжать.
– Будьте до конца честны и искренни с Роксбери, леди Кросби. Если вы считаете, что леди Джулия ему не подходит, то так ему и скажите. Он ведь ценит ваше мнение.
Кэтрин сильно сомневалась в том, что мистер Гудард сейчас искренен с ней.
– Что-то подсказывает мне, что, давая такой совет, вы в первую очередь преследуете свои интересы.
– Разумеется. Но это не значит, что я не учитываю интересы других сторон.
Кэтрин поняла, что наглость этого человека не имела предела.
– И все же мне кажется, сэр, что для вас ваши собственные интересы превыше всего.
Гудард пожал плечами.
– Скажите, что я не прав в оценке ситуации, миледи. Скажите, что вам нравится выбор Роксбери, что вы счастливы за него…
– Я… – пролепетала Кэтрин и вдруг запнулась.
Что она могла сказать этому негодяю? Ей вдруг показалось, что он знает о ее страданиях, сомнениях и растерянности. Знает о ее душевной смуте.
Гудард бросил на нее понимающий взгляд.
– Вы не можете быть до конца откровенны со мной, не так ли, миледи? Если я не ошибаюсь, вы считаете, что было бы лучше, если бы Роксбери женился…
«О, нет! Неужели он сейчас это произнесет?» – в ужасе подумала Кэтрин.
– …на вас, – закончил Гудард.
Кэтрин открыла рот от изумления и негодования. Некоторое время она, лишившись дара речи, молча смотрела на гостя.
– Нет, – наконец выдавила из себя Кэтрин и покачала головой, – я вовсе так не считаю.
– Прошу прощения за бесцеремонность, леди Кросби. С моей стороны было большой дерзостью высказать подобное предположение, но оно кажется мне абсолютно логичным.
– Я не вижу в ваших словах никакой логики, – упрямо возразила Кэтрин.
Она лгала себе и ему, и по выражению лица мистера Гударда было видно, что он это отлично понимает. Сложив руки на коленях, Кэтрин выпрямила спину и посмотрела ему прямо в глаза.
