Джон-Эй слабо улыбнулся, еле слышно прошептал:
- Прости, Георгий, я больше не могу...
Слабо щелкнули автоматы. В каюту ринулась струя инертного газа. Голова Джон-Эя упала на пульт. Он проваливался в черную бездну. Оттуда- последнее, что он мысленно видел,- летела ему навстре-чу окутанная белоснежными облаками Земля...
ЭПИЛОГ
Десять тысяч лет
Открытый гравилет плыл над Землей на восток. На нем в удобных креслах сидели Аэровел, Джон-Эй, Искра и Семоний. Ру-ководитель Автоматического Центра стал после последних событий ярым привержен-цем старейшего ученого. Рассказ Джон-Эя, записанный автоматами и воспроизведен-ный в совете, потряс его, как и всех сторон-ников проекта "механизации" интеллекта. К тому же Аэровел после длительной и тщательной подготовки воскресил Джон-Эя. Все жаждали встречи с космонавтом из далекого прошлого. Но Аэровел катего-рически воспротивился этому. Джон-Эй нуждался в длительном отдыхе.
Новый мир угнетал штурмана. Из того, что когда-то было близко ему, на Земле ничего не осталось. Разве лишь дубы и бе-резы, которые, как и встарь, грустно пере-шептывались о чем-то в заповеднике над Днепром. Разве лишь глаза Искры, кото-рые сияли тревожными огоньками, так же, как и у девушек тех, давних времен.
Искра отдавала человеку из прошлого все свое свободное время. Она старалась делать все, чтобы он не грустил, чтобы он, так много видевший и переживший, не чувствовал себя одиноким в чужой эпохе. В душе ее, кроткой и нежной, вдруг про-снулось чувство, в котором она боялась са-мой себе признаться. Тайком поглядывала на суровое худое лицо, на устремленные вдаль глаза, на крепко сжатые губы- и восхищалась им. Она изучала древний язык, язык Джон-Эя, и обучала его совре-менному, более простому.
Сегодня Аэровел захватил их с собой, и они вместе вылетели на восток, к морю. Космонавт долго и задумчиво смотрел вниз, на голубые ленты каналов, на леса и поля, на буйные плантации невиданных растений, на архитектурные ансамбли. За-тем он повернулся к Аэровелу, с восхище-нием посмотрел на одухотворенное лицо старейшего ученого и сказал:
- Воистину вы возродили меня заново! Нет слов, чтобы выразить, что я сейчас испытываю!
- И не надо,- добродушно ответил Аэровел.- Я вижу твое лицо, чувствую ме-лодию твоей души. У нас слова нужны лишь в технике и науке. В чувствахпочти никогда! Кстати, у нас нет обраще-ния на "вы"...
- Хорошо. Я постараюсь, хотя это не-привычно. Но я все время думаю о своем месте в жизни... о прошедшей экспедиции, и печаль не покидает меня...
- Почему же?- живо спросил Семоний.
- Я вернулся в такое будущее, где че-ловек стал титаном. А наш полетон был пустым, ненужным! Что я дал вашей эпохе?
Черные глаза Семония сверкнули гневом.
- Ошибка! Нелепость! Все в мире вза-имосвязано- об этом мне недавно с упре-ком напомнили жители Сатурна. Очень верно сказано. На вашем кораблене-оценимые материалы, которые расширяют наши знания. Но, даже если бы их и не было, сам твой прилет из прошлого имеет громадное значение. Ты ведь знаешь о на-шей дискуссии?
- Да.
- Так вот, твой прилет положил конец всем нашим спорам. И прекрасно. Я не со-жалею об отвергнутом проекте.
- У нас так легко не отказывались от проектов,- улыбнулся Джон-Эй.- Их яро-стно защищали, иногда вопреки всякой ло-гике.
- Даже негодные?- удивился Аэро-вел.
- Еще как!
- Странно. Это говорит об узости воз-можностей. У нас знание так многогранно, что путей к достижению любой цели есть множество.
- Расскажите мне о вашем мире, о ва-шем знании, о взгляде на мир, на бытие человека. Я очень хочу это знать.
- Ты будешь знать,- мягко ответил Аэровел.- Но сейчас у нас иная цель. Искра- замечательный инженер, она озна-комит тебя со всей Системой. Сегодня же я приготовил тебе сюрприз.
- Какой?- удивился Джон-Эй.
- Терпение,- засмеялся старейший ученый,- а то какой же это будет сюр-приз!
Вдали засинело море. На берегу, среди пышных растений, возвышались розовые, голубые и белые дворцы. Они казались по-рождением морской волны, которая, застыв в лучах солнца в неповторимо прекрасных формах, отливала всеми цветами радуги.
Гравилет, повинуясь команде Аэровела, прошел над этими сооружениями, повернул влево. Показалась огромная, свободная от плантаций и строений площадь. Над этим местом гравилет начал снижаться. Джон-Эй побледнел, тревожно оглядывая местность.
- Мне кажется,- прошептал он,- что здесь... где-то... должен быть...
- ...Космоград,- закончил Аэровел.
- Но его не видно...
- Город перенесли еще в двадцать пя-том столетии. Сейчас идут раскопки.
Гравилет приземлился. К нему подбе-жали розовощекий юноша и миниатюрная девушка. Аэровел поздоровался с ними, представил их Джон-Эю:
- Старейший археолог.
- Старейший?- удивился Джон-Эй.
- Да. Ты забываешь о долголетии. Ему уже сто десять лет. Его имя- Тор, де-вушки- Мечта.
Археологи поклонились гостю, о кото-ром уже были наслышаны. Аэровел ска-зал им:
- Нам нужно как можно скорее найти древний Институт анабиоза.
- Постараемся,- ответил Тор.- Но не поручусь, что это удастся сделать скоро.
- Тут я могу помочь,- заявил Джон-Эй.- Я здесь жил. Если узнаю хоть что-нибудь, то нетрудно будет определить ме-сто, где был институт. Но все же, зачем это вам?
- Не спрашивай,- невозмутимо отве-тил Аэровел.- Скоро узнаешь. Итак, при-ступайте к делу.
Сотрудники Института воскрешений, Аэровел, Джон-Эй, Семоний, Искра и ар-хеологи медленно спускались но широкой матово-зеленой лестнице в подземелье древ-него Института анабиоза. В электросеть, которая сохранилась, был пущен ток, длин-ные коридоры освещались.
Вошли в помещение с низким овальным сводом. Вдоль стен были установлены мас-сивные резервуары, прикрытые сверху ма-товыми куполами. Возле каждого резерву-ара поблескивали небольшие пульты с радиотехническими приборами.
- Это запись,- сказал Джон-Эй. Аэровел живо повернулся к нему:
- Ты знаешь, как их включать?
- Да.
- Сделай это, пожалуйста.
Джон-Эй, волнуясь, включил одну за другой все установки. Послышались слова, произнесенные на древнем языке:
- Синегор. Тридцати лет. Воскресить в тридцатом году двадцать пятого столетия. Вторая запись гласила:
- Анна Сокол. Сорок лет. Воскресить в десятом году двадцать шестого столетия.
И вдруг... все увидели, как человек прошлого побледнел и, пошатнувшись, схватился рукою за сердце. Аэровел под-держал его сильной рукой. А из динамика плыли спокойные слова:
- Марианна, двадцати двух лет. Со-стояние искусственной клинической смерти. Воскресить после возвращения первой вне-галактической экспедиции из Большого Магелланова Облака. Время вылета- две тысячи пятьдесят восьмой год. Руководи-тель экспедиции Георгий Гора. Эксперимент проведен согласно желанию усыпленной.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
