Мы пили чай, трепались о всяких пустяках, и рабочий день незаметно кончился. Я стала собираться домой. Мысль о толстопузике не давала мне покоя. Нашли его или нет? Скорее всего, нашли, только пока не сообщали о его смерти на работу. Интересно, почему?
Кинув взгляд на себя в зеркало, я отметила, что Жанна была права: мне и в самом деле не мешало бы отдохнуть и прийти в себя.
Я уже было собралась запереть дверь приемной, но тут увидела идущую по коридору Жанну, сопровождаемую каким-то молодым человеком.
— Вика, тут курьер письмо принес. Нужно расписаться.
— Конечно. Сейчас распишусь. Письмо лично для Евгения Леонидовича или на имя организации? — Я вновь вошла в приемную.
— Письмо лично тебе, — ответила Жанна.
— Мне?
— Я сама удивилась.
Жанна взяла у курьера конверт.
— Смотри. Тут указано, что письмо должно быть доставлено тебе лично в руки.
— Надо же, и правда! — удивилась я. — И обратного адреса нет, — вертела я в руках подозрительный конверт.
— Вика, курьера отпустить нужно. Распишись в квитанции о получении письма. У человека еще работы полно. Пусть идет, — образумила меня Жанна.
— Да, конечно.
Расписавшись везде, где были поставлены галочки, я посмотрела на курьера:
— Молодой человек, кто вам передал это письмо?
— Не могу знать, — пожал плечами тот. — Мне его наш менеджер дал и велел в компанию «Орион» отнести.
— Спасибо. До свидания.
Я дождалась, пока курьер скроется, и перевела взгляд на Жанну.
— Дорогая, не буду тебе мешать, — улыбнулась она. — Если что, я пока еще на работе. Будет скучно — заходи.
— А ты что, домой не идешь?
— Нужно еще кое-что доделать, а то завтра шеф потребует отчет и, если что не так, шкуру спустит. Поэтому есть смысл задержаться. А ты уже домой?
— Пойду отсыпаться.
— Вот это правильно. Надеюсь, увижу тебя завтра в самой лучшей форме, ведь ты всегда прекрасно выглядишь. За исключением сегодняшнего дня.
— Спасибо. Так и будет.
Дождавшись, пока Жанна уйдет к себе, я еще раз осмотрела конверт и, достав ножницы, аккуратно отрезала край. Я рассчитывала достать из конверта письмо, но, к моему удивлению, в нем оказались какие-то фотографии. Взглянув на первую фотографию, я чуть было не грохнулась в обморок: на ней была я у себя в спальне. Толстопузик целовал мой сосок, выглядывающий из глубокого выреза пеньюара.
— О боже. Только этого еще не хватало! — Я достала из конверта вторую фотографию.
На этом снимке была моя спальня, освещенная свечами. На кровати лежал голый толстопузик лицом вниз и толстой, дряблой, безобразной задницей кверху. Я сидела рядом с ним и гладила его по спине. В этот момент я еще не знала, что шеф мертв. Я только что вышла из ванной комнаты и думала, что он просто уснул.
— Господи, откуда эти снимки?
Кто был вместе с нами и снял столь пикантные кадры?! У кого еще есть ключи от этой злосчастной квартиры?! Получается, что, кроме меня, в нее кто-то еще имеет доступ!
Леденящий ужас охватил меня. Больше снимков в конверте не было. Значит, тот, кто был в квартире, сделал эти снимки и ушел еще до того, как я позвонила Лешке. В противном случае тут были бы и другие снимки, на которых мы с Алексеем пытаемся избавиться от трупа. Достав из конверта сложенный тетрадный листок, я тут же его развернула. Текст был написан печатными буквами.
Виктория! Пламенный привет! Ну, как вчерашняя ночь? Как тебе фотографии? Думаю, понравились — ты на них такая красивая! Желаешь получить негативы? Думаю, да. Ты же умная девушка и не хочешь лишних неприятностей на свою голову? Для того чтобы выкупить негативы, тебе дается ровно неделя. Если не хочешь запятнать свою репутацию, придется выложить пятьдесят тысяч долларов. И не вздумай отключать свой телефон и уж тем более менять номер. К концу срока тебе позвонят и скажут, куда ты должна принести деньги и где забрать негативы. Если денег не будет, то эти снимки появятся во всех газетах, облетят весь Интернет, попадут в руки ко всем твоим друзьям и знакомым, а также к жене Евгения Леонидовича и его главному бухгалтеру, будут лежать на столах сотрудников «Ориона». И это еще не все. Эти замечательные снимки увидят все сотрудники московского «Каскада». Хорошая реклама, правда? Представь, что почувствует Леонид, когда увидит эти фотографии?
Не будь круглой дурой, выкупи негативы и живи спокойно. Кстати, посмотри в нижний правый угол фотографий. Что ты там видишь? Правильно: дату и время. То, что это не фотомонтаж, может установить любая экспертиза. А если это время еще сравнить со временем смерти шефа… Хорошенькая картинка получается. Ты не находишь? Если ты пойдешь с этими фотографиями в милицию, то совершишь большую ошибку. Тюрьма тебе обеспечена. И не надейся, что Леонид будет носить тебе передачи в тюрьму. Он забудет тебя, вычеркнет из жизни. У тебя есть один выход, думаю, ты поступишь правильно. Если ты решишь продать московскую квартиру — управиться нужно в срок.
Желаю удачи! Не забывай, время пошло. Счетчик включен.
Все поплыло у меня перед глазами. Я чуть не грохнулась в обморок. Чувствуя головокружение, я набрала внутренний телефон Жанны.
— Я слушаю, — отозвалась та.
— Жанна! Мне что-то нехорошо. Зайди ко мне, пожалуйста!
— Бегу! — отозвалась подруга. Через минуту она влетела в приемную. — Что случилось?
— Мне плохо.
— Вика, что с тобой?
— Голова закружилась… Грудь сдавило… Я, наверное, сейчас отключусь.
Жанна бросилась к аптечке, смочила ватку нашатырем и сунула мне под нос. Достала пузырек с валерьянкой, накапала мне несколько капель и заставила выпить.
— Что у тебя болит?
— Мне уже лучше. Слабость какая-то, в ушах звон.
— «Скорую» вызвать? — не на шутку перепугалась Жанна.
— Мне нужно на несколько дней отлучиться в Москву.
— Что произошло?
— У бабушки инсульт.
— Боже мой, какое несчастье! Это письмо из дома?
— Да. Телеграмму побоялись прислать.
— Какое несчастье, — с сочувствием повторила Жанна.
— Я до конца недели вернусь. Мне срочно нужно… — бормотала я и не без помощи Жанны пыталась встать на ватные ноги.
— А сколько бабушке лет?
— Восемьдесят.
— Возраст такой…
— Она была еще крепенькая.
У меня уже давно не было никакой бабушки, просто я молола то, что первое пришло на ум.
Жанна сунула мне под нос стакан с водой.
— Спасибо. — Я сделала несколько глотков. — Мне уже лучше.
— Раз такое дело, конечно, поезжай. Я за тебя поработаю.
— Правда? Спасибо тебе! — Я с благодарностью взглянула на Жанну.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
