— А вдруг не откроет?
— Я ее предупрежу, скажу, чтобы открыла. Назовешь ей свое имя. Она покажет тебе, где моя комната. Подойдешь к моей двери, сунешь руку под коврик, достанешь ключ, отопрешь дверь… и добро пожаловать! Располагайся. Там два дивана. Выбирай, который тебе больше понравится. Кстати, дом находится в двух минутах ходьбы от метро. Поэтому на такси можешь не тратиться. В городе жуткие пробки. Заметано?
— Заметано, — кивнула я. — А ты скоро?
— Не знаю.
— Я хочу тебя поздравить.
— Только не вздумай мне подарки покупать.
— Почему?
— Потому что я не нуждаюсь в том, чтобы женщина тратила на меня деньги.
— Но ведь я женщина-друг.
Мы невольно затронули больную для Алексея тему — тему денег, я поспешила закончить разговор и перед тем, как ехать по указанному адресу, отправилась за подарком. Я зашла в магазин, но никак не могла сделать свой выбор. Я понимала, что любой мужчина — в душе ребенок, поэтому он всегда рад подаркам. Наконец я выбрала туалетную воду и попросила красиво упаковать ее. На всякий случай, если Лешка будет отказываться от подарка, считая, что я потратила на него слишком много денег, я прихватила сборник стихов и потрясающего плюшевого медведя, державшего в лапах большое красное сердце.
Разобравшись с подарками, я купила кое-какие продукты, решив в отсутствие Лешки приготовить что-нибудь вкусненькое и удивить его своим кулинарным талантом. Конечно, я понимала, что Лешка вернется со дня рождения сытым и навеселе, но все же не помешает произвести на него приятное впечатление. Ведь он считает меня конченной стервой.
Машины на проезжей части отчаянно бибикали, пытаясь вырваться из пробки, поэтому я спустилась в метро и уселась на свободное место, поставив на колени пакеты с покупками. Поезд мчался по темному туннелю. Я устало закрыла глаза. Невеселые мысли роились у меня в голове. Внезапная смерть Евгения Леонидовича, а затем эти проклятые снимки перепутали мне все карты, и теперь вообще неизвестно, как события будут развиваться дальше. До того как Леонид пообещал на мне жениться, в наших отношениях мне было все более-менее понятно. Казалось, что Леонид прочно сидит у меня на крючке, я смогла для него стать не только незаменимым сотрудником, но и незаменимой любовницей. Я вспоминала, чего мне стоило привязать его к себе и перевести наш романчик из разряда одноразовой, ничего не обещающей встречи в довольно продолжительный и даже перспективный роман. Самое тяжелое — это было научиться уверенно смотреть Леониду в глаза. Это довольно тяжело, особенно такому властному, красивому, яркому и богатому, как Леонид. В этом взгляде были прямолинейность, страсть, желание обладать и даже, если хотите, колдовство. Я постоянно подогревала его интерес к себе и делала все возможное, чтобы он ни в коем случае не притуплялся.
И вот эти проклятые снимки… Можно, конечно, встретиться с Леонидом и все ему рассказать. В конце концов, я никого не убивала и ни с кем не спала. Моя совесть чиста. Лешка прав: нечиста совесть Леонида, потому что он сам отправил меня в постель к другому мужчине. По идее, Леонид мой самый близкий человек на свете, и это значит, что он должен решать мои проблемы, но только вот надо ли ему это? Мужчины вообще не любят проблемных женщин, а обожают дам, у которых нет проблем или привыкших решать свои проблемы без посторонней помощи.
Неизвестно, как воспримет эти фотографии Леонид. Быть может, в глубине души он все же верил, что дело не дойдет до постели, хотя совершенно не понятно, как может не дойти дело до постели у двух взрослых людей, если вопрос касается доверия и серьезной информации? Это возможно только в том случае, если начальник импотент или интересуется только мужчинами. Возможно, Леонид изменит обо мне мнение, начнет меня стыдиться, уволит, бросит. Нет, Леонид ничего не должен знать. Ничего! Если я хочу сохранить наши отношения, то он не узнает, что шеф «Ориона» умер у меня в спальне, и уж тем более ему ни к чему видеть эти отвратительные фотографии.
Слезы набежали на глаза. Вагон мотало. Пассажиры входили и выходили, громко разговаривали и смеялись. Я украдкой вытерла глаза и стала проталкиваться к выходу.
Выйдя из метро, я услышала звонок телефона и, сев на ближайшую лавочку, поставила пакеты с подарками рядом с собой. Я надеялась, что это звонит Алексей. Увидев на дисплее незнакомый номер, я напряглась.
— Вика, это Жанна. Ты что такая перепуганная? — послышался голос моей новой подруги.
— Жанна, — облегченно вздохнула я и добавила: — Я не перепуганная. Просто я в метро.
— Ты сегодня уезжаешь? Билет уже взяла?
— Билет в кармане, — соврала я, потому что считала, что Жанне необязательно знать, что я еду в Москву только завтра. — Что-то случилось?
— Случилось. — Жанна была сильно взволнована, и ее голос не предвещал ничего хорошего.
— Что?
— Я даже не знаю, как тебе сказать, — замялась Жанна.
— Говори как есть.
— Тебе сейчас и так тяжело. Бабушка с инсультом слегла, а тут еще одна ужасная новость.
— Что у тебя случилось? — ходила я вокруг да около, заранее зная, что именно хочет мне сообщить Жанна.
Удивительно, но мне почему-то было страшно это услышать. Мне казалось, что если я сейчас услышу о смерти Евгения Леонидовича, да еще от Жанны, то мне станет очень больно и страшно.
— Да у меня, слава богу, все в порядке. Просто в компании…
— Что в компании?
— Не знаю, как тебе сказать… У тебя и так не все гладко… У нас шеф умер! — наконец выпалила Жанна.
— Как умер? — ахнула я.
— Ты знаешь, там такое дело запутанное. Завтра с утра следователь придет, со всеми сотрудниками разговаривать будет. Но ты не переживай, ты потом поговоришь. Ты же написала заявление, тебя пять дней не будет.
— А зачем следователь-то придет? Он не своей смертью, что ли, умер?
— Да.
— О господи… — Я сделала неосторожное движение, и все пакеты с подарками и продуктами свалились с лавочки. — Что ты сказала?
— Сегодня еще ничего не известно. Но говорят, что Евгения Леонидовича отравили.
— Чем?
— Каким-то сильнодействующим ядом. Мгновенная смерть. Сердце сразу остановилось.
— Ужас, — только и смогла сказать я, поднимая с земли пакеты и ставя их на лавку. — А может, его сердце само по себе остановилось? Может, оно больное было?
— Я только что с его женой говорила. Нормальное у него было сердце. Здоровое. Вскрытие показало, что шеф был отравлен.
— А где его нашли?
— Она говорит, в машине. Но уже установили, что его отравили где-то в другом месте, а затем мертвого посадили в машину. Ты представляешь, какой кошмар?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
