курсе всех новостей. Следишь за всем помещением. Ты умница!
Ганс посмотрел на меня сверху вниз и спустился на несколько сантиметров.
– Точно? – недоверчиво уточнил он, поправляя выбившийся локон.
– Точно! – с энтузиазмом заверила я Ганса.
– Ты правда так думаешь? – Ганс нервно поправил манжеты и спустился ещё немножко.
– Правда! – кивнула я.
– Нам нужно придумать систему оповещения, чтобы я больше не волновался, – доверительно сообщил Ганс, подлетая ко мне и повиснув совсем рядом. – А то вывеску должны привезти с минуты на минуту. Тебя нет, мамы нет, даже Кошки нет, я один! Знаешь, как я волновался? Я чуть было туманом не расползся, так нервничал.
– Ну всё-всё, я здесь. Привезут вывеску, я её приму. Что, кстати, на ней написано-то будет?
– Антикварная лавка «Ценитель». Кудесник сказал, что на одном из местных языков твоя фамилия так переводится, – гордо сообщил Ганс, как будто это была его идея.
– Ценитель, – хмыкнула я.
Кстати, пора позвонить Кудеснику.
Я подхватила с кресла сумочку и, порывшись в ней, извлекла телефон. Входящие. Последний вызов. Гудки.
– Абонент недоступен или находится все действия сети, – ответил мне механический женский голос.
Вот же ирония. Он недоступен теперь даже по телефону.
Задумчиво повертев в руках аппарат, я залезла в сообщения и нашла в них номер Олега. В конце концов, надо же мне удостовериться, что Кудесник ему заплатил!
– Алло! – довольно быстро ответил радостный мужской голос.
– Олег, добрый день. Это Фирин. Вы приезжали в субботу чинить трубы, – представилась я, почему-то начиная нервничать.
– Да! Фирин, приветствую! Как поживает кошка по имени Кошка? – обрадовался на том конце провода парень.
– Э-э-э… хорошо поживает… спасибо. Я вот по какому поводу звоню. Кудес… то есть Виктор заплатил вам за работу? Вы его видели? – внезапно смутившись спросила я и отвернулась от Ганса.
– Нет. Мы с ним не виделись и не созванивались. Но он прислал перевод, так что мы в расчёте. Вам не о чем волноваться и беспокоиться, Фирин. Всё отлично! – заверил меня сантехник.
– Хорошо, – ответила ему я, наоборот, ещё больше волнуясь после его слов. – Хорошо. Спасибо. До свидания, Олег.
– Обращайтесь, Фирин! Всегда рад помочь!
Я повесила трубку и уставилась в стекло витрины.
Куда же ты делся? У кого спросить и надо ли вообще мне волноваться? Может, это обычное для него поведение? Может, он регулярно пропадает на несколько дней, а я, начав спрашивать, нарушу… А что я нарушу? Что такого в том, что я беспокоюсь о человеке, который мне интересен. Он не появлялся два дня, телефон не отвечает…
– Кхм-кхм, – услышала я над ухом скрипучий голос Ганса.
– Что? – спросила я, резко повернувшись.
– Вывеску привезли, – пожав плечами сказал Ганс.
Я развернулась к входной двери в тот момент, когда она распахнулась и в ломбард вошёл огромный мужчина. Он скучающе посмотрела на меня и густым басом произнёс:
– Доставка. Установку оплачивать будете?
Пока я проверяла документы, осматривала изготовленные буквы на вывеске, созванивалась с Агнесс и подписывала бумаги, Ганс спелой грушей висел под потолком рядом с люстрой и молчал.
Полюбовавшись на аккуратно установленную вывеску и отпустив рабочих, я вернулась в ломбард. Ганс тут же соскучившимся щенком бросился мне под ноги и, сделав полный круг вокруг меня, завис над правым плечом.
– А что, если с ним что-то случилось? – заговорщицки зашептал он мне на ухо.
– С кем? – не догнала я сразу, всё ещё погружённая в мысли о полученных бумагах.
– С Кудесником! – Если бы он мог, то толкнул бы меня в плечо.
Я задумалась. Кудесник вполне самостоятельный человек и привык отвечать за себя сам. Если он пока недоступен, значит на это есть причины. И скорее всего местные. Личные или связанные с работой. Потому что, если бы его исчезновение было связано с «Лунным светом», то Малинка точно рассказала бы мне. Обязательно рассказала бы. Надо ли мне лезть в его личные дела?
– Он взрослый человек, вполне способный постоять за себя, – проговорила, чувствуя, как во мне снова поднимает голову червь сомнений и волнения.
– Может, всё-таки спросить? – не отставал Ганс.
Я закрыла входную дверь ломбарда на ключ и пошла в Хранилище. Надо проверить, как себя чувствует полученный вчера амулет.
– У кого? – спросила я, на ходу забирая длинные волосы в высокий хвост. – Если его пропажа не связана с порталом, то спрашивать надо у его местных друзей. А я никого не знаю. Только соседку.
– Спроси у соседки!
– Сначала амулет, – назидательно сказала я, захлопнув перед носом Ганса дверь в Хранилище. – Потом Кудесник, – пробормотала себе под нос и подошла к столу.
Хранилище было похоже на магическую лабораторию. Посреди комнаты островком располагался рабочий стол. По стенам сверху до низу открытые полки с различным оборудованием. У самой дальней стены стоял тот самый шкаф с драконоупорным стеклом, который устанавливали гоблины. Высокая степень защиты и максимальный уровень безопасности для работы с любыми магическими предметами.
Я перетащила на рабочий стол стеклянный куб, где в магии, словно в растворе, плавал амулет. Даже невооруженным глазом было видно, что силой он успел напитаться и выглядел уже вполне пригодным к работе.
Мутный камень в середине кольца стал прозрачно-медовым и…
Я поспешно метнулась к стеллажу с оборудованием и схватила лупу. Я несколько раз видела подобные артефакты в родительской лавке. Мама рассказывала, что было время, когда даже в простые кольца или кулоны маги прятали разные предметы. И вот, похоже, передо мной лежит древнейший артефакт с очень любопытной начинкой.
– Что у тебя там внутри? – пробормотала я.
Не вынимая кольцо из куба и не открывая крышку, сквозь чистейшее стекло, я попыталась с помощью лупы разглядеть, что же запрятано в перстне.
– Да вы издеваетесь? – воскликнула я, отпрянув от куба, и с возмущением уставилась в потолок. – Поиски Кудесника откладываются.
Я вытащила из кармана телефон и, секунду подумав, кому же звонить, быстро набрала номер.
– Привет, у нас проблема. Это «Сердце дракона».
Глава тринадцатая
Я снова склонилась над стеклянным кубом и внимательно посмотрела на амулет.
Цвет камня, напитавшегося магией, стал тягуче-солнечным и тёплым. Больная муть исчезла и внутри всё чётче стали проступать очертания дракона, распахнувшего крылья.
Вертя туда-сюда сам куб, я разглядывала кольцо со всех сторон, вспоминая ветхие страницы маминого талмуда «Об амулетах настоящих и мифических».
«Сердце дракона» упоминалось в разделе мифических артефактов. То есть в летописях говорилось, что никто не знает, когда и где в последний раз появлялось кольцо. Тем не менее описание в книге было подробным, да и на факультативе по потерянным волшебным вещам Многомирья про
