Читаем без скачивания Жаклин Врана - Тодд Лерой

– То есть убийство произошло в промежутке двух и пяти.

– За это время миссис Ясперсон можно было расчленить и распихать по банкам, – заметила Жаклин, рассматривая снимок, найденный в кармане старухи.

На этот раз с фотографии на нее смотрел мужчина тридцати с лишним лет. Статный и привлекательный блондин с белоснежными зубами. Кожа рыхлая и в многочисленных шрамах, но его это не портило.

– Что это? – проявила любопытство Сьюзан.

– Узнаете этого человека? – протянула снимок Жаклин.

– Впервые вижу, – перевернула бумагу девушка. – Вот только почерк знакомый…

– Как у миссис Ясперсон? – догадалась она.

– Да, верно! Как у нее, – подняла влажные глаза девушка.

– Нам нужно осмотреть, где обитала все эти девять лет покойница, – поднялась с дивана Жаклин.

– Разумеется, я вас отведу, – подскочила девушка и повела пару за собой, по коридору, вверх по лестнице и к бесконечному ряду дверей.

Отовсюду веяло затхлостью. Они оказались в комнате с двумя кроватями. Почти больничной палате со светлыми стенами, мебелью на колесах и капельницами по углам. Старуха на соседней кровати дремала. Миссис Ясперсон принадлежала передвижная тумбочка с двумя полками. Кроме гигиенических принадлежностей в ней ничего не было. Жаклин не постеснялась потревожить мирно спящую соседку. Сьюзан поднимала руку в немой просьбе не будить женщину, однако следователя нормы этикета в такие моменты не волновали.

– Мисс? – небрежно трясла за локоть старуху она и даже постучала по ее дряблым щекам для пущей уверенности.

Та что-то прокряхтела и перевернулась на другой бок. Затем резко вздрогнула и пискнула от страха.

– Жаклин Врана. Нам нужно задать несколько вопросов по поводу вашей соседки миссис Якобсон. Вы с ней все время проводили вместе, как я понимаю.

– Ничего я об этой стерве не знаю, – огрызнулась женщина.

– Стерва – слово с негативной окраской, верно? – обратилась к напарнику она.

– А я еще не такое могу о ней сказать.

– Миссис Своль, – жалостливо протянула Сьюзан.

– Неудивительно, что ее, наконец-то, убили, – не унималась старуха. – У такой тьма врагов должна быть, не сомневаюсь.

– Ни о каких случайных родственниках она не упоминала?

– Ничего я о ней не знаю. Она вообще рта не отрывала, даже чтобы спокойной ночи пожелать.

– Значит, об этом человеке вы тоже ничего сказать не можете? – протянула фотографию с мужчиной следователь.

– Не могу, – перевернулась на бок старуха и притворилась, будто способна заснуть по щелчку пальцев.

– В любом случае, откуда мы можем быть уверены в том, что сама покойная знала этого человека? – рассуждала вслух Жаклин.

– Разве это не почерк миссис Ясперсон? – спросила Сьюзан.

– В этом тоже уверенности нет. Почерк легко подделать. Если обнаружите что-нибудь еще – звоните нам, все понятно?

– Вот по этому номеру, – протянул визитку Лок.

– Черт вас всех возьми, что за вонь? – поспешила к выходу Жаклин. – Как будто что-то сгнило.

– Куда теперь? – поспешил за ней Лок, спотыкаясь на лестнице. – В отдел информации?

– Мой личный отдел информации на сообщения не реагирует. Это не к добру. Нужно бы нам его самим навестить, – завела двигатель Жаклин и тронула, игнорируя ремень и застывшие окна.

Жаклин чувствовала какую-то навязчивую ответственность за жизнь этого ребенка и относилась к нему, словно к домашнему питомцу. В свою очередь Тоби ни единожды ей помогал. Ему удавалось обнаружить данные стертые из всех мировых баз.

Жил он в самом грязном районе самого грязного дома в квартире, которую даже Жаклин могла счесть неприемлемой для жилья. На двери, еле державшейся на петлях, висел охранный замок с пятизначным кодом. Девушка его вычислила за пару минут.

Квартира в одну комнату кишела растениями в горшках и без них. Они вились вдоль стен, загибались на полу и переплетали мебель. Вились над раскрытыми книгами, перекрывали свет ламп и, наконец, укрывали тело мальчика, раскинувшегося на полу в центре комнаты. Жаклин подошла к нему и постучала носком сапога о торчащие из-под футболки ребра. Тоби не шевельнулся. Тогда девушка чертыхнулась – она знала, что это могло значить – и присела на колени у его головы. Освободила синее лицо от листьев лопуха и приказала принести воды. Потеребила карманы пальто в поисках подручной аптечки, выпотрошила от связки всевозможных препаратов, жгутов и шприцов. Освободила иглу от пленки, надела на шприц и принялась щупать кости мальчика. После чего с силой замахнулась и запустила иглу в район сердца. Мальчик мгновенно подскочил и набрал воздух полной грудью. К этому моменту она иглу уже вытащила.

– Маленький ублюдок, – шлепнула его по щеке Жаклин.

Тоби звонко рассмеялся, удерживая тощий живот.

– Испугалась? Признайся, испугалась!

– Ничего подобного, – возвращала на место препараты она.

– Спасибо, друг, – принял воду у Лока он. – Я не знаю, как это произошло, честно!

Тоби никогда не менялся. Длинные дреды с разноцветными повязками, такие же цветные брекеты на зубах и браслеты на запястьях. Носил он несменные футболки цвета милитари, джинсовые бриджи больше на два размера и рваные шлепки.

– Кстати, смотри, что купил, – поднялся и отряхнул штаны он. – Тут небольшой бардак, не обращайте внимания.

– Да что уж там, – проскрипел Лок, падая в яркое надувное кресло и рассматривая такие же яркие вещи вокруг.

– Тебе капучино или латте? – улыбнулся Тоби, подставляя кружку под жерло кофемашины. – Купил специально для тебя.

– Латте, – бросила Жаклин, рассматривая облупленные стены и что-то выискивая.

– А тебе, парень? Ты, кажется, новенький? – сощурился мальчик.

– Я заезжал к тебе на днях. Но в целом, да, я всего два года работаю. На стажировке, – покачивался в кресле Лок, улавливая травянистый запах и чувствуя приятную сонливость. – Сразу после университета. Капучино.

– Образованный и все такое, значит? – ухмыльнулся Тоби. – А мы с Жаки нет. Хотя она не любит, когда об этом напоминают, – поймал ее суровый взгляд боковым зрением он. – А вот мне все равно. Меня всему жизнь научила.

– Да неужто? – ухмыльнулась она.

– Сомневаешься?

– Нет, просто интересно, чему такому тебя научила жизнь. Как закапываться дурью на восемьдесят процентов?

– Я знал, что ты обо мне беспокоишься, – ухмыльнулся он, протягивая девушке кофе.

– Ничего подобного. У меня для тебя работа. Ты всего лишь не отвечал.

Мальчик одновременно удивился и обиделся. Он знал, что девушка лгать не умела.

– Что за работа?

– Ты должен разузнать все об этом человеке.

Она вынула и положила на журнальный столик фотографию привлекательного мужчины, найденную в одежде старухи.

– Прямо сейчас?

– Немедленно.

Лок бросил взгляд на ящик под столом и протянул руку, но мальчик успел вовремя подскочить.

– Нет-нет, это открывать нельзя! Все герметично. Без перчаток туда лучше не лезть, – предупредил он, протягивая стакан.

– Что герметично? – подняла бровь Жаклин. – Что опять ты там выращиваешь?

– Да за кого ты меня принимаешь? – запихал ящик поглубже он. – Это просто лекарство.

– От чего?

– От скуки? – рассмеялся он. – Да ладно тебе. Не пытайся казаться скучнее, чем ты есть на самом деле.

Тоби рабочий стол от огромных листьев папоротника. Открылись три огромных монитора с бесконечными рядами зеленых букв и цифр. Жаклин хмуро привстала. Мальчик поспешил свернуть программы и заменить их обоями с подсолнухами.

– Ты ведь не собираешься спрашивать?

Следователь побледнела от злости, и мальчик поспешил перевести разговор.

– Дайте мне минут пятнадцать. А пока можете воспользоваться тем, что в тех банках и пакетах.

– А что в тех банках и пакетах? – полюбопытствовал аспирант.

Мальчик ухмыльнулся, а Жаклин покачала головой.

– Стоит ли напоминать, что я об этом доложу? – напомнила о своей честности она.

– К тому моменту их здесь уже не будет. Кстати, вам повезло. Я уже нашел этого человека, – потер подбородок он, откидываясь на спинку. – Это оказалось несложным. Он не какой-нибудь бродяга или забытая старуха. Его имя Аксел Ном, и он известный адвокат. Более чем известный. Один из лучших во всей Швеции. Только вот что примечательно. Он не работает вот уже четыре месяца. Раньше у него таких промежутков не было. Его сайт заблокирован, а все дела заморожены. Ему даже письма нельзя отправить.

– Но ведь это еще не значит, что он мертв, – предположила девушка.

– О, нет, совсем не значит. Никто не подавал в розыск. Он просто переехал в другой район. Где-то на юге.

– Вот так просто? – удивился Лок. – Бросил успешную деятельность и переехал со всем нажитым?

– О нажитом здесь ни слова. Он снимает номер в дешевом мотеле. И номер машины с парковки не совпадает со знаком, который значится в его страховке. Здесь два варианта. Либо поменял машину и забыл поменять страховку.