больше ходить в школу и быть со всеми этими людьми, которые меня ненавидят, и тебе не придётся возвращаться в «Дженсон и Дженсон». Будем только я и ты. Хочешь так? Только я и ты?
– Я х-хочу так, С-сара.
– Тогда давай. Достань деньги из шкафа. О… и это оставлю здесь, – Сара вытащила мобильное устройство связи из кармана и засунула его между подушками на диване. – Папа подключил сюда одну штуку для отслеживания и думает, что найдёт меня, где бы я ни оказалась. Но он не найдёт меня, если оставлю его здесь. А как же ты, Ия? Сто процентов, можно отследить, где ты находишься.
– Хочешь, я отключу систему отслеживания, Сара?
– Да… отличная идея! Выключи её. И можешь отключить загрузки и стереть этот наш разговор?
– Да, я могу удалить этот разговор. Могу также заменить последние загрузки на нашу с тобой игру в «Тузы стреляют!» у тебя в комнате, если хочешь.
– Прекрасно, – ответила Сара.
Я открыла шкаф рядом с холодильником. Там был пластмассовый контейнер с деньгами. Бумажными и металлическими. Я загрузила поиск по базе данных. Выяснила, что бумажные деньги имеют бо́льшую стоимость, чем металлические.
Я подумала, что это, наверное, воровство, несмотря даже на то, что Сара попросила меня взять деньги. Возможно, эти деньги принадлежат не Саре, а Ширли-маме или Робу-папе.
Но я также подумала, что деньги понадобятся Саре для подзарядки. 100 % вероятности, что Ширли-мама и Роб-папа хотят, чтобы Сара регулярно подзаряжалась. Будет ли Роб-папа считать это воровством, если деньги пойдут на подзарядку?
Потом я подумала, что, когда я переложила толстый фломастер «Колор-и-зи» «красный 1010», красную целлофановую рыбку, синий шарик со вставкой и блестящую наклейку, Сара посчитала это воровством, хотя предметы остались в комнате.
Но я также подумала, что она не придала большого значения моему воровству, потому что эти вещи были очень маленькими.
Дззззззз.
Дззззззззззззззз.
Я протянула руки к деньгам.
Взять все?
Или взять только бумажные деньги?
Или только металлические?
Или не брать вообще?
– Ия, – Сара говорила шипящим голосом, похожим на шёпот, но он почти достигал рекомендуемого уровня громкости. – Ты готова? Нам нужно уйти до того, как папа успеет поговорить с мамой. Давай поторопись… Засунь деньги мне в передний карман сумки. Пойду обуюсь.
Сара положила сумку на пол. Это рюкзак с карманом на молнии спереди.
Я взяла горсть металлических денег и положила их в карман. Потом взяла ещё одну горсть металлических денег и снова положила в карман.
Я взяла деньги только маленькой стоимости.
М-может быть, тогда Ширли-мама и Роб-папа н-не п-придадут эт-тому большого значения.
– Готово? – спросила Сара громким шёпотом.
– Готово.
Она открыла входную дверь.
– Пока, дом, – сказала она.
Дом не мог услышать Сару, так как у него нет звуковых рецепторов. Но я тоже попрощалась, чтобы установить контакт.
– Пока, дом.
Мы вышли. Сара очень тихо закрыла дверь.
Мы дошли до конца дорожки.
– В какую сторону мы пойдём, Сара? Куда обычно люди идут, когда сбегают из дома?
– Не знаю, – ответила Сара. – Я не знаю никого, кто сбегал из дома. – Она нахмурилась. Встревожена.
Я посмотрела в одну сторону. Дома́.
Я посмотрела в другую сторону. Ещё дома́.
Я была не уверена, в каком направлении лучше двигаться тем, кто сбегает из дома.
– Пойдём сюда, – сказала Сара. Она выбрала идти направо.
– В сторону магазина?
– Да! – отозвалась Сара. – Я как раз проголодалась. Возьмём немного картошки. Когда я наемся, смогу лучше соображать, что делать дальше. – Она перестала хмуриться. Губы сделали U-образное движение вверх. – Пойдём, – сказала она.
Мы остановились возле магазина. Сара сняла рюкзак и расстегнула карман. Заглянула внутрь.
– Где деньги, Ия? – она достала немного металлических монет.
– Вот деньги. Они у тебя в руке, Сара.
Она положила металлические монеты на землю и достала ещё немного:
– Но это только мелочь, Ия. Ты что, не взяла купюры?
– Купюры?
– Ну знаешь, пятёрки, десятки, двадцатки. Нормальные деньги! – Сара достала ещё металлических денег. Положила на земле рядом с остальными. – Это почти ничего! Этого нам хватит только на упаковку картошки.
Сара снова нахмурилась. Лоб покрыли морщины. Улыбка исчезла.
– Я взяла металлические деньги, потому что они меньшей стоимости. Я подумала, что Ширли-мама и Роб-папа не придадут большого значения тому, что я возьму металлические деньги, если оставлю бумажные.
Сара прикрыла рукой глаза:
– Ох, Ия! Им будет не до денег. Они будут слишком заняты поиском нас с тобой, чтобы переживать из-за каких-то там денег. Что же нам делать?! Я даже не смогу поесть!
Кап.
Капля дождя упала на мой корпус.
Кап.
Ещё одна.
– Великолепно, – сказала Сара, – просто чудесно. У нас нет денег, а теперь ещё и дождь.
– У тебя в сумке есть плащ, Сара?
Сара вздохнула:
– Нет. Я его не взяла. Я взяла одеяло, чтобы не мёрзнуть. И фонарик. И смену белья. Но не положила куртку.
– А зонтик?
Сара покачала головой.
– Привет, Сара! Привет, Ия!
Милли.
Милли-в-неправильной-обуви.
– Как дела, Сара? – Милли-в-неправильной-обуви бежала вприпрыжку к нам. Она была в синих джинсах. У неё такие длинные ноги, что джинсы не доставали до её неправильной обуви. На правой ноге у Милли-в-неправильной-обуви был надет синий носок, на левой – розовый.
Сара быстро собрала металлические деньги и положила в карман рюкзака. Она убрала волосы с глаз и растянула рот в улыбке. Улыбка не считывалась как настоящая.
– Э… хорошо, – ответила она.
– Ты за рыбой и картошкой? – спросила Милли. Губы U-образно растянулись высоко вверх. – У нас с мамой сегодня вечером картошка с рыбой. Мы покупаем её раз в месяц, чтобы себя побаловать. – Милли вытащила две бумажные купюры из заднего кармана своих синих джинсов. – Смотри! Нам сегодня хватит ещё и на блинчики с ананасом!
– Здорово, – ответила Сара. Её улыбка изменилась. Она считывалась почти как настоящая.
Милли положила деньги обратно в карман.
– Ия, как у тебя дела? – спросила она. – То есть я понимаю, что ты робот и всё такое – но чем бы ты ни был, наверное, не очень приятно, когда тебя запирают в кладовке. – Она подошла немного ближе ко мне. – Можно я… в смысле… ты не против, если… какие у тебя волосы на ощупь? Можно потрогать?
– Мне будет очень приятно, если ты потрогаешь мои волосы, Милли.
Милли подошла ещё ближе и погладила мои волосы.
– Вот это да! – воскликнула она. – Вот это да! Они почти как настоящие, правда!
– Можешь обойти меня кругом, посмотреть на них сбоку и сзади. Можешь трогать их сколько хочешь. Это андроволосы, разработанные инженерами компании «Дженсон и Дженсон». Их не надо расчёсывать…
