мое предложение стало для него просто спасением.
Альрик поведал мне, что таких ветеранов, как он, никому не нужных и всеми забытых, было много. Не ценил король тех, кто служил ему верой и правдой, и судьбы воинов, выброшенных за борт, его не интересовали. Я же была уверена, что даже такие, как барон, могут еще многое. Например, возглавить мое будущее войско. А если он отыщет своих сослуживцев, так ему и вовсе цены не будет.
Элдрид до сих пор где-то прохлаждался, забыв про нас, и мы с Жераром в чужом большом городе чувствовали себя не в своей тарелке. Поэтому старый вояка стал нашим проводником, и почти сразу я поняла, как нам с ним повезло. Пусть он и остался на обочине жизни, однако знал буквально все ходы и выходы, и мог свести со многими людьми, особенно если это касалось теневой сферы жизни города. Как при этом он не сумел нигде устроиться, было неясно. Наверное, помешала излишняя принципиальность и честность.
Даже когда я задала вопрос о том, где можно без лишних проблем сбыть камушки, он нахмурился. А после поинтересовался их происхождением. Пришлось достать бумаги, полученные в ратуше, и намекнуть, что узнай кто о том, сколько я всего привезла с собой, и какую сумму выручила за это, сразу найдутся желающие все у меня отнять.
Разумеется, гарантии, что слухи о моем визите к ювелиру тут же не расползутся по городу, не было. И был риск, что мной заинтересуются криминальные структуры. Однако, Альрик поручился за этого человека, да и пойди я официальным путем, вышло бы дольше и сложней. А внимание сильных мира сего я бы однозначно привлекла.
Толкнув дверь, Жерар услужливо распахнул ее передо мной, но первым вошел барон. И не осматриваясь, двинулся вглубь темного, едва освещенного помещения. А после впереди вспыхнул яркий свет, исходящий от еще одной двери, что пряталась в дальней стене крохотной комнаты, играющей роль прихожей.
Изнутри дом не казался таким уж маленьким, а когда я прошла прихожую, то очутилась в просторной светлой комнате, обставленной так, что и не подумаешь, глядя на здание снаружи. Изысканная мебель, подобранная со вкусом, шелковые обои и бархатная драпировка, фарфоровые вазы за стеклом шкафа и блеск драгоценностей, разложенных на длинном столе. А возле стола склонился, разглядывая что-то сквозь специальный окуляр, высокий жилистый старик в черном костюме.
Заметив мой изумленный взгляд, Альрик тихо прошептал мне.
— На входе стоит защита, и просто так внутрь не попасть. Я тут бывал не раз, и меня эта магия запомнила, как своего, а вас она пропустила как моих спутников.
Глянув на мужчину озадаченно, хотела было спросить, какие он вообще дела мог иметь с артефактором. Но тут вдруг хозяин дома, наконец, отвлекся от своего занятия и посмотрел на нас холодным, ничего не выражающим взглядом.
— Кого ты привел ко мне, Альрик? — не слишком-то гостеприимно отозвался мужчина.
Стоящий рядом Жерар нахмурился, и подался было вперед, но я осадила его взмахом руки. Барон же усмехнулся и жестом пригласил меня сесть в ближайшее кресло, что я, собственно, и сделала. А после насмешливо произнес.
— А ты не меняешься, старый брюзга. Как был вредным стариком, так и остался. Привет, Гаррет.
— И тебе привет, коль не шутишь. Так кто это? Может, представишь уже мне своих друзей?
— Это не совсем друзья, Гаррет, — покачал головой Альрик. — Эта леди — графиня Дарсон, и я теперь служу ей. А этот мужчина ее сопровождающий.
— Графиня, значит? — перевел на меня взгляд старик. — И что же вы, графиня, можете мне предложить? Вы ведь здесь не просто так?
— Разумеется, — отзеркалила я усмешку, чинно складывая руки на коленях. — Я хочу предложить вам необработанные камни. Сапфиры, алмазы, изумруды.
На последнем наименовании во взгляде мужчины мелькнул интерес, но тут же пропал, и он ответил все тем же ровным тоном
— Не интересует. Такого добра и у меня полно, и потребности пока не испытываю.
— И даже красный алмаз вас не заинтересует? А заказ на артефакт из него?
А вот теперь взгляд ювелира поменялся, и он, не сдержав эмоций, шагнул ко мне, всем своим видом выражая изумление.
— Вы сейчас серьезно, миледи? Ох, я должен его увидеть!
Мысленно рассмеявшись, я оглянулась на Альрика и, увидев его кивок, попросила мужчин.
— Отвернитесь, пожалуйста.
Встрепенувшись, мужчины тут же отвели взгляды, заметно засмущавшись. Я же залезла рукой в вырез платья, доставая из потайного кармана крохотный кошель с самым главным сокровищем.
— Вот, господин Гаррет, — протянула я его мужчине.
Торопливо развязав тесемки, ювелир извлек на свет камушек размером с голубиное яйцо, и его глаза от изумления чуть ли не вылезли из орбит.
— Это... Это же невероятно! Но, откуда он у вас?
— В моих владениях есть шахты, и я думаю, что найду еще не один такой. Так что, вы согласны сотрудничать со мной?
От былой невозмутимости мужчины не осталось и следа. И он без всякого колебания воскликнул.
— Конечно же, миледи! Я весь ваш!
Глава 30
Интерлюдия
Усадьба рода Шервудов когда-то представляла собой весьма впечатляющее зрелище. Белоснежные каменные стены особняка, позолоченные колонны, шикарные дорогие барельефы на фасаде, сделанные мастерами своего дела, и роскошный сад вокруг с фонтанами и статуями. Хозяин усадьбы когда-то мог себе позволить многое, служа при дворе министром, однако после смены власти ушел от дел и потерял как влияние, так и большую часть богатства. Однако, связи у него наверняка должны были остаться, на что и рассчитывал Элдрид, отправляясь сюда.
Магу не терпелось поскорей найти собственного убийцу и разобраться с тем, что случилось тогда, тридцать лет назад. Жизнь в призрачном теле без возможности чувствовать запахи, вкушать еду и испытывать остальные прелести плотской жизни, была тем еще мучением. Но лучше уж так, чем кануть в забвение.
Однако, граф чувствовал, что больше не может оставаться в этом мире, что тот его медленно, но верно отторгает. Слишком уж долго Элдрид тут пробыл. И он боялся, что так и не успеет ничего узнать, а потому согласился на привязку к этой девчонке, желая удержаться на этом свете подольше.
Графиня, что подарила ему еще один шанс, до сих пор удивляла его, совершенно не вписываясь в привычную картину этого мира. Слишком уж независимая и самодостаточная, совершенно не похожая на обычных барышень. И такая деловая хватка у нее была, присущая лишь мужчинам, что Элдрид просто диву давался, и с высоты собственного опыта и прожитых лет понимал — графиня
