− Нет. Я не хочу его сейчас впускать. Я выйду и встречусь с ним. Ты будешь ждать здесь, − сказал он. Все еще не поворачиваясь к ней.
− Подожди. Ты ревнуешь?
Он не ответил.
− Лисандр?
− Говори тише. Пожалуйста. Облачные стены тонкие.
− Говорить… тише? — моментальная тишина стала как раз тем, чего он просил. Только ему это не понравилось. Он услышал шорох ткани, резкий вдох. — Ты не хочешь, чтобы он знал, что я здесь, не так ли? Ты стыдишься меня, − произнесла она шокировано. — Ты не хочешь, чтобы твои друзья знали, что ты был со мной.
− Бьянка…
− Нет. У тебя нет права говорить сейчас. — С каждым словом ее голос становился громче. — Я была готова взять тебя на свадьбу своей сестры. Даже зная, что моя семья будет смеяться надо мной или смотреть с отвращением. Я была готова дать тебе шанс. Дать нам шанс. Но не ты. Ты собирался прятать меня. Будто я что-то постыдное.
Он резко обернулся к ней, ярость лилась из него. На нее, на самого себя.
− Ты и есть что-то постыдное. Я убиваю таких, как ты. Не занимаясь с ними любовью.
Она ничего не сказала. Только смотрела на него с обидой в широко раскрытых глазах. С такой болью, что он отступил. Резкая боль метнулась к груди. Но пока он смотрел, ее боль превратилась в ярость, превосходя его во много раз.
−Тогда убей меня, − прорычала она.
−Ты знаешь, я не могу.
− Почему?
− Потому!
− Позволь предположить. Потому что ты все еще думаешь, что сможешь изменить меня. Думаешь, что я стану порядочной, добродетельной женщиной, какой ты хочешь меня видеть. Да кто ты такой, чтобы судить, что добропорядочно, а что нет?
Он лишь изогнул бровь. Ответ был очевиден и не нуждался в озвучивании.
− Я сказала тебе, что отныне буду причинять вред только грешникам, верно? Что ж, сюрприз! Я делала это с самого начала. Пирог, который ты видел, как я ела? Хозяин того ресторана мошенничал в карты, присваивал деньги, которые ему не принадлежат. Кошелек украла? Тот мужчина изменял своей жене.
Он моргнул, не уверенный в том, что услышал.
− Почему ты скрыла это от меня?
− А зачем менять твое отношение ко мне? — она отбросила простынь и встала, прекрасная в своей наготе. Ее кожа все еще сверкала, светясь легким разноцветным светом, − он касался этой кожи. Темные волосы каскадом обвивались вокруг ее — он сжимал эти волосы.
− Я хочу быть с тобой, − сказал он. — Хочу. Но это должно быть в секрете.
− Я думала также. До того, что мы только что сделали, − говорила она, быстро одеваясь. Ее одежда была не такой, как его, и не восстанавливалась, поэтому рубашка больше открывала, чем прикрывала.
Он попытался снова. Попытался заставить ее понять.
− Ты воплощаешь все, против чего протестует моя доброта, Бьянка. Я тренирую воинов ловить и убивать демонов. Что можно сказать им, представив тебя как мою спутницу?
− Есть вопрос получше. Что можно сказать им, чтобы скрыть твой грех? Потому что это то, чем ты считаешь меня, не так ли? Твой грех. Ты такой лицемер.
Она промчалась мимо него, стараясь не прикоснуться. — И я не буду вместе с лицемером. Это еще хуже, чем с ангелом.
Он думал, она выбежит к Рафаилу и продемонстрирует себя во всей красе. Шокировав его, она не стала так делать. И поскольку он не приказал ей остаться, когда она сказала: «Я хочу уйти», облако раскрылось под ее ногами.
Она исчезла, падая в небо.
− Бьянка! — закричал он. Лисандр расправил крылья и прыгнул следом. Он оставил Рафаэля, но в этот момент ему было все равно. Он только хотел, чтобы Бьянка была в безопасности, − и чтобы боль и ярость ушли с ее лица.
Она повернулась лицом вниз, чтобы ускорить падение. Он сложил крылья за спиной, увеличивая собственную скорость. Наконец, он поймал ее на полпути и обнял руками, ее спина прижалась к его животу. Она не дернусь, не приказала отпустить ее, к чему он был готов.
Когда они достигли ее домика, он развернул их, расправил крылья и замедлился. Снег все еще покрывал землю и хрустнул, когда они приземлились. Она не пошла прочь. Не убежала. Не сделала ничего, чего он ожидал.
Он действительно очень мало знал о ней.
− Это ведь к лучшему, ты знаешь, − сказала она решительно, поворачиваясь к нему спиной. Ветер относил ее волосы к его щекам. — В любом случае, это было приятно, как я и говорила ранее. Мне не следовало приглашать тебя на свадьбу. Мы слишком разные, чтобы быть вместе.
− Я был готов попытаться, − проговорил он сквозь сжатые зубы. Не делай этого, молил он. Не подводи черту.
Она невесело рассмеялась, и он поразился, насколько этот смех отличался от того, что он слышал на своем облаке. Поразился и огорчился.
− Нет, ты был готов прятать меня.
− Да. По крайней мере, я пытался сделать что-нибудь. Я хочу быть с тобой, Бьянка. В противном случае я не последовал бы за тобой. Оставил бы в покое с самого начала. Не пытался бы показать тебе свет.
−Ты такой напыщенный осел, − выпалила она. — Показать мне свет? Я тебя умоляю! Ты хочешь, чтобы я была совершенна. Безупречна. А что случится, когда у меня не получится? А у меня не получится, ты знаешь? Совершенство не для меня. Однажды я буду проклинать. Как сейчас. Да пошел ты. Однажды я возьму что-нибудь, потому что это красивое, и я хочу его. Это погубит меня в твоих глазах?
− Это неважно на данный момент, − он сплюнул.
Она снова засмеялась, еще один мрачный смех.
− Шарфы, которые я взяла, были сделаны детьми, вынужденными работать. Так что я не делала ничего слишком страшного пока. Но я сделаю. И знаешь что? Если бы ты сделал что-нибудь тошнотворно-праведное, я бы не волновалась. Я даже хотела взять тебя на свадьбу. Это то, что отличает нас. Хорошо это или плохо, я хотела тебя.
− Я тоже хочу этого. Но это не всегда возможно, и ты знаешь это.
Он сжал ее крепче.
− Бьянка, мы можем решить эту проблему.
− Нет, мы не можем. — Наконец она повернулась к нему лицом. — Это требует дать тебе второй шанс, а я не даю второго шанса.
− Я не нуждаюсь во втором шансе. Мне нужно, чтобы ты подумала над этим. Чтобы существовать, наши отношения должны оставаться тайными.
− Я не собираюсь становиться твоим тайным грехом, Лисандр.
Его глаза сузились. Она пыталась освободить руку, и ему это не нравилось.
− Ты крадешь тайно. Ты спишь тайно. Почему бы не это?
− То, что ты не знаешь ответ, доказывает, что ты не воин, как я думала. Приятной жизни, Лисандр, − сказала она, вырывая руку и уходя прочь, не оборачиваясь.
Глава 12
Лисандр сидел в задней части Будапештской часовни, ничем не выдавая себя и наблюдая, как Бьянка помогает сестрам и их друзьям украшать помещение для свадьбы. На данный момент она прикрепляла цветы к сводчатому перекрытию часовни, не прибегнув к помощи лестницы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
