Услышав, что Игнатиус ни капли не сердится на нее, девушка повеселела. По крайней мере, так показалось Джино. Затем она сделала знак рукой стоящему рядом толстяку. Толстяк вытащил из оттопыренного кармана, кусочек угля и передал его Алисии, которая в свою очередь положила его перед Игнатиусом.
— Учитель, это вам.
— Охохо, а ты знаешь, как задобрить старика, — морда совы расплылась в блаженной улыбке. Затем Игнатиус взглянул на ее маску и, протяжно вздохнув, произнес. — И все же думаю, тебе стоило одеть маску черного ворона. Это соответствовало бы нашим с тобой отношениям наставника и птенца. К тому же совы глупые птицы, а вороны, например, такие как я, являют собой чистое воплощение мудрости и знаний.
Ладно, знаю тебя не переубедить. А теперь иди и поразмышляй, как следует над потенциалом обретенных тобой знаний. Советую почитать примеры их величайшего применения в истории Луноцвета. Позже я дам тебе новое задание для понимания их эффективности.
Алисия почтительно поклонилась и в сопровождении толстяка прошла в глубь библиотечного зала. Как только странная парочка отошла, сова взяла клювом уголь и принялась быстро натирать себя им. По движениям казалось, что птица чистит свои перья, только результат был обратным. Перья чернели.
У этой птицы действительно что-то не в порядке с головой. Вот откуда на полу возле стойки столько черной пыли. Решив, что применять логику к поступкам Игнатиуса бесполезно, Джино продолжил уборку. Работы предстояло много.
Глава 14. Пощечина не приходит одна
Через два часа зал наполнился посетителями. Все из них были выходцами из благородных семей, либо их слугами. Студенты с задумчивыми и серьезными лицами присматривались к книгам на стеллажах. Некоторые вооружившись перьями и чернилами тихо занимались за столами в отведенной для этого зоне. Библиотекари к тому времени тоже вернулись.
Джино резво натирал тряпкой мраморные плитки. Швабра без устали сновала взад-вперед, взад-вперед. Он не спал со вчерашнего дня, но спустя несколько часов работы все еще чувствовал себя полным сил. Неужели эта странная техника дает такой эффект? Или просто то трансовое состояние заменило сон?
В любом случае Джино был рад этой бодрости и свежим силам. Горя энтузиазмом он решил не терять времени и продолжить освоение эфирного искусства. Небольшое мысленное усилие. В руках сразу потеплело от устремившейся в них эфирной энергии. Движения стали чуть быстрее. Мощнее.
В системном профиле практика сразу увеличился параметр силы.
Сила х1,2
Ого, так вот как практики усиливают себя. Ради эксперимента Джино зачерпнул всю накопленную в эфирном сосуде энергию и тоже направил ее в руки.
Сила х2
Объем эфирного сосуда 0/10
Раздался треск дерева.
Швабра, не выдержав нажима от усиленных рук, переломилась пополам.
Джино озадаченно почесал голову. Немного не рассчитал силы. Кто же знал, что небольшое нажатие на швабру окажется таким чрезмерным?
Все находящиеся поблизости студенты зыркнули на него. Главный библиотекарь смерил неодобрительным взглядом и что-то прошипел едва слышное. От их внимания Джино стало не по себе. Почему-то сразу захотелось оправдаться в их глазах.
— Черт! Да она же бракованная. Какой неуч делал эту швабру? Засунуть бы ее куда поглубже, да в одно место этому умельцу, чтобы почувствовал результат собственной работы, — выругался Джино, хотя изнутри он радовался очередному успеху в управлении эфиром. Его голос был одновременно тих, чтобы не нарушить главное правило библиотеки, и достаточно громким, чтобы посетители поблизости услышали его. Повздыхав и попроклинав, для вида тех, кто делает швабры, он пошел в свою каморку за заменой.
Когда Джино вернулся назад, он удивился еще больше.
Объем эфирного сосуда 10/10
За то время пока он ходил за новой шваброй, сосуд с эфирной энергией вновь наполнился до краев. Немного подумав, он догадался, что здесь нечему удивляться. Эфир ведь как воздух. Если выкачать из банки воздух, под атмосферным давлением она снова быстро наполнится им, то же самое и с эфирным сосудом. Как только сосуд пустеет, эфир заполняет образовавшиеся пустоты. Единственное, скорость заполнения зависит от толщины энергетических каналов и объема сосуда. Так, например, если объем его сосуда десять капель эфира, то при текущей толщине энергетических каналов, он заполнится примерно за десять секунд. То есть одна капля эфира в секунду. Обалдеть. Он может бесконечно усиливать свои руки и быстрее делать уборку.
Не успел Джино обрадоваться, как перед его взором появился размазанный силуэт ладони.
Внезапно левая щека загорелась от резкой боли. Его лицо только что словило звонкую пощечину. Джино поднял глаза. Перед ним стояла девушка в белой маске.
— Эй! Ты что себе позволяешь? — сказал Джино, потирая щеку.
Перед глазами снова мелькнула ладонь. В лицо Джино прилетела еще одна пощечина, но уже с другой стороны. Удар был настолько быстрым, что Джино просто ошарашенно замер, не зная что делать.
— Это ты, что себе позволяешь? — холодно произнесла Алисия Крулл. Фиолетовые глаза девушки полыхали от ярости.
— Мисс Крулл, позвольте мне. Все-таки это моя работа, — раздался позади тонкий писклявый голос. Голос принадлежал круглому как шар толстяку, который повсюду сопровождал девушку. Затем толстяк обратился к Джино, предварительно сняв ножны с пояса и хищно улыбнувшись. — По-хорошему, за оскорбление чести дамы тебя полагается вызвать на дуэль, но моя госпожа расстроится, если кого-то убьют из-за нее. Поэтому просто получишь наказание, десять ударов по одному месту.
Не успел Джино ответить, как почувствовал, что его задницу хлестко огрели ножнами. А затем еще раз, и еще раз. Джино только успевал подпрыгивать и айкать от боли. Надо сказать, узкие ножны рапиры обжигали его пятую точку не хуже ударов старика Виктуса. И были они настолько быстрые, что никакие навыки не позволяли ему уклониться от них.
— За что? — прокричал Джино. Плевать на правила библиотеки, когда в заду такая боль. Его словно провинившегося ребенка пороли у всех на виду. Драки с работниками библиотеки ведь запрещены. Куда смотрит чокнутая птица? Почему она не останавливает толстяка?
После каждого удара толстяк облизывал губы, время от времени прикрывая глаза от удовольствия. Он упивался этим процессом.
— Леди Алисия по заданию мудрейшего Хранителя знаний каждый день оттачивала контроль в управлении энергией на ближайших деревьях. Не жалея сил и времени она вытачивала из них деревянные изделия. Видишь эти столы, стойки, стулья? Даже швабры? Это все работа юной госпожи, — неспешно приговаривал толстяк в паузах между ударами. — Так кому ты там хотел засунуть швабру поглубже?
Нижняя часть лица девушки, та что не была скрыта маской, внезапно порозовела.
До Джино наконец дошло как он мог оскорбить самую первую красавицу Луноцвета. Но еще больше его пугало то, что после стольких лет мучительных тренировок он не способен оказать хоть какое-то сопротивление ни хрупкой девице, ни ее неуклюжему слуге.
Внезапно по залу разнесся протяжный вздох, стеллажи и стены библиотеки затряслись. Толстяк удивленно замер.
— Алисия из Дома Крулл, через четверо суток у Джино состоится поединок с Люмбосом из Дома Хоуди на бессмертной арене. Твое следующее домашнее задание помочь Джино победить Люмбоса собственными силами, — тяжелый рокот пронесся по библиотеке, эхом отскакивая от стен и сотрясая тела всех присутствующих.
От этого голоса все студенты невольно обхватили себя за плечи. Настолько он был тяжел и подавлял.
— Джино? Наставник, а кто этот Джино? — удивленно спросила Алисия.
— Это уборщик библиотеки, который стоит перед тобой.
Джино нерешительно помахал ей рукой. Как только девушка поняла, кто такой Джино, ее глаза округлились. Толстяк в свою очередь изумленно заморгал. По залу пронеслась волна ахов.
— Люмбоса? Он ведь по-моему на пятом уровне воздушной ступени. Учитель, как вот это вот может победить благородного практика? За четыре дня невозможно обычного человека развить до пятого уровня, да даже до второй сомнительно.
