Нет усталости, нет скованности, нет времени, нет ничего…
Дэн с Виком исчезли из поля зрения и вскоре вернулись с напитками. Мне достался серебристый, наверное, расплавленное серебро выглядит также. Я почувствовала, как кровь несется по венам, услышала биение собственного сердца и сотен, а может, и тысяч, танцующих в зале.
Не прекращая танцевать, что, в принципе, и сделать-то было нереально, я рассматривала помещение. То тут, то там виднелись круглые возвышения с полуголыми танцовщицами и… аквариумы. Тоже круглые, в виде столба, возвышающееся до прозрачного потолка с русалками внутри. Они танцевали в воде, и я впервые увидела танец, смешивающийся с плаванием. Это было чудесно, сказочно… Хотя нет, не сказочно. В сказках на русалке было бы хоть что-нибудь надето. Но ведь это же ночной клуб не для детей.
Музыка накатывала волнами, и я, как ни старалась, не могла вспомнить, сколько же времени я тут нахожусь.
А, собственно, зачем?
Музыка заполнила всю меня, она текла по венам вместо крови, стучала в висках…
Мелодия — это я.
Мое прошлое.
Мое настоящее.
Мое будущее.
Моя любовь.
Я поняла, что действительно люблю Вика.
А музыка тем временем лилась и лилась…
Суббота
Хочу спать.
Да что же такое?
Я схватила будильник и попыталась наощупь отключить противный звонок.
Получилось.
Вот только я все же проснулась.
Я заплетающимися ногами пошла в душ.
Блин!
Вода ледяная, хотя это и к лучшему.
Я вспомнила ночь. Удивительно, что я все же смогла что-то вспомнить. Домой я пришла в полшестого, так что, получается, спала только полтора часа. Время в клубе летело незаметно, но у Вика остались остатки разума, не то, что у меня. Он всю обратную дорогу до площади надо мной прикалывался, но потом вспомнил свои ощущения от первого похода в такой же клуб и замолчал. Я к тому времени полностью очнулась, и вместе с разумом вернулась слабость во всем теле. Это ж сколько я танцевала без передышки? Шесть с половиной часов. Замечательно! Видимо, на зал наложены какие-то чары, заставляющие не чувствовать усталости. Зато потом…
Я бухнулась на диванчик на кухне и съела три бутерброда. Плевать на калории, я вчера стольких лишилась. Мама непонимающе смотрела на мое состояние и попыталась оставить меня дома, думая, что я чем-то заболела. Я бы с радостью, но я не могу пропустить сегодняшнюю алгебру, мне-то как никак ЕГЭ сдавать придется.
Высушила волосы феном, кое-как накрасила ресницы, натянула джинсы, футболку и поплелась в школу.
* * *
И зачем я пошла?
Я абсолютно не помню первую алгебру, ин. яз., а о литературе я вообще молчу…
— Это еще что такое? — раздался визг над моей головой.
Я подпрыгнула на стуле и сидящий рядом со мной Вик тоже.
Стоп.
Вик?
Сидит?
Со мной?
Опаньки!
Такое событие, а я ничего не помню?
Хотя… Поставим вопрос по-другому: что вообще я помню?
Ни-че-го.
Замечательно!
Я вопли тем временем продолжились:
— Я уже сто раз спросила про сватовство Мелехова, — это она мне, — а тебе хоть бы что! И не стыдно спать на уроке? Хорошистка! Это в конце-то учебного года! Какая безответственность!
Я вжалась в стул и поймала сочувствующий взгляд Вика.
— А ты, Djcrhtctycrbq, чего улыбаешься? Я, межу прочим, и у тебя спрашивала, но вы даже не соизволили поднять на меня глаза. Дома надо спать оставаться! Чем вы ночь занимались?
— Так они вам и сказали, чем вместе ночь занимались… — подметил Сашка.
Классная побледнела, потом покраснела и под гогот учеников завопила:
— Да что вы себе позволяете? Дневники на стол. Быстро! Я неясно выражаюсь!?
Она быстро подошла к учительскому столу и открыла журнал. Я протянула Вику свой дневник. Учительница уже собиралась поставить нам по двойке, когда вспомнила про наши оценки.
— Так, в журнал я ставить ничего не буду, но с рук вам это не сойдет! Будете… будете стенгазету рисовать. В понедельник комиссия приезжает, вот вы и приготовите стенд о творчестве Шолохова. Я дам вам необходимый материал, так что будете сидеть хоть весь день, пока ничего не подготовите.
Мы переглянулись, сказали «конечно, все сделаем» и попытались сосредоточиться. Удивительно, но весь сон как ветром сдуло. Оглядевшись, я поняла, что Вик сидит со мной потому, что половины класса нет (забивают), в том числе и Артема.
Классная еще немного поругалась (досталось всему классу) и задала каждому индивидуальное задание.
Мы с Виком сидели тише воды ниже травы. У меня была только одна цель: пережить русский язык.
После последнего урока Училка выдала нам лист ватмана, краски, фломастеры, кнопки и парочку книжек.
И с гордым видом удалилась домой, сказав, что приходит обычно к самому открытию школы, поэтому сразу проверит, висит ли стенгазета на стенде в её классе.
Мы с Виком остались одни.
— Мдаа… Нарвались, — заметил сонный Вик. — Чего ты такая сонная?
— На себя посмотри. А я просто допоздна гуляла.
— А я в клубе был до пяти, — он зевнул. — Что будем делать?
— А по информатике учительница еще в школе?
— Да вроде. У неё шесть уроков. Зачем тебе?
— Нужно отксерить портреты Шолохова. Сходишь? — он кивнул, взял книжки и ушел.
А я тем временем подписала «Михаил Шолохов» и стала раскрашивать буквы. Я, конечно, рада остаться с Виком, но на компьютере было бы в сто раз проще все напечатать. А тут приходится выводить буквы, боясь нечаянно не размазать краску и не разлить воду.
Вскоре вернулся Вик, и мы принялись приклеивать портреты. Писать биографию он оставил мне, а сам всячески меня отвлекал. На перемене прибежал Никита и стал выпрашивать у него номер «красавицы Лерочки». Вик не дал, но зато посоветовал не Лерин номерок выпрашивать, а обратить внимание на Риту. Надо же, все это он замечает! Никита спросил, есть ли у него самого девушка, на что Вик ответил… нет.
Ага.
Так мы и поверили.
Уж я-то знаю его девушку.
Зачем ему говорить, что нет? Из-за того, что я слышу? Глупость.
Кстати, только сейчас поняла, что это Ксану я видела у нас на новогодней дискотеке в школе. Значит, они уже давно вместе. Теперь понятно, почему Вик её бросать не хочет. Оксана слишком хорошая, чтобы с ней так поступали. Даже я это признаю. Редко встретишь сочетание красоты и ума в равных пропорциях, а Ксана к тому же и хорошая. Детское слово. Только первоклашки так характеризуют людей. Волк какой? Плохой. А колобок? Хороший. Но здесь это слово пришлось как нельзя кстати.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
