Доктрина имеет почтенную традицию. Уже учение о теплоте (XIX век, от Карно до Больцмана добрая дюжина только вершинных имен) являет нам признаки неверного в корне отношения к природе: изначально изгнано из рассмотрения главное – кругооборот энергии в земной атмосфере; рассматривается, как уже отмечалось, только потребление, важен лишь высокий КПД. Более того, второе начало термодинамики прямо запрещает кругооборот энергии: из рассеянного тепла мы не вправе черпать энергию обратно (правда, с крайне важной, решающей оговоркой – в замкнутой системе). Таким образом, не только изначально взят курс на террор по отношению к природе, но под него подведена самая солидная научная база. В публикации не научно-технического характера не слишком уместны претензии на постановку задач научной проблематики или критика собственно научных положений. Те несколько слов, которые ниже посвящены собственно термодинамике, следует квалифицировать как взгляд заинтересованного дилетанта.
Термодинамика является статистическим обобщением опыта. Живая природа чуть не вся – ее опровержение. Если верить статистике второго начала, то сама жизнь невероятна, а между тем это – главное, что случилось со всеми нами. Основа естественных природных «технологий» – кругооборот (само собой разумеется, Земля – не замкнутая система, есть Солнце). Варварство просвещенного человечества состоит в отсутствии (скажем – острой недостаточности) технологических кругооборотов, которые черпали бы из природы только восполнимое. Прежде всего это относится к производству энергии, которая трансформируется ныне из высоких форм (химическая, ядерная) в вульгарное и крайне вредное тепло. К примеру, автомобиль, мчавшийся с высокой скоростью по шоссе и безмолвно прикорнувший у модернового плетня, преобразовал всю химическую энергию топлива в тепло, токарный станок преобразовал подводимую энергию в разогрев заготовки и самого себя и т. д. А между тем тепло оказывается тут же, рядом, необходимо, и его приходится добывать, сжигая топливо! Если тепловая энергия так необходима для нужд отопления, транспорта и иных, отчего бы не попытаться извлечь тепло из воздуха, из окружающей среды, куда оно неизбежно вернется, – организовать хоть примитивный его кругооборот? Термодинамика этого отнюдь не запрещает! (Русский ученый профессор Павел Ощепков, ныне покойный, вел, насколько можно судить, обнадеживающие работы в этом направлении, см. П.К.Ощепков. «Жизнь и мечта», М., 1984.) Но трудность решения этой задачи сродни нелегкости вырастить лес сравнительно с легкостью лесоповала. Те добросовестные труженики, которые только пилили, рыли, «добывали», завели в нынешний тупик, – нужно заново учиться кругообороту технологий, веществ и энергии, учиться понимать, как нелегко вырастить!
Читатель, вероятно, понял, что речь идет отнюдь не об «энергосбережении». Но нелегко принять к сердцу непривычно странное: мы не вправе вовсе производить энергию помимо той, что уже дана нам в солнечном потоке (и его производных – ветре и т. д.), равно и изменять норму его отражения от атмосферы. Мы вправе в лучшем случае перераспределять ее, участвуя в ее кругообороте; при этом опять-таки неизбежны локальные тепловые перегрузки, но энергетический баланс будет сохранен хотя бы в среднем. Сегодня цивилизованный мир идет мертвящим путем все возрастающего производства энергии; электричество, назначавшееся поначалу спасению мира от несовершенства и копоти тепловых машин, являет миру свою «копоть», почище паровозной…
Статистическая модель в физике, порождающая в энергетике однонаправленное рассеяние тепла, является закономерным банкротством математической модели природы и в этом отношении достойна своего социального близнеца – марксизма: не различая индивидуумов, мы перешли к совокупностям. Вместе с тем сам подход к изучению явления типичен: скорее и легче «объяснить», обходя трудности, чтобы скорей урвать, активнее пользовать, жечь ресурс природы!
По поводу незамкнутых энергетических систем (а других, насколько можно судить, в природе нет!) физическая теория попросту отмалчивается, – несмотря на то, что примеры энергообмена между хаосом и упорядоченным движением в самой физике широко известны. Так, в броуновском движении теплота (молекулярный хаос) самопроизвольно переходит в высокоорганизованное (прямолинейное) движение крупной частицы (например, частицы дыма в воздухе), т. е. сама по себе преобразуется в механическую работу, а затем (при следующем столкновении) – снова в нее же. (То, что мы не умеем пользоваться мечущимися движениями частицы, означает наше неумение и только: сама частица прекрасно ими пользуется, уносясь довольно далеко). Сходным образом, чашечный анемометр преобразует разнонаправленные порывы ветра в высокоорганизованное (однонаправленное) вращение и т. д. Примеры самопроизвольного преобразования хаотического движения в ту или иную форму порядка (а значит, производства работы за счет хаоса) можно множить, – однако столь элементарные примеры энергообмена оказываются отчего-то неприступны для научного моделирования и использования – не оттого ли, что не обещают циклопических финансовых затрат? Большая наука предпочитает обращаться к крупномасштабным свершениям – в духе проектов зажигания «второго солнца» (которые – говоря всерьез – нельзя расценивать иначе как призыв к тысячекратному Чернобылю). Научные школы, развивающие идеи, подобные термоядерному синтезу и «второму солнцу», заинтересованы в финансовых вливаниях в проекты, которые, чем они рискованнее и фантастичнее, тем даже лучше. Инерция маховика научно-технического «прогресса» огромна, накоплены колоссальные, часто простаивающие научно-производственные мощности, а ленивая доверчивость общества «к науке» допускает загрузку этих мощностей работами с непредсказуемым результатом. Зрелости общества явно недостает для наложения запрета на финансирование будущих энергетических, химических, генетико-биологических и психотронных катастроф. (В этом же роде оценивается вполне предсказуемая катастрофа «трансгуманизма», см. Ф.Хэпгуд. Больше, чем человек // Журнал «Computerword», № 01/02/2005. Речь идет о вытеснении многих функций человека их технологическими «усилителями». Замечательно видение автором-янки «проблем» трансгуманизма: нет вообще ни слова о проживании будущих и нынешних трансгуманистов в христианской (по преимуществу) стране; это – «этика», читай: дело одиночек. Зато: «Немало вопросов вызывает управление цифровыми правами… Если рассуждать с точки зрения продаж…» и т. п. – все это при полном, в то же время, осознании автором «постгуманистического будущего» как катастрофы).
Переизбыточность «инерции прогресса» относится отнюдь не только к отечественной науке, но даже прежде нее к науке США, Европы и Японии. Постоянно слышимые уверения в том, что «у них» удается справиться с проблемами технологического отравления жизненной среды, попросту лживы – иначе зачем бы хоть той же Франции хлопотать о захоронении радиационных отходов своей «безопасной» атомной энергетики на территории России, соблазняя ее криминальный бюджет гомерическими суммами выплат? Если они (отходы), как уверяют нас, не несут опасности, отчего бы министру энергетики той же Франции не прикопать их где-нибудь в Провансе? Не оттого ли, что ему оторвут за это его умную голову?
Все эти усилия, исходящие от Европы, говорят только о том, что демонтаж технологий с них и нужно начинать…
О перспективах «безопасности» будущей ториевой, «неисчерпаемой» термоядерной и т. п. энергетики (которая, по умолчанию, в конечном счете опять-таки обратится в тепло!) по-видимому, лучше прочесть в Апокалипсисе.
Как можно видеть, современная наука в целом и деловые круги далеки от понимания необходимости глубочайших перемен.
Самые привычные вещи, творимые нынче на Земле, вызывают, на свежий взгляд, оторопь: стоит взглянуть на стандартное жилище в средних широтах – при отоплении которых зимой обогревается улица; и зимой, и летом обогревается… она же посредством холодильников, кондиционеров, кухонных плит и т. п., – на транспорт, обогревающий ту же улицу всей своей энергией круглый год, – не говоря ни слова о промышленности, чтобы не рехнуться. Сам метод извлечения энергии, основанный на сжигании углеводородов, делении ядра и т. д., враждебен в корне живой природе (следовательно, человеку) – между тем эти и подобные технологии еще предполагается развертывать! Взгляд на техническую деятельность человека вызывает тяжелое чувство. Сегодня в России массово строятся быстровозводимые здания со слабой теплоизоляцией, рассчитанные на интенсивный внутренний обогрев, активно рекламируются обогреваемые полы, кондиционеры (между прочим, омертвляющие – деионизирующие – воздух), электрические антиобледенители для крыш!!!!
