роль техники в каких-то отношениях претерпела глубокие изменения, хотя до сих пор еще совсем не ясно, являлся ли рост количества патентов реакцией на ощущавшиеся потребности и возможности, или же он представлял собой следствие коренных перемен, повлиявших на техническую креативность Великобритании в целом.
Обычно считается, что промышленная революция произошла в период 1760–1830 гг., а ее ядром чаще всего называют Великобританию, хотя новая техника в значительной степени являлась итогом работы, проделанной в других европейских странах, а впоследствии и в США. Плоды промышленной революции созрели не сразу. Потребление на душу населения и уровень жизни поначалу возрастали незначительно, однако во многих отраслях и секторах резко изменились производственные технологии, подготовив почву для устойчивого шумпетерианского роста во второй половине XIX в., когда технический прогресс распространился и на те отрасли, которые прежде не были им затронуты. Какие-либо общие выводы в отношении происходивших тогда технических изменений сделать непросто. Некоторые исследователи полагают, что главной чертой технических изменений того периода была замена органических материалов неорганическими (Wrigley, 1987). Другие пытаются определить промышленную революцию как рост энерговооруженности – в первую очередь, за счет неодушевленной энергии – и в качестве самого значительного достижения называют паровую машину (Cipolla, 1965a). Есть и такие авторы, которые указывают на применение машин вместо ручного труда (Paulinyi, 1986). Однако все эти обобщения не учитывают всех многообразных форм, которые принимал в те годы прогресс. Распространение хлопка за счет шерсти и льна, более эффективное использование гидроэнергии, создание газового освещения, достижения в сфере машиностроения, изобретение консервов и многие другие явления тех лет почти не имеют никаких общих черт за исключением того, что они влекли за собой возрастание количества и качества товаров и услуг. Как выразился Макклоски (McCloskey, 1981, p. 118), промышленная революция не была веком хлопка или веком пара; она была веком усовершенствований. И все же они не являлись повсеместными. Крупные сектора экономики, дававшие работу большей части трудящихся и отвечавшие как минимум за половину валового национального продукта, до середины XIX в. практически не были затронуты инновациями. В сфере услуг, строительстве, пищевой промышленности и производстве одежды до 1850 г. практически или совершенно ничего не изменилось. Причины, по которым одни отрасли подвергались изменениям, а другие – нет, почти никак не были связаны ни со спросом, ни с наличием сырья и угля. То, где и когда происходили изменения, по большому счету определялось техническими возможностями и ограничениями.
Во время промышленной революции технический прогресс обычно был результатом совместных и кумулятивных усилий многих индивидов. Типичным новатором тех лет являлся проницательный человек с техническими наклонностями, осознававший наличие той или иной технической проблемы и примерно представлявший себе, как ее решить. Успешными изобретателями становились те, кто лучше своих коллег умел складывать воедино отдельные детали, либо те, кому удавалось справиться с последним затруднением, препятствовавшим реализации новой технологии.
Технические изменения периода промышленной революции полезно разделить на четыре главные категории: энергетика, металлургия, текстильная промышленность и категория прочих производственных отраслей и услуг.
Энергетика
Невзирая на протесты некоторых историков экономики, паровая машина по-прежнему имеет общепризнанную репутацию принципиального изобретения промышленной революции. Она не была создана усилиями одних лишь британцев; более точно было бы называть ее результатом совместных международных усилий. Ключевая идея, необходимая для создания пароатмосферной машины, основывалась на осознании существования атмосферы. То, что сегодня кажется банальной идеей, являлось плодом трудов Эванджелисты Торричелли, ученика Галилея, и бургомистра Магдебурга Отто фон Герике, прославившегося своим опытом, когда две конские упряжки не могли оторвать друг от друга двух полушарий, из которых был выкачан воздух[47]. Вполне вероятно, что китайцы тоже знали о существовании атмосферы и атмосферного давления, но то, что произошло во второй половине XVII в., было типично лишь для Европы. Многим из тех, кто проник в суть только что открытого явления, пришло в голову, что сила атмосферного давления может стать новым источником энергии – для этого необходимо лишь снова и снова создавать вакуум. Построить машину, в которой бы для создания вакуума использовалась конденсация пара, среди прочих предложил в 1663 г. маркиз Вустерский. Первую известную модель такой машины построил в 1691 г. Дени Папен, помощник Христиана Гюйгенса, на примере этого прототипа продемонстрировавший, как поршень с помощью пара может перемещаться вверх и вниз по цилиндру. Затем настал черед и для практического применения. Первую работоспособную паровую машину создал в 1698 г. Томас Севери, хотя это устройство в реальности являлось всасывающим насосом с закрытым сосудом, куда после конденсации пара и образования вакуума всасывалась вода. Другой вариант такой машины в первом десятилетии XVIII в. был усовершенствован Томасом Ньюкоменом, который, в отличие от Севери, использовал атмосферное давление и периодическое создание вакуума путем конденсации при попеременном нагреве и охлаждении аппарата. Первую экономически эффективную паровую машину, известную как машина из Дадли-Касла, установили на угольной шахте под Вулверхэмптоном в 1712 г. Машина Ньюкомена имела намного более сложную и продуманную конструкцию, чем прототип Папена, но она была безопасной, а ее создание не выходило за рамки возможностей мастеров той эпохи. Ей хватало мощности для того, чтобы откачивать воду из шахт, и, несмотря на свои огромные размеры, колоссальный расход топлива и проблемы, с которыми сталкивались механики начала XVIII в. при создании герметичных конструкций, машина Ньюкомена получила широкое распространение. Уже через несколько лет она применялась во Франции, Германии и Бельгии, а к 1730 г. подобные машины работали в Испании, Венгрии и Швеции, позднее появившись и в американских колониях. Машина Ньюкомена решила проблему затопления корнуэлльских оловянных рудников, а также глубоких угольных шахт на севере Англии. Но в первую очередь, она представляла собой первое экономически эффективное устройство для преобразования тепловой энергии в механическую[48].
И все же паровая машина навсегда останется связанной с именем Джеймса Уатта. Он радикально улучшил ее конструкцию, отделив конденсатор от рабочего цилиндра для того, чтобы последний все время оставался горячим. Такой шаг позволил резко сократить расход топлива в машине и сделал возможным ее почти повсеместное использование. Кроме того, Уатт внес в устройство паровой машины много других усовершенствований, включая паровую рубашку, препятствовавшую охлаждению рабочего цилиндра; трансмиссионный механизм, известный как планетарная передача – он преобразовывал вращательно-поступательное движение поршня во вращательное движение, необходимое для привода станков в текстильной и других отраслях промышленности; и золотник, попеременно впускавший пар с обоих концов цилиндра, благодаря чему удалось использовать ход поршня в обе стороны. В такой расширительной машине двойного действия пар, поступавший в пространство над поршнем, толкал его вниз, однако после прохождения поршнем половины цилиндра доступ пара прекращался с целью экономии топлива.
