программы. Их не заботило, какие решения принимает их лидер, важно лишь следование приказам.
Девушка медленно поднялась со своего места, словно не верила в происходящее и боялась, что это всё какая-то злая игра.
Такое не являлось для неё чем-то невозможным. Люди в этом мире могли вас сначала покормить, а потом начать пытать без каких-либо причин, просто чтобы насладиться криками жертвы и отчаянием человека, который не понимает, чем он заслужил происходящее с ним.
Однако выбора ей не оставили, поэтому она молча следовала за бойцом, словно обречённая.
Как только Лилит в сопровождении солдат покинул кабинет, Руслан также не остался здесь и пошёл проверять строительство укреплений.
Было довольно неуютно ощущать себя в окружении врагов, не имея достаточно прочной обороны, особенно после того, как он видел стены Тирольской бухты.
Когда командир вышел через центральный вход командного центра, на него словно ведро горячей воды вылили, настолько было жарко снаружи.
Не решившись идти дальше, Руслан обошёл командный центр и сел на корточках в тени здания, облокотившись на стену.
Ему открывался вид на казармы в ста метрах от него и бегающих туда и обратно солдат и инженеров, которые, оказавшись рядом с ним, на ходу салютовали командиру и бежали дальше по своим делам.
Достав сигарету из пачки, он прикурил её и смотрел вперёд, где вовсю материализовывалась стена высотой тридцать метров и шириной пять метров.
Выглядело всё так, словно это компьютерная графика, причём недоработанная.
У основания бегали уже более десятка инженеров, без конца расчищавших землю и устанавливавших деревянные преграды, которые мешали стене строиться в определённых местах, где в будущем расположится туннель, ведущий к турелям.
По словам Аслана, на стене также можно будет установить турели и системы противовоздушной обороны, чего в игре делать было нельзя.
Руслан очень много думал о системе, и всё больше ему казалось происходящее странным.
Расхождений с игрой становилось всё больше, что явно говорило о том, что игра является лишь основой для системы, но никак не её реализацией в реальном мире.
Кто-то или что-то, по всей видимости, создал интерфейс, как в игре, а в реальности все эти строения, солдаты и техника могут выглядеть совершенно не так.
Но его всё равно радовало, что именно так выглядело всё, потому что ему нравилась эта игра и он идеализировал эпоху СССР. Хотя Руслан и жил хорошо при капитализме, но его детские годы прошли в советское время, в котором всё кажется лучше, каким бы оно ни было на самом деле.
— Может, в этом мире воссоздать СССР? — пробормотал командир, разглядывая нашивки с серпом и молотом на плечах солдат.
Глава 12
Планы изменились
Руслан всё время занимался развитием базы, планированием обороны и заказом новых зданий, но всё больше вставал вопрос с продовольствием и людях под его началом.
Нельзя было просто заказывать солдат и сидеть на одних пайках. И дело было даже не в еде, а в элементарных взаимоотношениях.
Он видел, как бойцы общаются между собой. Они шутят, смеются, просто разговаривают и даже ругаются между собой из-за каких-то мелочей, что явно говорило об их человечности, а значит, нельзя обращаться с ними, как с роботами.
Пусть солдаты и не говорят об этом, но их командир не был идиотом, который не понимает нужд мужчин, и женщины были частью таких потребностей.
Даже те немногие дети и старики, находившиеся здесь, получали от бойцов столько заботы, которой не удостоился бы ни один человек в мирное время.
Каждый считал своим долгом поделиться едой или сладостями из пайка, желая получить немного внимания в свой адрес.
Только вот у Руслана не было хорошего решения этой проблемы. Он видел в Тирольской бухте, что женщины там преобладают, и связано это в первую очередь с тем, что именно мужчины погибали в первые дни апокалипсиса в попытках защитить свои семьи, а после уже выбирались из лагерей на поиски еды и медикаментов.
Он хотел захватить это место сбора, но, не имея информации об обороноспособности, нельзя просто так врываться туда с шашкой наголо.
Поднявшись к себе в кабинет, командир рухнул в кресло и, похлопав руками по подлокотникам кресла, вызвал офицеров и новоиспечённого торгового представителя.
Уже через пять минут перед ним стояли Александр, Максим, Виктор, Ланс и Лилит.
Хрупкая девушка смотрелась довольно забавно среди здоровенных мужчин.
Её одели в военную форму, которую Руслан купил в казарменном магазине, и ей действительно шла эта экипировка.
Стройная девушка в обтягивающем камуфляже — услада для глаз мужчин, особенно в этой деревне, где последние преобладают.
— Нам необходимо что-то решить с продовольствием, а также с населением. Мы будем принимать всех людей без исключения и создадим новый город, — заявил командир.
Ланс и Лилит посмотрели на окружающих и встретились друг с другом взглядами. Оба поняли, что ничего не поняли.
Человек перед ними собирался основать новое место сбора на ровном месте. У него не было ни припасов для этого, ни логистики, ни людей.
Можно с уверенностью сказать, что лагерь не выживет без еды, хотя они были уверены в силе этих людей.
Конечно же, двое не были идиотами и видели вырастающие из-под земли стены, просто они боялись спрашивать, что это за технология.
Вообще, также к этому отнеслись и другие жители деревни. Увидев стены, они лишь с облегчением вздохнули, понимая, что находятся в безопасности.
Для спасённых из лагеря проживание здесь стало тем, о чём они могли лишь мечтать последние три года. Кругом солдаты, высокие стены и еда, пусть рацион скудный, но зато регулярный.
Командир смотрел на девушку, ожидая предложений от неё, потому что именно она занималась торговлей и могла многое слышать от пытавшихся польстить такой красавице, но вместо неё заговорил Ланс.
— На окраинах Лорана есть множество мелких лагерей. Положение у них немногим лучше того, что было у тех, кого вы приютили, думаю, они согласятся присоединиться к вам, как только увидят солдат. Однако проблема с едой не решаема, — сообщил он.
Руслан задумался над его словами и не знал, к чему придраться. Одно дело — по очереди урезать пайки солдат так, чтобы они не ощущали этого, но посадить на такое довольствие сотни или тысячи людей просто нереально.
В этот момент заговорил Максим.
— Товарищ младший лейтенант, разрешите обратиться?
— Говори. И прекращай это, пока мы в здании или на совещании. Я вас сюда вызвал именно ради идей, — ответил командир.
Кивнув,
