Ему было ясно. Абсолютно.
- Полагаю, вся эта тирада подготовлена и озвучена, дабы подвести меня к тому, что отныне ты будешь жить в Мунго?
- Нет, Мерлин тебя раздери! - Гермиона рассвирипела пуще прежнего. - Эта, как ты выражаешься, тирада озвучена, потому что я живая! И потому я - это я, и полтора года наших отношений были лучшими в моей жизни! Но так, как сейчас стало, больше продолжаться не может. Я считаю, что после случившегося в последний раз нам с тобой нужна пауза!
- Ты от меня уходишь? - спросил Снейп, все еще не будучи способным осознать то, что только что услышал.
- Нет, я не ухожу от тебя, — ответила Гермиона неожиданно спокойным голосом. Почти спокойным. — Я не съезжаю из этого дома. Но сейчас мне довольно часто придется оставаться с тяжелыми больными и дежурить возле них. Тебе в последнее время все сложнее покидать Хогвартс ради возвращения домой. Нам обоим есть, о чем подумать, в отрыве друг от друга. Думаю, этот период пойдет на пользу нашим отношениям.
"Или окончательно их доломает", - подумал Снейп, но вслух сказал совсем другое.
- Я люблю тебя! Я не хотел и даже не думал, что причиняю тебе боль! Я не слышал протеста в твоих мыслях ни во время, ни потом! Если бы я услышал то, о чем ты говоришь сейчас, я бы остановился! Но я слышал только желание! Такое же сильное, как свое - потому что я хочу тебя и люблю! — он подался вперед в отчаянной надежде, что сейчас поцелует Гермиону, и этот скандал сам собой перетечет в секс, а за ним в мир, как уже неоднократно бывало за последние полгода. Но девушка решительно отстранилась.
- Не надо убеждать себя в этом, Северус, - сказала она с горечью в голосе. - Ты не слышал мои мысли, потому что слишком был поглощен своими. И я даже не уверена, что в них мне тогда вообще было место.
Она поднялась с дивана и пошла из гостиной в свою комнату стремительным и твердым шагом, не оборачиваясь. Снейп видел в этом поступь рока, уводящего Гермиону от него. Давай же, сделай что-нибудь, останови ее, кричало всё внутри него. Это же бред, она говорит бред, обидный, горький и несправедливый, чтобы задеть тебя! Останови ее, черт тебя дери, Северус Снейп! Останови! Ты еще успеешь!
- Когда ты заступаешь? — вместо этого спросил он.
- Сегодня, — она не обернулась, но остановилась. — Я иду собирать вещи.
Повисла пауза. Гермиона все еще стояла к нему спиной. Снейп вскочил с дивана, в несколько шагов пересек гостиную, обошел Гермиону и встал вплотную к ней. Она не поворачивалась к нему, ее тело было напряжено до предела. Снейп положил руки ей на плечи.
- Ты же тоже меня еще любишь и не хочешь никуда уходить, — то ли спросил, то ли констатировал он.
- Я всегда буду любить тебя, ты же знаешь, — тихо ответила она.
- Я тоже тебя люблю, Гермиона! — он развернул ее к себе и коснулся губами ее лба. — Просто сейчас…
- Просто сейчас ты этого не чувствуешь, — закончила она все с той же горечью в голосе, не поднимая на него глаза. - И поэтому нам нужна пауза. Каждому из нас нужно пространство и время, чтобы подумать и разобраться в себе.
Снейп не смог ничего возразить. Какое-то время они стояли молча, не решаясь по-настоящему обняться, но и не в силах разойтись. Снейпа раздирали противоречивые чувства. Часть его искренне хотела, чтобы Гермиона ушла собирать вещи в Мунго, другая часть хотела повалить ее на пол, взять прямо здесь так, чтобы она потом с удвоенной яростью орала об изнасиловании, а потом швырнуть в комнату, запереть на ключ и больше никогда не выпускать из этого дома. Он отпустил плечи Гермионы и сжал руки в кулак, подавляя в себе это желание.
- Чертово лезвие, — пробормотал Снейп, в свою очередь, уставившись в пол.
- Что? - не поняла Гермиона.
- Любовь, - пояснил он. - Она как лезвие ножа. Или бритвы. Каждый неверный шаг приносит боль и оставляет глубокий след.
- Вот поэтому иногда полезно ненадолго сойти с него и сделать несколько шагов по обычной поверхности, — ответила она.
Снейп промолчал. Видимо, на секс сегодня рассчитывать не стоит. Ладно, твоя взяла, Грейнджер, 10 баллов Гриффиндору. Будь по-твоему. Насилие так насилие, пауза так пауза, Мунго так Мунго. Гермиона еще мгновение задержалась у двери и вышла. Он так и стоял, уставившись в пол, до тех пор, пока ее шаги вверх по лестнице не стихли. Затем он глубоко вздохнул и вернулся на диван. Он представил, что Гермиона уже ушла в Мунго, а он зажег камин и смотрит на пламя. Смотрит и чувствует облегчение, потому что воображаемый огонь горит ровно и удивительно спокойно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Глава 12. "От судьбы не уйдешь"
Walking, waiting alone without a care
Hoping and hating with things I can't bare
Did you think it's cool to walk right up to take my life and fuck it up?!
Well, did you?
I see hell in your eyes taken in by surprise
Touching you makes me feel alive
Touching you makes me die inside
I slept so long without you...
Иду одна во власти тьмы,
Надеясь тщетно, ненавидя.
Мне эту злость не обнажить.
Ты так хотел меня обидеть?
Пройтись по жизни колесом,
Чтоб грязь подошв твоих впитала?..
Ад глаз твоих - он мне знаком -
Под этим взором умирала,
И прикасаясь, воскресала,
Чтоб снова умереть потом.
Я без тебя спала так долго -
Впредь не пожертвую ни днем.
Jay Gordon "Slept so long" (OST Queen of the Damned).
Она бежала по темному коридору. Отвратительный запах затхлости затруднял дыхание, в глазах темнело, но она не останавливалась. Остановиться — значит, умереть. Её преследователь, казалось, находился прямо за спиной и в любую секунду мог прикоснуться или даже схватить её.
Коридор был бесконечным. Сзади преследователь, а впереди — неясный и довольно тусклый свет, который нисколько не приближался, хотя она почти совсем выбилась из сил, пытаясь до него добраться. И тут преследователь заговорил.
- Почему ты бежишь от меня? — голос был каким-то неживым. Гулким эхом он отражался от стен, пола и потолка. — Бессмысленно, Джиневра. Остановись.
Она не слушала, не хотела слушать, она изо всех сил стремилась к неясному свету в конце коридора.
- Я и так позволяю тебе слишком много, — продолжал преследователь. — Любые игрушки, любые отступления. Тебе не скрыться и не убежать от меня. Ты можешь развлекаться сколько угодно, но ни один из них не заменит тебе меня. Даже этот белобрысый сопляк, к которому ты так стремительно несешься.
И точно: мнимый свет вдалеке постепенно приобретал черты Драко, его светлые глаза и волосы странно светились в полумраке.
- Беги, беги, Джиневра, — усмехнулся преследователь. — Убей этого мальчишку.
Джинни остановилась, и с её губ сорвался вопль ужаса. По лицу стоящего вдали Драко бежали струйки крови. Рука преследователя легла ей на плечо. Она обернулась и посмотрела на него.
- Кто же ты? — прошептала она, пытаясь разглядеть скрытое в полумраке лицо.
- Ты забыла меня, Джиневра, — проговорил он с ощутимой болью в голосе. — Ты забыла. Ты обещала прийти и забыла.
- Так помоги мне! Помоги мне вспомнить! — она протянула руку, стараясь дотронуться до его щеки, но он отдалился и начал таять.
- Ты меня забыла, — повторял он всё тише и тише.
- Помоги мне вспомнить! — кричала она. — Я хочу вспомнить! Кто же ты?
Джинни очнулась оттого, что Эмили, соседка по комнате, трясла её. Значит, это снова был сон. Значит, она кричала в голос и всех перепугала. Вот и МакГонагалл стоит. Замечательно. Сейчас кого-то точно отправят в лазарет.
- Со мной всё в порядке, — поспешила заверить она, стараясь не обращать внимания на перепуганные лица окружающих. — Просто приснился кошмар. В нынешнее время это неудивительно…
