«Царь» О'Киф
Всю иерархию ценностей на Япе, выработанную столетиями, подорвал потерпевший кораблекрушение и с трудом спасенный жителями Япа Дэвид Дин О'Киф, американец ирландского происхождения, которому за убийство грозила виселица. В Джорджии он оставил жену, малолетнюю дочь и отправился в путешествие по морю. По воле судьбы корабль, которым он командовал, в 1871 г. разбился на рифах Япа, и он один из всех членов экипажа живым добрался до берега острова. Его выходил и вылечил от ран колдун Канифаи, и О'Киф, надо признать, остался ему верным другом до конца жизни.
Пожалуй, не стоит описывать идиллическое время, которое провел белый капитан на Япе, но следует упомянуть, что, немного поправившись, на попутном корабле он добрался до Гонконга, где раздобыл суденышко, затем попал на Науру, откуда привез себе жену.
Дело в том, что О'Киф наладил самое трудное дело из всех, какие в конце XIX в. совершались на Тихом океане: он предложил свое суденышко и свои услуги для перевозки каменных денег с «монетного двора» на Япе. Вскоре фэи заполонили остров. Преобладали круп ные экземпляры, самые ценные, диаметром в 2, даже в 3 метра, которые очень трудно было перевозить на утлых челнах. Островитяне работали как безумные (в настоящее время на Япе находится несколько тысяч каменных дисков), а капитан О'Киф все возил и возил каменные монеты. Разумеется, недаром. За свои услуги он требовал копры и трепангов. С количеством перевезенных камней росла и масса продуктов, которые в виде платы получал ирландец. Переправляя все это на продажу в Гонконг, бывший неудачник теперь получал баснословные прибыли. На отдельном острове поблизости от Колонии он построил себе прекрасный дом (от него теперь не осталось и следа) и жил в «тропическом раю» по-царски. Бывшей жене он посылал лишь чеки, так как все еще боялся виселицы, которая грозила ему в США.
Вид из окна отеля «Континенталь»
«Его величество» счастливо прожил последние годы господства испанцев на Каролинских островах, некоторое время преуспевал при немецкой администрации, пока не вступил в конфликт с властями, которые потребовали, чтобы «царь» О'Киф поднимал на корабле не свои личный красочный флаг, а немецкий. Как известно, ирландцы упрямы. Конфликт зашел настолько далеко, что «его величество» забрал на корабль семью и в 1901 г. покинул остров. Несколькими днями позже все они погибли во время тайфуна.
Живописная личность ирландского владыки немного напоминает поляка — «Белого вождя Кинавы» (остров поблизости от Гаити) Фаустуса II — поручика Фаустина Виркуса, который, однако, не извлекал выгоды из своего положения, но, выбранный вождем, достойно правил вплоть до 1929 г., до вынужденного отречения 0 т власти. После этого «царь» вернулся в Соединенные Штаты Америки и поселился в Бруклине. О нем не забыли. После смерти его останки были торжественно перенесены из обычной могилы на Арлингтонское кладбище. Теперь о предприимчивом «царе» острова Яп напоминает лишь бар под названием «Оазис О'Кифа». Он находится в главном поселке острова, поблизости от административных зданий округа и «Раи-Вью». Каждый вечер здесь можно встретить много интересных людей, собрать много разнообразных сведений и узнать последние сплетни. Именно тут мне рассказали, что в 1929 г. на Япе был произведен подсчет всех рай. Оказалось, что их количество превышало 30 тысяч. В течение полувека число рай уменьшилось примерно наполовину. Так, во время второй мировой войны японцы употребляли каменные диски при постройке береговых укреплений и дорожном строительстве. Некоторые «большие деньги» намеренно уничтожались, в наказание дерзких островитян, недостаточно рьяно выполнявших распоряжения оккупантов. Значительная часть фэи попала в музеи и… европейские банки в качестве забавных экспонатов.
Однако каменные деньги на Япе еще можно увидеть почти на каждом шагу. Огромные каменные диски стоят перед жилищами островитян как свидетельство благосостояния хозяев. Почти в каждой деревне есть свой «банк». За каменные диски еще и сейчас можно купить свинью или участок земли, однако новая валюта больше не изготовляется на Белау. Островитяне пользуются также, правда не без отвращения, бумажными долларами.
«Эрозия» древних обычаев Япа прогрессирует так быстро, как никогда раньше. Магазины завалены одеждой, продуктами, побрякушками, которые совсем не нужны островитянам, но благодаря своей новизне порождают желание обладать ими.
Натуральное хозяйство здесь давно исчезло, и жители уже не в состоянии прокормить себя. Отсюда — импорт продуктов питания. При отсутствий рабочих мест деньги, необходимые для этой цели, поступают в форме дотаций. Остальные средства получают благодаря занятости населения в чрезвычайно разросшемся административном аппарате. Так и течет жизнь на Япе — довольно сытно, но лениво. Никто рыболовством не занимается, ведь можно купить японские консервы, никто не выращивает кокосовые пальмы, потому что есть возможность получить не меньше денег, проводя положенное время «работы» за столом в учреждении. Так внезапно Яп в числе других островов Микронезии опутали щупальца гидры бюрократии, совершенно чуждой до недавнего времени островному обществу.
Фалу и митмит
Я основательно осмотрел Колонию, так как весь поселок легко обойти во время небольшой прогулки. Бросил взгляд на развалины старого испанского форта, на месте которого расположилась больница, немного постоял над развалинами немецкого центра связи, соединявшего некогда остров с Гуамом, Целебесом (Сулавеси) и Шанхаем, сровненного с землей артиллерийским огнем английского корабля «Минотавр» в августе 1914 г.
Война белых людей охватила и этот островной мир, как будто ему недостаточно обычных тайфунов, периодически уничтожавших имущество островитян. Так, например, одним из них в 1925 г. были снесены практически все жилища на Япе. В то время под покровительством международного права японцы перестраивали Яп и другие острова Микронезии на свой лад. Для жителей Япа это означало, между прочим, принудительные работы. И они рыли в своих зеленых холмах туннели для крупнокалиберных пушек, охраняющих порт, строили взлетные полосы для японской авиации и добывали из скудных залежей никель, предназначенный для военной машины Японии.
Это были скверные времена для островитян. Число жителей уменьшилось наполовину при самом низком показателе рождаемости и самом высоком уровне смертности во всей Микронезии.
В этой связи не без удивления отмечается второе нашествие подданных Страны цветущей вишни на острова уже в наши дни. На сей раз его осуществляют люди, нанятые на работы по расширению порта и углублению гавани. Трудолюбивые, прекрасно оснащенные техникой, японцы выполняют поставленные перед ними задачи. Что ж, им это обходится наверняка дешевле, чем американским фирмам, их предложения более выгодны, и вот они строят здесь почти то же, что теперешние заказчики-американцы разбомбили в 1944 г. Так живет микронезийский мирок.
