Из Кантона Либу направился навстречу своей судьбе на борту судна Ост-Индской компании под названием «Морсе». Это было приятное плавание, при хорошей погоде. Микронезийский юный вождь сумел за это время добиться новых успехов в изучении английского языка. Наконец 14 июля 1784 г. в Портсмуте Либу ступил на английскую землю. Огромное впечатление произвела на него поездка в дилижансе в пригородный (в то время) поселок Ротерхис, где находился дом капитана Уилсона на Парадайз-Роуд, 20.
Мальчик завоевал большую симпатию миссис Уилсон. Она завела для него строгий распорядок дня, учила хорошим манерам. Терпеливая женщина объясняла ему, что не следует отдирать обивку со стульев, рисовать ножом на столе красного дерева, а также показывала, как пользоваться ножом и вилкой. Либу называл добрую женщину матерью, и она была этому рада.
Прогулки по Лондону, разумеется, производили на Либу огромное впечатление и давали большие возможности для наблюдений капитану Уилсону, который внимательно следил за реакциями приемного сына на окружающую действительность. Так, сообразительный юноша сразу же заметил классовое расслоение среди лондонских жителей, охотно подавал милостыню из своих карманных денег, однако никогда — молодым нищим; он пытался поддерживать материально лишь стариков.
По праздникам Либу со своими опекунами отправлен гулять в парк Сент-Джеймс, где по субботам был «весь Лондон», а также посещал воскресную службу в соседнем храме святой Марии. Уилсон отмечал, чт0 микронезиец с большим вниманием слушал непонятные ему проповеди священника и «никогда не зевал». Либу был также свидетелем первого, следовательно, исторического полета воздушного шара в Лондоне, совершенного итальянским аэронавтом Лунарди. Это событие не произвело на него сильного впечатления.
— Зачем человеку летать, как птице? — спрашивал он с удивлением.
В доме Уилсонов Либу встретился с писателем Джорджем Китом, который позднее стал биографом микронезийца и автором будущего бестселлера об островах Палау. Либу снискал его симпатию благодаря «врожденному уму и манере держаться с достоинством».
У островов, окруженных кольцом рифов, особое очарование
В декабре 1784 г. в дом на Парадайз-Роуд пришла черная оспа. По недосмотру капитана Либу не была вовремя сделана прививка, и он пал жертвой болезни. В те времена лечение страшной болезни ограничивалось теплыми ваннами и обертыванием. Либу страдал молча. Однажды он встал и увидел свое отражение в большом зеркале. Оттуда на него смотрело изменившееся лицо. Все тело было покрыто струпьями. Тогда Либу спокойно сообщил, что скоро умрет, и попросил передать отцу: он сделал все, чтобы побороть болезнь. Либу очень сожалел, что он не сможет рассказать о своих приключениях родителю и передать те знания, которые получил в Лондоне. Вскоре после этого сын далеких островов скончался, как сказал лечивший его врач, «со стоическим спокойствием». Он оставил после себя в доме Уилсонов глубокую печаль и… коллекцию косточек от фруктов, которые ел в Лондоне. Он собирался отвезти их на Корор.
С той минуты в воображении Джорджа Кита начинает формироваться образ Либу — «благородного туземца». И 4 года спустя в Лондоне вышла в свет книга о нем. Сразу же она была переведена на другие европейские языки. Эта книга — классический пример приключенческой литературы о путешествиях XVIII в. В ней рассказывалось о крушении «Антилопы» и судьбе юного микронезийского вождя. Вот ее полное название: «An Account of the Pelew Islands Situated in the Western Part of the Pacific Ocean, Composed from the Journals of Captain Henry Wilson and Some of His Office Who, in August, 1783, where Thare Shipwrecked in the „Antelope“».
Эту книгу взяла с собой экспедиция из двух кораблей, «Пантер» и «Эндовер», направившаяся в 1791 г. к островам Корор, для того чтобы по желанию руководства Ост-Индской компании сообщить Ибедулу о судьбе и гибели его сына. Экспедицией командовал шотландец Джон Мак Клер. Он и передал отцу печальную весть о смерти Либу. Отец не был поражен. Как выяснилось из последующей беседы, он знал о кончине сына со слов деревенского колдуна и считал, что тот погиб еще раньше, по дороге в Лондон.
Несколькими днями позже наступил главный момент пребывания экспедиции Мак Клера на островах Палау: с соблюдением соответствующего церемониала от имени покойного сына капитан вручил Ибедулу богатые дары в виде различных орудий и других полезных предметов, которые вызвали восторг островитян. Но в истинный экстаз привели жителей Палау животные, доставленные на корабле. Привезенные дары для них были настоящим сокровищем. В этом смысле поездка Либу, который уже несколько лет покоился на лондонском кладбище, оказалась ненапрасной.
Спустя несколько десятков лет один из приезжих К белых случайно нашел на Палау в каком-то старом сундуке книгу Кита, вероятно ту самую, которую привез Ибедулу Мак Клер. Томик оказался сильно попорчен временем и белыми муравьями. Однако до сих пор память о славном Либу жива, ведь даже после своей смерти он сумел принести своему племени на островах Палау дары.
Памятные доски
Я бродил по Корору, разыскивая следы прежних дней, но так и не нашел их. Как и во многих других местах Микронезии, «военный тайфун» все смел, а теперешняя администрация воздвигла на этих местах такие «интересные» объекты, как новехонький суперсам, два филиала банков и бетонированная набережная. Коpop — небольшой остров, а сам поселок не оставляет буквально никакого впечатления; такой городок мог бы существовать в любом месте умеренного пояса.
Все еще пытаясь отыскать следы минувших времен, я отправился со случайным знакомым, водителем машины, в здешний морской порт Малакал. Современные механизмы, бетонные покрытия, контейнеры. Примерно сто лет назад здесь жил Кубари. Я вступил в беседу с береговым боцманом, и вдруг меня словно током ударило слово «Кочановски». Так и есть. Оказывается, польские океанические линии добрались и сюда. Примерно за полгода до моего приезда в Малакал здесь бросило якорь фрахтовое судно «Кочановски», которое доставило какие-то товары в рамках поставок на только что открытой линии Южной Океании.
— Это самый крупный корабль, который зашел сюда за всю историю острова, — с гордостью заявил разговорчивый боцман.
Несколько воспрянув духом, я вернулся в город. Пока в него можно попасть только на пароме, но уже заканчивается строительство моста, который заменит неудобную переправу. Поблизости находится любопытный бар, расположенный в известковом гроте. Я уверен, что хотя бы часть наших замечательных моряков посетила его и, так же как и я, отведала фирменный коктейль под названием «Пещерный сок».
