и освящает вашу природу чувствами и все возрастающим сознанием единства человеческой семьи. Чем шире будет это ваше общение с вашими братьями, чем теснее и полнее, тем дальше будете вы на пути к совершенствованию. Закон жизни может быть выполнен
весь лишь путем соединенной работы
всех. И каждому шагу вперед, каждому новому открытию отрывка этого Закона соответствует в истории расширение человеческой ассоциации, более тесное общение между народами. Когда первые христиане пришли со своею проповедью единства человеческой природы вопреки языческой философии, допускавшей две природы у господ и рабов, римский народ уже покорил почти все народы Европы.
Перед тем временем, как папство, вредное сейчас и полезное в первые века после своего основания, провозгласило, что духовная власть выше светской, завоеватели, называемые варварами, поставили насильственным образом в соприкосновение мир германский с миром латинским. Перед тем как идея свободы, усвоенная народами, выдвинула вперед понятие народности, которое сейчас волнует Европу и восторжествует в конце концов, войны революции и империи выдвинули на сцену и призвали к деятельности элемент, остававшийся до этого времени в стороне, – славянский элемент.
Наконец, вы способны к прогрессу.
Это слово «прогресс», незнакомое древности, сделается в недалеком будущем для человечества священным словом. Оно обнимает собою все преобразования социальные, политические и религиозные.
Древность, люди, принадлежавшие к старым религиям Востока, и язычники верили в Фатум, в случай, таинственную, непостижимую Власть, произвольно господствующую над людьми, создающую и разрушающую попеременно, причем человек не может ни понять, ни отдалить, ни ускорить того, что суждено ею. Они думали, что человек бессилен создать что-либо прочное и постоянное на земле. Они думали, что народы, осужденные вращаться в кругу, ограниченном индивидуумами, возникают, возвышаются до степени могущества, потом дряхлеют и роковым образом неумолимо должны погибнуть. С очень ограниченным кругом идей и фактов, имея понятие только об истории своего народа и нередко своего города, они смотрели на человечество как на агрегат людей, живущих особою жизнью и по особым законам, и исходили в своих мыслях только из индивидуума.
Следствием подобных учений была тенденция принимать факты как они есть, не пытаясь и не надеясь их изменить. Там, где обстоятельства учредили республиканский образ правления, люди того времени были республиканцами; там, где господствовал деспотизм, были рабы, равнодушные к прогрессу и покорные своей участи. Но потом, когда всюду, где были республики или тирании, человеческая семья разделилась на четыре касты, как на Востоке, и на две – свободных граждан и рабов, как в Греции, было принято деление на касты или вера в существование двух различных природ человека; и так думали лучшие умы древности – Платон и Аристотель. Эмансипация вашего класса делалась в глазах этих людей совершенно немыслимой.
Люди, основавшие на учении Христа религию, стоящую выше всех религий Востока и языческого мира, предугадывали, но не вполне святость идеи, содержащейся в этом слове: Прогресс. Они понимали единство человеческой расы, единство закона, обязанность совершенствоваться, лежащую на человеке, но не понимали ни власти, данной Богом человеку для достижения этого, ни пути, ведущего к этому. Поэтому и они ограничились выведением норм жизни из созерцания индивидуума: человечество, как нечто цельное, не существовало для них. Они верили в Провидение и заменили этим последним слепой Фатум древних, но они знали его как покровителя индивидуума, а не как закон человечества. Видя всю огромность цели совершенствования, которую они смутно предугадывали, и краткость человеческой жизни, они чувствовали потребность найти что-нибудь, что могло бы быть посредником между человеком и Богом, а так как у них не было идеи о человечестве как коллективном целом, то они принуждены были прибегнуть к божественному воплощению; объявили, что вера сама по себе является единственным источником спасения, силы, благодати для человека.
Не подозревая о непрерывном откровении, которое Бог посылает человеку через человечество, они верили в откровение непосредственное, единичное, являемое в определенное время и по особенной милости Божией. Они видели связь, соединяющую людей в Боге, но не видели связи, соединяющей людей здесь, на земле, в человечестве.
Пытались отделять человека от земли, от вещей, относящихся ко всему человечеству, и кончили тем, что противопоставили землю, которая считалась ими отданной во власть случая и которую называли страной испытания, небу, куда человек мог надеяться попасть благодаря благости и вере и которое было закрыто навеки от прочих. Так как откровение для них являлось непосредственным и единственным для данной эпохи, из этого следовало, что ничто не могло быть к нему прибавлено и что хранители этого откровения были непогрешимы. Они забывали, что основатель их религии пришел не за тем, чтобы уничтожить закон, но чтобы продолжить его, прибавив к нему нечто новое. Они забывали, что в торжественный момент и с высочайшим предвидением будущего Иисус сказал: «Еще многое имею сказать вам, но вы теперь не можете вместить; когда же придет Он, Дух Истины, то наставит вас на всякую истину; ибо не от себя говорить будет, но будет говорить, что услышит, и будущее возвестит вам»[56].
В этих словах заключается пророчество об идее прогресса и о постоянном откровении Истины через посредство человечества, оправдание формулы, которую пробудившийся Рим предложил Италии в словах «Бог и народ», написанных во всех его республиканских декретах.
Но люди Средних веков не могли ее понять. Еще не пришло время.
Все здание верований, наследовавших язычеству, покоится во всяком случае на только что указанных основаниях. Ясно, что даже на этих верованиях не может быть основана ваша эмансипация здесь, на земле.
Приблизительно тысяча триста лет спустя после этих слов Иисуса один итальянец, величайший из итальянцев, которых я знаю, написал следующее: «Бог – один. Вселенная есть мысль Бога; Все существующее от Бога. Все причастно, более или менее, божественной природе согласно цели, для которой было создано.
Человек выше всего существующего: Бог вложил в него больше свойств своей природы, чем в другие создания. Все, что создано Богом, стремится к совершенству, на которое оно способно. Способность совершенствования в человеке является безграничной. Человечество Едино. Бог не творит ничего бесполезного; и, если существует единое человечество, должна существовать одна цель для всех людей – труд, который должен быть выполнен ими всеми. Следовательно, род человеческий должен работать, объединившись, так, чтобы все духовные силы, разлитые в нем, достигли наивысшего возможного развития в области мысли или действия. Итак, есть только одна Религия, общая для всех людей». Этот человек прибавляет, что эта универсальная религия, это Единство мира должно иметь своего представителя, и указывает на Рим, Священный Город, Камни которого, как он выражается, достойны почитания.
