элементы человечества и создавая из них одно тело, сделала его единым, как Он един»[57].
Пусть эти слова человека, который жил и умер свято и любил народ и его будущее великой любовью, никогда не будут забыты вами, о мои братья! Свобода есть только средство, горе вам и вашему будущему, если вы привыкнете смотреть на нее как на конечную цель. Ваша личность имеет свои обязанности и права, которые не могут быть переданы другому; но горе вам и вашему будущему, если уважение, которое вы должны иметь к тому, что составляет вашу индивидуальную жизнь, выродится когда-нибудь в эгоизм! Ваша свобода не есть отрицание всякой власти; это отрицание всякой власти, которая не представляет собою коллективной цели нации и которая предполагает иной базис, чем ваше свободное добровольное согласие. Ложные учения последнего времени извратили святое понятие свободы: одни свели ее к жалкому аморальному индивидуализму, объявили, что я – это все и что труд человеческий и социальное устройство должны стремиться только к удовлетворению желаний этого я; другие провозгласили, что всякое правительство, всякая власть есть неизбежное зло, но которое надо ограничивать и от которого надо по возможности стараться избавиться, что свобода не имеет границ, что цель всякого общества единственно та, чтобы расширять ее до бесконечности, что человек имеет право пользоваться и злоупотреблять свободой, лишь бы только это не причиняло прямо зла другому, что правительство не имеет другого назначения, как только препятствовать тому, чтобы один индивидуум не вредил другому; отбросьте, братья мои, все эти лживые теории: это они до сих пор останавливают Италию на пути к ее будущему величию. Первые породили классовый эгоизм, вторые создали из общества, которое должно представлять вашу цель и вашу коллективную жизнь, нечто вроде полицейского солдата, на котором лежит обязанность поддерживать наружное спокойствие; все они превращают свободу в анархию, уничтожают идею общего морального совершенствования, уничтожают воспитательную миссию, миссию Прогресса, которую должно взять на себя общество. Если вы таким образом понимаете свободу, то заслуживаете потерять ее и рано или поздно потеряете.
Ваша свобода будет священна, потому что будет развиваться под идеей Долга, Веры в общее совершенствование. Ваша свобода будет процветать под защитой Бога и людей, потому что она не будет правом употреблять и злоупотреблять своими способностями в направлении, которое вам угодно будет избрать, но потому что она будет правом выбирать свободно, по своим наклонностям средства для того, чтобы делать добро.
IX
Воспитание
Бог создал вас способными к воспитанию. Следовательно, у вас есть обязанность воспитывать себя, образовывать, насколько это в ваших силах, и право, чтобы общество, к которому вы принадлежите, не препятствовало вам в деле образования, но помогало и заменяло его, когда у вас не хватает средств на образование.
Ваша свобода, ваши права, ваша эмансипация от несправедливых социальных условий, миссия, которую каждый из вас должен выполнить на земле, зависят от степени полученного вами образования. Без воспитания вы не можете правильно различать добро и зло; не можете приобрести сознания своих прав; не можете добиться участия в политической жизни, без чего вам не удастся эмансипироваться; не можете определить своего назначения. Воспитание дает пищу вашей душе. Без него ваши способности спят неподвижные и бесплодные, как жизненная сила спит в семечке, если оно брошено в невспаханную землю и лишено поливки и заботливого ухода земледельца.
В настоящее время вы или не получаете воспитания, или получаете его при таких условиях, где, за отсутствием руководящего принципа, оно калечится или искажается. Наименее плохие из ваших воспитателей думают, что они исполнили свой долг, открыв известное число школ, где ваши сыновья могут получить элементарное образование. Это образование состоит главным образом в обучении чтению, письму и счету.
Но это будет образование, которое так же отличается от воспитания, как наши органы отличаются от нашей жизни. Наши органы не есть жизнь; они являются только простыми ее орудиями и средствами для ее проявления; они не господствуют над нею, не правят, они могут осуществить как самую святую, так и самую испорченную жизнь. Так, образование доставляет средства для того, чтобы осуществить на практике то, чему научает воспитание, но оно не может заменить воспитания.
Воспитание обращается к моральным способностям, образование – к интеллектуальным. Первое развивает в человеке сознание своих обязанностей, второе делает человека способным применять их на практике. Без образования воспитание будет очень часто недействительным; без воспитания образование походит на рычаг, лишенный точки опоры. Вы умеете читать, но какое это имеет значение, если вы не знаете, какие книги заблуждаются и какие говорят истину? Вы умеете письменно сообщать ваши мысли собратьям, но какое это имеет значение, если ваши мысли проникнуты эгоизмом? Образование, подобно богатству, может быть источником добра или зла, сообразно с тем, как им пользуются. Если оно посвящается прогрессу всех, то является орудием цивилизации и свободы; если обращается в свою пользу, то становится орудием тирании и развращения. В настоящее время в Европе образование, распространяющееся без соответственной доли морального воспитания, является жесточайшим злом, поддерживающим неравенство между классами одного и того же народа, и склоняет души к расчету, эгоизму, сделкам с совестью и к ложным учениям.
Разница между людьми, которые предлагают вам более или менее образование, и людьми, проповедующими вам о воспитании, важнее, чем вы думаете, и заслуживает, чтобы я сказал по этому поводу несколько слов.
Два учения, две школы разделяют лагерь тех, кто борется за свободу против деспотизма. Первая объявляет, что главенство принадлежит индивидууму, вторая – что верховная власть пребывает единственно в обществе, и принимает за норму согласие, выраженное большинством. Первая полагает, что выполнила свое назначение, провозгласив права, присущие человеческой природе, и защищая свободу, вторая обращается почти исключительно к ассоциации и заключает отсюда об обязанностях каждого индивидуума. Первая не идет далее того, что я назвал образованием, потому что образование стремится в действительности содействовать развитию индивидуальных способностей без всякой общей нормы, вторая понимает только необходимость воспитания, которое является для нее выражением социальной программы. Первая приводит неизбежно к моральной анархии, вторая, забывая о правах и свободе, подвергается риску впасть в деспотизм большинства. К первой принадлежало все то поколение людей, названных во Франции доктринерами, которое изменило надеждам своего народа после революции 1830 года и, крича об одной свободе образования, закрепило правительственную монополию за буржуазными классами, обладавшими большими средствами для развития своих индивидуальных способностей, вторая, к сожалению, представлена сейчас только сектами и властями, держащимися старинных убеждений, враждебных догмату будущего, прогрессу.
Обе
