Тихиан остановился и посмотрел назад, с выражением фальшивого негодования на лице. – Я действительно так предсказуем?
– Молчи и ползи дальше, – крикнула ему Кестер. – Этот проклятый обл’мок скоро будет под илом.
Тихиан наконец дополз до Ночной Гадюки, где Кестер схватила его и бесцеремонно перевалила через перила. Как только король оказался в безопасности на палубе, аристократ не теряя времени вполз на сходни. Он не успел проползти и двух ярдов, как глубокий чавкающий звук раздался со стороны бака.
На палубе Ночной Гадюки Тихиан закрыл глаза, собирая силы.
У Агиса было достаточно времени, чтобы обругать короля, прежде чем трап затрясся как сумашедший.Ужасающая какафония скрипов и стонов донеслась от остатков погибшего корабля, потом его бушприт поднялся вертикально в небо, а конец окончательно погрузился в ил, подняв небо фонтан грязи. Сходни внезапно рухнули вниз, и Агис почувствовал, что он летит следом за ними в серое море. Он попытался закричать, но не смог сделать больше одного судорожного крика, как едкий вкус ила наполнил ему рот.
Агис внезапно остановился меньше чем в ярде над серым морем, его ноги болтались в иле, а нос горел от горячего лесса. Он почти чувствовал, как кто-то схватил его у самой поверхности, хотя и не знал, кто это может быть. Нимус и Кестер начали выкрикивать его имя, потом аристократ почувствовал, как его медленно поднимают через серое облако. Единственное объяснение, которое он мог придумать, – слепой волшебник схватил его, используя заклинание.
Пока Агис поднимался сквозь бурлящее облако пыли, он готовил ментальную атаку, решив помешать Тихиану наброситься на него еще раз. Когда он был готов, корпус Ночной Гадюки был уже виден сквозь туман. Он даже сумел различить очертания капитана-тарик и других, толпившихся на краю палубы. Тихиан смотрел на него взглядом, в котором читалась предельная концентрация, тогда как Кестер вцепилась в планшир и во все глаза выискивала его через тучу ила. Нимус стоял рядом с бедром тарик, его ушная щель была нацелена на Агиса.
– Остановите его! – с трудом выдохнул аристократ, указывая на Тихиана. Ему едва удалось вытолкнуть слова изо рта через ил, забивший все его горло.
Так как ни тарик ни волшебник даже не шелохнулись, чтобы как-то помешать королю, Агис выхватил свой меч. Как только его подняло достаточно близко к кораблю, он схватился за планшир и перевалился на палубу. Кестер перехватила его на поручнях, загородила дорогу и схватила руку, вооруженную мечом.
– Это Тихиан спас тебя, так что ты не убъешь его на моем к’рабле, – сказала тарик. – Это навлечет на нас злой ветер.
Недовольно ворча Агис освободил свою руку и обошел тарик только для того, чтобы увидеть Тихиана, упавшего на колени. Он едва дышал, а пара рабов поддерживала его, не дававая упась на палубу. Его лицо выглядело даже более измученным чем тогда, когда Агис нашел его.
Аристократ вложил меч в ножны и подошел к королю. – Что ты задумал? – потребовал он ответа. – Почему ты спас меня?
– Ты мог оставить меня умирать на обломке, – прошептал Тихиан, глядя на Агиса. – Теперь мы в рассчете.
Аристократ покачал головой. – Ты не тот человек, чтобы платить долги.
Тихиан принял безжалостную оценку с безразличным лицом. – Бывают исключения, знаешь ли.
– Не похоже, – отрезал Агис. – Ты не спас бы меня, если бы это не служило твоим целям. Собираешься ли ты сказать мне, что ты хочешь?
– Конечно, – ответил король.
– Как пожелаешь, – сказал аристократ. Он взял кусок веревки из волоса гиганта, висевший на столбе поручней, подошел к Тихиану и начал связывать ему руки. – Именем Собрания Советников, я обвиняю тебя в тягчайшем преступлении – взятии рабов. Ты будешь сопровждать меня в Тир, где ответишь за свои прегрешения перед Судом Свободных Граждан.
Тихиан встряхнул руками, освободив их, и встал на ноги. Что это такое? – спросил он. Потом он взглянул на Кестер и Нимуса, чтобы убедиться, что оно слушают, затем спросил опять, – Разве твоя ревность так выросла, что ты можешь утолить ее только сфабриковав лживые обвинения против меня?
– Побереги свое дыхание. Ты не найдешь здесь идиотов.
– События в Кледе были простой случайностью. Мои рейдеры вовсе не должны были атаковать деревню.
– Тогда почему они это сделали? – спросил Агис.
Тихиан долго смотрел на аристократа, потом спросил, – Это означает, что ты вообще не имеешь понятия о том, что происходит?
– Скажи мне.
– Борс, – ответил король. Они собирали пленников, чтобы доставить налог Дракону. Почему, как ты думаешь, его не видно с тех пор, как Садира вернулась из Башни Пристан?
Живот Агиса стянулся холодным узлом. От гнева или жалости, или даже от чувства вины – он не знал почему. – Спасибо, что был так откровенен со мной, – сказал он. – Я уверен, что Собрание захочет узнать, что ты выкупаешь мир для Тира невинными жизнями.
Тихиан расхохотался. – Я боюсь, твое остроумие покинуло тебя, мой друг! – торжествующе рассмеялся он, недоверчиво потрясая головой. – Ты действительно думаешь, что Совет Свободных Граждан осудит меня за спасение их от ярости Дракона?
– Да, – ответил Агис. – Ты нарушил самый священный закон Тира.
Тихиан взял руку Агиса, как если бы они были друзьями. – Тогда ты дурак, опять засмеялся он. – Если бы ты дал человеку выбор между безопасностью его семьи и несчастьем кого-то другого, иностранцы умирали бы каждую секунду. Твой суд провозгласит меня героем, а не преступником.
– Это дело закона, – твердо сказал Агис. – Это основа Свободного Города, и лично я уверен, что наш суд поймет тяжесть твоих преступлений.
– И у тебя есть другой план, как спасти наших граждан от гнева Борса? – поинтересовался Тихиан. – Возможно ты нашел Черную Линзу? И готов убить Дракона?
Агис закусил губу, рассерженный больше, чем он согласился бы это признать, насмешливым тоном короля. Вместе со своими друзьями Рикусом и Садирой он провел большую часть этих пяти лет в поисках линзы. И до сих пор у них не было ни малейшей зацепки.
– Как бы мы не защищали Тир, это не включает взятие рабов, – ответил Агис.
Тихиан насмешливо улыбнулся.– Тогда я буду рад предстать вместе с тобой перед Судом Боязливых Граждан, – издевательски произнес он. – Когда они поймут альтернативу, я думаю они найдут, что твой закон несколько… ограничителен.
– А я думаю, они поймут, что король, который делает такие вещи, предает свой собственный народ, – сказал Агис, снова порываясь связать королю руки. – Твои подданные вовсе не так глупы, как ты думаешь.
– И вовсе не так храбры, как ты в это веришь, – ответил король, отодвигаясь, чтобы не дать себя связать. – Но прежде, чем мы начнем путешествие домой, возможно тебе захочется узнать, почему я оказался здесь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
