выходом.
Я очень ярко представила себе эту ситуацию и невольно улыбнулась.
– Да, я бы предпочла американские горки, – согласилась я.
Он расслабленно откинулся назад и закинул руки за голову.
– По крайней мере, на пару минут мы избавились от этих липучек. Ради этого я готов выносить эту безвкусицу и странную музыку.
– Что ж, а им, похоже, нравится твоё общество.
Он скривился от отвращения:
– Скай очень хотел, чтобы они присоединились к нам. К тому же предложение Мелоди может оказаться решающим для его карьеры. Кроме того, похоже, она ему понравилась. Хотя я не сказал бы, что у него очень хороший вкус.
– Я была уверена, что он влюблён в Тандер. Зачем же он тогда увивается за этими козами? Да ещё в её присутствии?
Найт пожал плечами:
– Ему нравится Тандер, но, думаю, он не верит, что у него есть шанс. И поэтому использует любую подвернувшуюся возможность.
В этот момент лодка сделала поворот. Прямо над нами пролетел толстенький купидон, высыпая ведёрко золотых блёсток и напевая:
– Любите друг друга ве-е-е-е-ечно!
Я выпала бы из лодки от неожиданности, если бы Найт вовремя не схватил меня за руку.
– Становится всё лучше, – проворчал он, вытряхивая колючие блёстки из волос и с шеи.
Ещё один толчок, и лодка резко повернулась вправо. Теперь уже Найту пришлось держаться крепче, чтобы не выпасть. Меня прижало к нему, и тут над нами появился ещё один купидончик и пустил в нас стрелу.
– Приворот на несколько прекрасных часов, – пропел он, и стрела полетела в нас.
Найт тут же схватил меня за руку и сдёрнул с сиденья, в результате мы оба оказались на полу лодки. От ужаса у меня перехватило дыхание, и теперь я пыталась отдышаться. Я очень удивилась, обнаружив две стрелы в спинках сидений.
– Что это? – в ужасе спросила я. – Они хотят убить нас?
В этот момент стрелы растворились и пропали, будто никогда и не существовали.
Мы медленно сели на свои места.
– Нет, стрелы снабжены любовным заклинанием. Наверное, оно не особенно эффективно, но пару минут точно действовало бы.
Значит, если бы стрелы попали в нас?.. Я почувствовала, как снова краснею от одной этой мысли, потому что уже отчётливо слышала с других лодок, насколько эффективна эта магия. Судёнышки подозрительно покачивались, я снова и снова слышала признания в любви, прерываемые чмокающими звуками.
– Похоже, там происходит много всего интересного, – сказал Найт, не в силах сдержать озорную усмешку. – Сомневаюсь, что это продолжится после того, как магия рассеется.
– Надеюсь, это был последний сюрприз, – сказала я, вытаскивая ещё одну блёстку из волос.
– Вообще-то, это довольно забавно. Мы окружены абсолютной безвкусицей, самой отвратительной душераздирающей музыкой, которую только можно вообразить, и охотящимися на тебя ангелочками – чего ещё можно желать?
Я невольно рассмеялась:
– Да, если смотреть на это так, то эта поездка похожа на настоящее приключение.
– Это всегда зависит от общества, – сказал он.
Мой смех стих. Я ошеломлённо посмотрела на него. Что он имеет в виду? Но это уже не имело значения. Мой пульс участился, когда я взглянула в его ангельское лицо. Утонула в его глазах, и у меня снова появилось ощущение, что он глядит мне в самую душу. Я чувствовала такую связь с ним, такую близость. К тому же ощущала его тепло, могла вдохнуть его аромат. Мне было всё труднее защищаться, а не просто сдаться. Хотелось бы прислониться к нему, оказаться в его объятиях.
Как раз тогда, когда моё сопротивление угрожало сломаться, произошёл ещё один толчок и мы пристали к берегу. Волшебный момент миновал.
Найт выбрался наружу, а потом помог и мне подняться из качающейся лодки. Мы вместе вышли из комнаты, но вместо того, чтобы оказаться перед выходом, очутились в большом зале, украшенном не менее вульгарно. Вокруг нас располагалось несколько дверей.
– Похоже, это ещё не конец, – постановил Найт.
Над дверями я заметила маленькие фонарики, горящие либо зелёным, либо красным, показывающие таким образом, заняты они или свободны.
– Полагаю, нам придётся принять участие и в этом. Итак, какая дверь? – спросил он.
Поколебавшись, я показала на третью справа:
– Давай попробуем вон ту.
– Ну что ж, посмотрим, что нас ждёт.
Мы вместе добрались до двери, открыли её и вошли. Оказались в затемнённом помещении, и я ожидала худшего. Но то, что произошло, когда зажёгся свет, меня по-настоящему ужаснуло.
Мы очутились в маленькой комнате без окон, где и пол, и стены покрывала толстая мягкая ткань, помещение казалось одним сплошным матрасом. Будто этого было недостаточно, у одной из стен стояла большая кровать. Я лишилась дара речи. Мне захотелось развернуться и сбежать.
– Добро пожаловать в комнату уединения, – прозвучал механический голос. – Здесь вы можете проявить чувства друг к другу. Чтобы вас не беспокоили, комната будет заперта с обеих сторон и снова откроется только через двадцать минут. Если вы хотите провести друг с другом немного больше времени, вставьте, пожалуйста, пять септимов в автоматы рядом с кроватью на дополнительные десять минут. Желаем вам приятного досуга.
Словно сами по себе, мои глаза метнулись к кровати, где рядом с маленьким автоматом находилось большое цифровое табло, на котором как раз загорелась цифра «двадцать» и начался обратный отсчёт.
Меня тошнило от напряжения. Предназначение комнаты казалось настолько очевидным, что я даже не могла взглянуть на Найта от смущения. Значит, мы должны провести вместе ближайшие двадцать минут. Вообще-то, в этом не было ничего плохого, скорее наоборот… и всё-таки я чувствовала себя ужасно.
Найт, напротив, совершенно расслабленно сел на мягкий пол и улыбнулся мне. Моё сердце бешено забилось, когда он протянул мне руку:
– Ну же.
Окаменев, я смотрела на него, но потом медленно подошла к нему.
– Выглядишь так, будто тебя ведут на бойню. Не бойся, я тебя не съем. Давай же, садись.
Его голос оказался мягким и успокаивающим. Благодаря его радостной улыбке, в которой я так нуждалась, напряжение постепенно стало спадать.
– Видела бы ты своё лицо, – пошутил он, когда я села рядом с ним, и легонько дотронулся до моего носа. – Когда голос начал свои объяснения, я думал, ты упадёшь замертво.
Я ухмыльнулась:
– Но кто ожидал бы чего-то подобного?
– Теперь я, по крайней мере, знаю, почему Мелоди и Саммер так стремились сюда.
– Я всё ещё нахожу это немного забавным, – с усмешкой призналась я.
– Да, ещё страннее быть не могло. Жаль только, что нам придётся сидеть здесь двадцать минут.
Я вопросительно подняла бровь. Он снова рассмеялся:
– Я просто проголодался, вот и всё.
– Думаю, тут я могу
