Бриллиантовое колечко миз Найт сверкает. Она показывает им таблицы, которые демонстрируют связь между плохим воспитанием и детской преступностью, между плохим воспитанием и беременностью до совершеннолетия, между плохим воспитанием и терроризмом, не говоря уже о выпускных отметках в школе и университете и ожидаемых заработках.
— Исправьте семью, — говорит она, — и исправится общество.
Центры обучения родителей создаются по всей стране, сообщает миз Найт, но два этих — первые, введенные в строй. Этот для матерей. А для отцов — на другом берегу реки. Губернатор Уаррен первым завоевал это право. На следующий год программа предусматривает периоды, когда родители будут проходить совместную подготовку. Детали совместных занятий еще прорабатываются.
— Вам повезло, — говорит миз Найт.
Всего несколько месяцев назад их отправили бы в классы для родителей. Они бы учились по устаревшим учебникам. Но какая польза учиться родительству абстрактно? Плохих родителей нужно переделать, вывернуть их наизнанку. Правильные инстинкты, правильные чувства, способность в одно мгновение принимать безопасные, заботливые, полные любви решения.
— А теперь повторяйте за мной: «Я плохая мать, но я учусь быть хорошей».
Фрида опускается пониже на своем стуле. Эйприл изображает выстрел себе в голову.
Миз Найт прикладывает ладонь к уху.
— Я вас не слышу, дамы. Дайте мне услышать, как вы произносите эти слова. Важно, чтобы мы все работали одной командой. — Она говорит медленно, подчеркивая каждое слово. — Я плохая мать, но я учусь быть хорошей.
Фрида смотрит на других — подыгрывают ли они. Весь этот год, может быть, зависит от подыгрывания. Рени сказала, что лучший выбор в данной ситуации не макропозиция, а микропозиция. Живи одним днем, живи одной неделей. Все ближе и ближе к Гарриет.
Кто-то за ними говорит, что это, вероятно, шутка. Называет миз Найт «Диктатор Барби».
Миз Найт просит их говорить громче. Фрида внутренне морщится, но в конечном счете начинает беззвучно открывать рот.
Удовлетворившись наконец, миз Найт разъясняет правила поведения.
— Вы должны бережно пользоваться собственностью штата, — говорит миз Найт. — За поврежденное оборудование вам придется платить. Ваши комнаты должны содержаться в чистоте. Вы должны относиться к вашим соседям по комнате и одноклассникам с безусловным уважением и предусмотрительностью. С эмпатией. Эмпатия — один из краеугольных камней нашей программы.
Она продолжает:
— Владение алкоголем или наркотиками и их употребление, а также курение приведет к вашему автоматическому исключению, а значит, к лишению родительских прав. Вы будете проходить еженедельное собеседование с психологом, который будет фиксировать ваш прогресс и помогать вам разбираться в ваших чувствах. Мы здесь все работаем ради вас, дамы. Группы поддержки зависимых от алкоголя и наркотиков будут встречаться каждый вечер после обеда. У вас будет и возможность ухаживать за собой. Мы знаем, вы все испытываете потребность чувствовать себя здесь самими собой.
Конечно, говорит миз Найт, никакие драки, воровство или эмоциональные манипуляции недопустимы.
— Я как женщина знаю, что мы склонны к соперничеству. Существуют тысячи всевозможных психологических приемов, к которым мы умеем прибегать. Но вам следует желать успехов вашим коллегам-матерям.
Они должны рассматривать эту школу как сестринскую общину, помогать друг другу.
— Я не хочу слышать ни о каком насилии или распускании слухов. Если вы увидите, что какая-то из сестер вознамерилась причинить себе вред, вы должны немедленно сообщить об этом. У нас есть профессионалы по душевному здоровью, которые доступны для вас круглосуточно и ежедневно. У нас есть горячая линия. На каждом этаже «Кемп-хауса» есть телефон. Вы можете почувствовать уныние. Но вы не должны оставаться в этом безнадежном состоянии. Помните: в конце туннеля есть свет, и этот свет — ваш ребенок.
Они будут проходить обучение в группах с матерями, у которых дети такого же пола и возраста. Неправильно обучать матерей тинейджеров и грудничков в одной группе. Размер групп на данном этапе будет небольшой. Каждая мать будет приписана к группе по возрасту ее младшего ребенка. Матери мальчиков и матери девочек будут обучаться в разных зданиях.
— У мальчиков и девочек абсолютно разные потребности, — говорит миз Найт.
Те и другие матери должны будут являться на дополнительные занятия по вечерам три раза в неделю и по выходным через раз. Матери, у которых несколько детей, а также матери с наркозависимостью будут очень загружены.
Работа им предстоит нелегкая, но матери должны противиться всякой мысли о прекращении занятий и бегстве. Штат вкладывает в них деньги. Ограда, замечает миз Найт, под напряжением.
* * *
Размер кампуса требует, чтобы матерей провожали от здания к зданию. Как стадо, думает Фрида. На пути к столовой она подслушивает чей-то разговор о Новой Зеландии. Видимо, на мысль об этой стране их навело огромное открытое пространство. Не там ли все богачи скупают землю на случай конца света?
— Моей детке здесь бы понравилось, — задумчиво говорит женщина.
Столовая может вместить тысячу человек. При таком размере матери могут рассеяться по помещению. Кто-то садится за стол в одиночестве. Другие — группами по четыре-пять человек. Женщины в розовых халатах идут по проходам, смотрят, делают записи в своих девайсах.
Тут высокий потолок, витражные окна, на стенах пятна в тех местах, где, вероятно, прежде висели портреты президентов колледжа. Столешницы исцарапаны — на них имена, цифры, крестики. Поверхность липкая. Фрида старается не упираться в стол локтями. Ее одолевают посторонние мысли. Она чувствует себя глупой из-за того, что зацикливается на грязи, общей душевой или отсутствии своего крема для лица.
Матери разговаривают вполголоса. Разговор то набирает силу, то смолкает, словно они пытаются говорить на иностранном языке. Возникают долгие паузы, неуверенность, отступления. Они замолкают, устремляют взгляды куда-то вдаль. Их глаза увлажняются, тоска этих женщин настолько велика, что его мощи хватит для освещения небольшого города.
Матери за столом Фриды по очереди представляются. Кто-то из них из Северной Филли, кто-то из Западной, кто-то из Брюеритауна, кто-то из Нозерн Либертиз, кто-то из Грейс-Ферри. Элис родилась на Тринидаде. Ее пятилетняя дочка Кларисса пошла в садик без всех требуемых прививок. У другой женщины положительный тест на марихуану. Еще одна оставила двухлетнего сына одного играть на заднем дворе. У матери с фиолетовыми прядями отобрали троих детей, потому что ее квартира была недостаточно безопасна для них. Ее лишили права опеки над годовалыми близнецами и пятилетней дочкой. У женщины по имени Мелисса шестилетний сын Рамон, он вышел из квартиры, пока она спала, и гулял пятнадцать минут, его нашли на автобусной остановке. Они все так молодо выглядят. У матери по имени Кэролин, судя по виду ровесницы Фриды, забрали трехлетнюю дочь после того, как она выложила в «Фейсбук» видео ее истерики.
— Я
