сложно оценить наверняка из-за гулко стучащего сердца и невозможности рассмотреть чужую реакцию. Видимо, все же, она где-то ошиблась с интонациями, раз влезает Полли:
— Пять минут на опознание — и вы никогда больше нас не увидите.
— Мой друг из Волчьей Стаи говорит правду.
Флай поднимает руку, как апостол с иконы, и не сдерживает кривой ухмылки. «Сила рекламы, дорогой друг-наемник, ты еще оценишь ее».
— Пожалуйста, — повторяет Флай снова, складывая пластиковые руки в молитвенном жесте, и ее крылья трепещут, со скрежетом задевая стены.
Девушка за стойкой медленно поднимает руки так, чтобы их было видно, и очень спокойным и благожелательным голосом говорит, что они могут пройти.
— Большое спасибо, — не менее дружелюбно отвечает Флай, первой отворачиваясь к коридору и лестнице вниз, в морг.
Они уходят царственно — Флай впереди, Полли вслед за ней, но наедине красивая картинка меркнет, стоит только последнему раскрыть рот.
— Ненавижу тебя, — с облегчением выдыхает он. — Предполагалось, что ты мертва.
Он старался ради этого, черт побери! Сочинял на ходу этот план с ее падением в бухту, таскал ее до врача, платил врачу, сделал все, чтобы Флай так и оставалась мертвой для корпоратов! Да, никто не бросится доносить на нее прямо сейчас, но все-таки — ни один секрет не выживет там, где есть толпа людей!
— Рано или поздно они все равно бы заметили меня, — отвечает Флай на его тихие злые упреки. — И — ты сам сказал! — нужны какие-то принципы. Вот мои: я их не тронула, а скромно попросила меня пропустить. Не вяжется с тем образом кровожадной психопатки, какой меня рисует ТВ. И они... — Флай бросает взгляд за плечо. — Они уж точно запомнили меня. И тебя тоже.
Полли молчит, пока они идут по длинному кафельном коридору, приближаются к источнику холода и трупной вони. С кем другим Флай бы порадовалась, что заткнула ублюдка. Но этот, как она уже успела заметить, не склонен спорить и оставлять последнее слово за собой. Жаль. Придурков проще обманывать.
Спустя полминуты он доказывает, что умнее прочих.
— Так ты, — со странной смесью раздражения и умиления говорит он, — совсем не собиралась прятаться.
Пожалуй, она сама поняла это только сейчас.
— Да, — вздыхает Флай, — не собиралась. Мне надоело это почти сразу.
Проблема только в том, что она все еще не знает, ради чего ей оставаться на виду. Доказать, что она невиновна, и вернуть старую жизнь?.. Эта мысль отдает вонью хлеще, чем здесь, в морге. Эта мысль заставляет желчь подкатывать к горлу. И впрямь задавить «Новатех», как она намекала восторженным раннерам? Она не настолько мечтательна и не настолько тупа.
Морг встречает ровными рядами контейнеров из непрозрачного полимера, от пола до середины стены — только выдвижные ячейки.
Здесь трое сотрудников — три пятна, чье присутствие кажется почти мистическим. Хорошо освещена только зона с ячейками, так что светло-серый цвет формы делает местных работников и впрямь тенями для неполноценного взгляда Флай. Четвертый — очевидно, посетитель, — скрывается в дальней двери, толкая перед собой каталку, направляясь по стандартному маршруту «морг — крематорий».
Похоронные процедуры упрощены до предела, даже ритуальные агентства не капают на мозги жителям городского дна, прекрасно зная, что ни у кого здесь не будет денег на их услуги. Мрачное царство бедняков и бюджетных работников.
«Наверное, — думает Флай, — сначала надо просто понять, что во мне осталось от меня». И для этого...
— Номер 152, — быстрее, чем кто-либо из сотрудников успевает удивиться, говорит Полли. — Нас пропустили вперед.
Дальнейшее смазывается в кашу — Полли трещит без умолку, располагая к себе людей быстрее, чем любой рекламный агент. Ключ в искренности, это Флай помнит из собственного опыта. Сделай вид, что тебе не наплевать на них. Сделай вид, что ты сопереживаешь. Сделай вид, что даже если твоя единственная помощь это милая улыбка — то это будет самая сладкая и добрая улыбка на свете.
Сделай вид, что ты их любишь, — самый болезненный удар для тех, кого не любит никто. Нокаут.
Флай выучила это искусство, зазубрила искренность в сменах тембра и мимических паттернах, отрепетировала перед зеркалом и в виртуальном тренажере. Но у Полли это выходило само собой, что... неудивительно, на самом деле. Они из одной среды, тогда как она здесь новичок.
И именно поэтому Флай читает сейчас по их позам, обмякшим плечам, расслабленным жестам, настолько хорошо, насколько позволяют ей очки дополненной реальности, — они успокоились. Они и не переживали сильно.
— Простите за это вторжение, — кротко говорит Флай, пока Полли, с помощью одного из работников, перекладывает на каталку тело своего мертвого товарища.
Сначала к ней подходит один из них, затем второй. Третий, закончив с телом, тоже приближается. Они выстраиваются в линию в метре от нее, и Флай невольно завораживает их спокойствие.
— Фея, — говорит один.
— Убийца с телеэкрана, — второй.
— Так ты все же не умерла? — третий.
— Интересно...
— Разве ты не должна сносить все на своем пути?
— Разве ты не психопатка, за которой охотится «Новатех»?
По размытым движениям и запаху Флай понимает, что первый из них затянулся сигаретой. Как будто без дыма их призраки были недостаточно неземными. Кто они, черт возьми? Кто подобрал их так, что один ниже другого примерно на голову? Как заставил их двигаться так плавно? Кто научил их говорить, подхватывая речь друг друга? Как никогда хочется снять очки. За ними обычные люди, умом Флай понимает это, но на виду лишь серые пятна, а на слуху лишь искаженные голоса, и это делает их взаимодействие сюрреалистичным.
— Наверное, мы должны быть напуганы?
— В ужасе.
— В панике.
— Полли сказал вам, что мы здесь только за телом, — замечает Флай.
— И с благой целью, — вклинивается Полли.
Вторая тень приподнимается на цыпочках, чтобы рассмотреть, как Полли неуклюже и на околосветовой скорости заполняет какую-то бумагу.
— Тогда заполняй бланк побыстрее.
— Иначе нам влетит.
— Заполняй-заполняй.
— И дай нам посмотреть.
— На такую красоту.
— На падшего ангела.
— Как долго, думаешь, она протянет?
— День?
— Два?
Последний из них сбивается на мерзкое хихиканье, и Флай чувствует, что больше не в силах этого выносить. Она знает один отличный способ прекратить этот кошмарный сон, и для этого даже не
