class="p1">Охранник улыбается уже кислее, запоздало осознав, что лежание на асфальте, на самом деле, не вписывается в его новый героический образ.
Потихоньку их окружают люди. Кто-то помогает охраннику подняться и вернуться в морг. Девушка с ресепшена неуверенно приближается к Флай, которая старается держаться от толпы подальше.
— Спасибо, — вспоминает Флай, и с неохотой, но отдает монструозное ружье девушке.
— Вам спасибо, — слабо улыбается та. — Мы тут правда не любим корпов...
Она поворачивается к Полли и уже гораздо требовательнее добавляет:
— И это же вы и только вы их всех убили. Нам тут не нужно проблем.
— Никаких проблем, — успокаивает ее Полли. — Мы преступники, а вы просто посмотреть вышли. И ружье у вас силой отобрали, и гранаты тоже.
— Но мы-то будем знать правду, — доверительно шепчет Флай. — Спасибо большое.
Ну надо же, звезда и вправду снизошла до обывателей!.. И, к слову, заметно повеселела по сравнению со своим состоянием в машине. Нет, все-таки ничто не бодрит так, пара гранат в безнадежной, казалось бы, перестрелке.
Полли открывает рот, чтобы отметить это знаменательное событие своей чрезвычайно остроумной репликой и...
И шутка вылетает у него из головы.
Во Флай стреляют.
Полли видит это очень хорошо — вот рука одного из казалось-бы-трупов поднимается, и зажат в ней пистолет. Вот пуля летит в сторону Флай, и та выбрасывает руку вправо, отталкивая девушку.
Вот пуля попадает Флай в живот.
В следующую секунду спасенная девушка сносит корпорату половину черепа, воссоединившись со своим ружьем.
Но Флай...
Полли видит, что она не падает, и его накрывает знакомое уже ощущение нереальности. В глазах двоится: Флай переступает ногами, разворачивается, с удивлением глядя на рану в собственном теле; Берг с хрустом возвращает на место сломанную секунду назад шею.
Флай продолжает стоять на месте, хоть ее кожа и белеет до синевы. Флай поднимает взгляд, и пусть глаз не видно за очками, Полли понимает, что фея смотрит точно ему в глаза.
— Ты... Как ты...
Девушка с ресепшена несколько долгих секунд не может заставить себя приблизиться к своей спасительнице, только безуспешно пытается спросить, что здесь только что произошло. Остальные тоже замирают то ли в страхе, то ли в благоговении.
Флай не солдат, и экзоскелет помогает двигаться и драться, но защиты в нем — ноль. Да и в дыре в ее животе, в большой и уродливой ране, не металл и пластик, а обычная человеческая плоть. Кровь льется на металлопластиковые руки.
Но она стоит на ногах и явно не собирается падать.
— Ха-х, — тишину нарушает равнодушный смешок.
Трио патологоанатомов покинуло свой маленький ад и теперь выстроилось вдоль стены.
— Надо же, — говорит второй из них.
Третий затягивается сигаретой.
— Так ты действительно ангел.
12. Регенерация
— То есть... это еще один Док.
— Да
— А как вы их различаете?
— Тот Док был Доком из аптеки на углу. Этот Док — Док из третьей муниципальной.
— Но все — Доки.
— Как и еще пара сотен по городу. Но не путай с окраинами. Тамошние зовутся Костоправами.
Флай автоматически кивает, привыкая к местным понятиям. Интересная структура. Пара сотен Доков по Аркадии, готовых работать с наемниками, виджиланте, раннерами и, в целом, любой далекой от закона толпой. У Стаи четверо таких знакомых. Одного Флай уже видела, второго скоро увидит, и еще двое... если все пойдет, как сейчас, то их она тоже наверняка встретит.
Фургон подпрыгивает на чем-то, Флай подпрыгивает вместе с ним. Громада Полли у противоположной стены остается неподвижной. Флай прижимает руку к ране, теперь зашитой и перевязанной — спасибо той доброй девушкой из морга — и в который раз прислушивается к ощущениям.
— Будет очень странно, если я скажу, что это... лишь немного больно? — спрашивает она.
Очки временно сняты, так что Флай видит, как Полли задумчиво подпирает щеку рукой.
— Нет, — отвечает он, удивляясь своим же словам. — С ума сойти, я как будто еду рядом с зомби.
Может, удастся договориться с этим «Доком из третьей муниципальной» и пройти сканирование, прикидывает Флай. Хотя с их удачливостью стоит сказать спасибо уже за то, что ребята из морга подогнали им фургон и водителя взамен расстрелянной тачки. Двоюродный брат одного из патологоанатомов сидит сейчас за рулем, и этот фургон вообще-то его рабочий — в нем он развозит мясо «Синтезфуд» по магазинам. В фургоне адски холодно и пахнет химией, но хорошо хоть нет туш — если только не считать черный пластиковый пакет между Полли и Флай.
— Я понимаю, как глупо сейчас прозвучит этот вопрос, но... — Полли трет глаза и устало смотрит на нее. — Но ты ведь не связана с Триадой?
— Нет, насколько я знаю, — Флай удивленно поднимает брови.
— И не общалась с кем-то, кто называл себя Соломенной Сандалией?
— Нет. Такое я бы запомнила.
Полли тяжко вздыхает и снова трет глаза.
— Они что-то сделали с Бергом, — собравшись с мыслями, говорит он. — Что-то, после чего он начал бросаться на своих же ребят. Очень похоже на то, что произошло с тобой, только вот Берг до того общался с этим Сандалией и пил всякие подозрительные пилюли, и...
Флай открывает и закрывает рот. Флай прячет лицо в ладонях. Полли осекается на полуслове и непонимающе хмурится.
— Твою ма-а-ать, — сдавленно, сквозь пальцы, тянет Флай. — В кого я такая невезучая, а? В кого я...
Она стонет, уткнувшись носом в колени.
— Пояснишь?
— Возможно, — Флай поспешно вытирает брызнувшие из глаз слезы.
— Эй-эй, ты в порядке? — Полли механически тянется к ней, но между ними тело, а фургон по-прежнему подпрыгивает и виляет на дороге.
— Я не в порядке, — честно отвечает Флай.
И она была не в порядке еще несколько дней назад, когда вытащила из кармана одного из своих телохранителей таблетку и, не задумываясь, проглотила ее. Подумала, что наркота, и наркота тогда пришлась бы кстати. Временное помутнение, за которое она же себя потом ругала. Флай сбивчиво объясняет все это. Единственная странная пилюля, которую она приняла относительно недавно, была из кармана Павла. Неплохого мужика, в общем-то. Из всех собачек Ирины этот нравился ей больше всех — почти не пялился на нее, не острил не к месту и иногда даже сочувственно
