кивал, если Флай начинала материться на продюсеров, съемки и фанатов.
Мог он быть из Триады или сочувствующих?.. Хорошо подумав, Флай отвечает сама себе — да, вполне мог. Ира не распространялась насчет того, где набирает охрану, но все ее псы были отлично натасканы, знали город как свои пять пальцев и нередко пользовались качественной химией, такой, которую не найти в обычной аптеке.
— Минутку, — говорит Флай. — Скажу наверняка.
В наладоннике бомжа — три пропущенных вызова, все от Иры. Флай кроет себя последними словами и перезванивает.
— Я думала, ты умерла, — голос Иры звучит тихо, приглушенно, но Флай разбирает всхлипывание.
— Нет... Прости, я...
Извинения застревают у нее в горле.
— Погоди. Разве «Эккарт» еще не сделала заявление? Ну, о том, что я жива и что «Эккарт» теперь тоже охотится за мной?
Молчание.
Полли подбирается ближе, Флай тоже подается вперед. Они ждут ответа Иры, замерев над трупом в пакете.
— «Эккарт»? — этот голос уже хорошо знаком. Называется «менеджер очень зол и кто-то сейчас получит по морде». — Как, силы небесные, КАК ты умудрилась посраться еще и с «Эккарт»?!
Хороший вопрос. Флай задается им с момента их нападения.
— Это они начали! Но, Ира, Ира, послушай! Они ничего не сказали? Прошел уже... где-то час с тех пор, как мы...
— Убили восьмерых их людей, — заканчивает за нее Полли. — Напавших на нас, прошу заметить. Обычно корпы объявляют войну после такого.
— Нет, нет! — слышится шум, как будто Ира лихорадочно переключает каналы ТВ. — Все чисто, а я мониторю новости последние сутки...
Полли и Флай переглядываются. Творится что-то странное. То есть... что-то странное творится уже давно, но сейчас это становится еще чуточку страннее.
— И кто это там с тобой? — спрашивает Ира.
— Может быть, познакомлю. Но сначала еще один вопрос... Помнишь Павла? Одного из телохранов?
По тону ее голоса Ира догадывается, что вопрос экстренный, так что думает пару секунд, а потом отвечает, и Флай почти видит ее резкий, короткий кивок:
— Конечно. Жаль парня. Погиб незадолго до твоей последней съемки. Я не хотела тебе говорить, вы ведь нормально общались, а ты и так была не в себе.
— Он из Триады? — спрашивает Полли, потому что у Флай отнимается язык.
— Вроде того, — отвечает Ира так, будто это самое обычное дело — нанимать телохранителей среди мафии. — Это проблема?.. Стоп, не говори мне, что «Эккарт» сейчас охотится на Флай только из-за того, что у нее телохранители работали на Триаду?
— Нет, — вздыхает Полли. — Но их злость сейчас стала немного понятнее. Но... — он поднимает взгляд на Флай. — Но это все равно не имеет смысла. Берг не просто проглотил их наркоту, он прошел через небольшую операцию или вроде того. Ему загрузили базу данных, скорее всего. Ты же не?..
Флай качает головой. Нет, точно, нет. Да в ее графике и не было места под какие-то операции. Никто вообще, кроме Иры и Павла, не знал, что именно она сперла ту таблетку.
— Ира, я же не проходила никаких операций в последнее время? — на всякий случай спрашивает Флай.
Ответ отрицательный.
— Допустим, это какая-то особо хитрая наркота или, я не знаю, чип, присосавшийся к стенкам твоего желудка, — Полли напряженно хмурится. — Через который остатки Триады могут на тебя как-то воздействовать...
— Роевая система? — предполагает Ира. — Вы там в танке, я понимаю, но «Эккарт» уже рассекретила некоторые моменты в работе Триады.
Она рассказывает об этом. То, что Желтый Дракон, Белый Веер и Красный Шест и вправду были... ну, триадой. Сетью, каждый с имплантированной деталью, которая позволяла им сообщаться между собой и действовать как одно целое, когда это требовалось. Сетью под предводительством Дракона, разумеется, и с определенной долей свободы у каждого, но... Если допустить, что это правда, то выходило, что и среди мафиози рангом пониже подобная структура тоже была в ходу? Или, по крайней мере, могла быть.
— Хотите сказать, во мне сейчас передатчик, который, я не знаю, послушал других своих маленьких друзей — и приказал атаковать остатки Креста?
Звучит отвратительно. И маловероятно. Но Флай не может придумать варианта получше. Она молчит, обдумывая эту гипотезу, и на время забывает, что Ира все еще на связи.
— Так, все же кто-то взломал твои мозги, — бормочет она. — Если выясните наверняка, кто это сделал, то мы можем выйти из этого дерьма чистыми и блестящими.
Знакомая деловая хватка. Флай досадливо морщится, узнавая эти нотки в ее голосе — еще не все потеряно, пара звонков, пара взяток, очищенное имя и вот уже Флай и Ира снова в деле!.. Но Флай очень сомневается в этом. Не столько из-за собственных преступлений, сколько из-за того, что появись сейчас перед ней Арк со своими сальными комментариями — и она перегрызет ему горло. Вырвет язык и без чьего-то там приказа у себя в башке.
— Я сильно сомневаюсь, что Аркадия когда-либо снова увидит ее в деле, — и вновь Полли отвечает вместо нее, верно прочитав омерзение на ее лице.
— Нет, правда, ты вообще кто такой? — злится Ира.
Фургон замедляет ход, так что вопрос остается без ответа.
— Доехали или опять спецназ? — Флай быстро надевает очки и хватается за спецовку с логотипом «Синтезфуда», готовая избавиться от нее в любое мгновение и расправить крылья.
Полли молча достает пистолет.
— Да что там с вами происходит? — спрашивает Ира.
Двери фургона открываются, и за ними всего лишь водитель. Флай и Полли выдыхают в унисон.
— Ира, еще раз прости за то, что втянула тебя в это, — торопливо говорит Флай. — Сейчас надо бежать, но позже я тебе все объясню, клянусь. Я надеюсь, что ты в порядке, в порядке ведь? И подожди еще немного, и оставайся в безопасности, береги себя и...
Флай заканчивает долгое и спутанное прощание уже на улице, выпрыгнув из фургона. У больницы, на служебной стоянке, насколько можно судить по каретам скорой помощи вокруг.
И встречает их, видимо, тот самый «Док из третьей муниципальной»... Флай снова не различает лиц и фигур, видит только мутные пятна, но все же улыбается куда-то в сторону ближайшего:
— Спасибо за помощь, Док!
Еще немного, и она станет совсем своей в этом мире наемников и безымянных
