Читаем без скачивания Братство смерти - Эрик Джиакометти

Уже катары, пытавшиеся обосновать свою жалкую ересь, утверждали, будто обладают подлинным Евангелием от святого Иоанна. Обвинив, разумеется, католическую церковь в фальсификации первоначального текста.

Точно такие же слухи поползли, когда король и Папа уничтожили орден тамплиеров. Едва начались аресты, как умы, враждебные закону Божьему, заговорили о преследованиях. Словно эти проклятые рыцари, ростовщики, богохульники, содомиты были тайными хранителями истины более величественной, чем истина божественности Христа.

Огонь в очаге стал угасать. Жеан встал и взял в руки полено, а затем принялся терпеливо разжигать угли. От легкого дуновения они постепенно меняли цвет от кроваво-красных оттенков до желтого, почти золотистого. Цвета золота.

Палач сел. Орден тамплиеров! Он был уничтожен почти полвека назад, но продолжал будоражить воображение.

Он не давал покоя и этому еврею, который перебрался через Пиренеи, чтобы приехать и взойти на костер в самом центре Парижа. И все из-за книги. Этой самой книги.

Он ее обязательно сожжет. Но прежде…

Палач наугад раскрыл книгу. Ангелы с золотыми лицами и красные буквы на мгновение сверкнули в отблеске пламени очага. Может, это и есть подлинная Книга Адама? Прежде чем начать читать, Жеан осенил себя крестным знамением и посмотрел на дверь. Никогда не знаешь… Для всех остальных он не умел ни читать, ни писать.

44

Париж, резиденция масонских послушаний, наши дни

— Дальше ехать некуда…

Ги Андриво вертел в руках компас. Стрелка пересекала воображаемый круг. На письменном столе царил идеальный порядок, как и положено великому секретарю послушания. Совершенная прозрачность. На полках стояло несколько книг. Письменный стол из светлого дерева и постоянно включенный компьютер.

— Не стану от тебя скрывать, эта история дурно пахнет. Через две недели у нас собрание, а эти события обязательно привлекут внимание журналистов. Было бы неплохо обойтись без антирекламы. Ты читаешь газеты?

Марка взглянул на набранные крупным шрифтом заголовки.

Двойное убийство у братьев.

Кровавое масонское убийство.

Эзотерический убийца украл шпагу Лафайета.

Франкмасонский серийный убийца на свободе.

— Мне это нравится, — сказал Марка. — «Франкмасонский серийный убийца на свободе». Это впечатляет. Воображаю, как читатели представляют себе Фрэнсиса Холма в майке или Ги Жоржа[9] в фартуке, поджидающих в темноте свою жертву. Франкмасон-убийца — поистине золотое дно для прессы.

— В этом нет ничего странного. Вскоре нам сообщат о возвращении великого заговора. Сегодня утром я слышал по радио одного криминалиста, который утверждал, будто Джек Потрошитель был масоном. Необходимо поймать этого сумасшедшего. И как можно скорее.

Антуан взглянул через окно на прямоугольник голубого неба. Ему на плечи давил непосильный груз. Но сейчас не время поддаваться слабости.

— Я согласен с тобой. Необходимо установить его личность и схватить как можно скорее. Проблема заключается в том, что нам неизвестны его мотивы. Он убил новообращенного, затем калеку, а потом украл шпагу. Признайся, чтобы понять его логику…

Антуан перевел дыхание, словно говорил слишком быстро. По правде говоря, ему было неловко врать одному из братьев. Но великий секретарь был настолько занят внутренними делами послушания, что не стоило ему сообщать о содержании USB-ключа. Лучше слушать, чем болтать.

— Подведем итоги, — начал Андриво, пользовавшийся в мире масонства репутацией прямого и прагматичного человека. — У нас есть два убийства. Первое, на мой взгляд, было дополнительным. Я имею в виду, что речь идет о средствах, но не о цели. Если этот новообращенный, ждавший в комнате размышлений, был убит в тот самый момент, значит, предполагалось, что великий эксперт придет за ним и сообщит о случившемся братьям. В результате все спустятся вниз, как и произошло на самом деле.

Марка размышлял. Все было не так. Братьев взбудоражило преследование на лестницах. Однако результат оказался таким же. Все собрались возле комнаты размышлений.

— Все, кроме одного! Поля де Ламбра, — мрачно заметил Антуан.

— Разумеется. Очень трудно бежать в инвалидном кресле. И он остался один. Как того и добивался убийца.

Комиссар вновь взглянул на прямоугольник голубого неба, зажатый между свинцовыми крышами и ригелем окна. Тяжелая черная туча разрасталась.

— А когда убийца сделал свое дело, он спустился в музей, украл шпагу и скрылся в подземелье. Он просчитал все. Убил одного, чтобы иметь возможность убить второго. Замечательно…

— Можно подумать, что ты им восхищаешься.

— Вовсе нет, — возразил Андриво. — Просто это как в шахматах: красивый удар.

Вот уж поистине великий секретарь оправдывал свою репутацию: несгибаемый сторонник разума. Быстро и эффективно. Марка покачал головой.

— Значит, по-твоему, хотели убить Поля?

— Ну, ты тоже об этом догадался. Разве нет?

Антуан нерешительно улыбнулся. Но этого было достаточно, чтобы убедить Андриво продолжить изложение собственной теории. Даже франкмасон не в состоянии устоять перед малейшей возможностью предаться интеллектуальному тщеславию.

— Но это же очевидно. Что связывает кражу и убийство Поля? Лафайет. С одной стороны, шпага похищена, с другой стороны — потомок маркиза мертв. Ах! Как много мог бы рассказать Поль де Ламбр… Кстати, тебе удалось открыть USB-ключ?

Антуан отрицательно покачал головой.

— Впрочем, — вздохнул Антуан, — если твоя теория верна, убийца остановится. Теперь у него есть то, что он хотел: вечное молчание Поля и шпага героя американской независимости.

— По правде говоря, — начал Андриво, — похоже, он сильно удивится.

Ошеломленный комиссар прошептал:

— Как это — удивится?

— Если его действительно интересует шпага Лафайета, боюсь, он будет разочарован. Весьма разочарован.

Из лежавшей на столе папки Ги Андриво вынул фотографию.

— Вот шпага, которой владеет музей. Вернее, владел. Ничего не замечаешь? Неужели ты думаешь, что такой дворянин, как маркиз де Лафайет, отправился бы воевать с англичанами на другой конец света, взяв парадную шпагу, инкрустированную перламутром?

«Разумеется, — выругался про себя Антуан, — об этом стоило подумать раньше».

Он вспомнил, что Поль специально выделил слово «настоящая».

— Конечно, маркиз увез с собой на войну вовсе не парадную шпагу. Значит, есть другая. К несчастью для убийцы, но и к нашему несчастью, поскольку мы потеряли перламутровую шпагу, жемчужину нашего музея. Хорошо еще, что он не украл другую бесценную вещь, акт Вилемсбадскихсоглашений 1782 года…

— Хорошо — за исключением того, что он охотился за настоящей шпагой Лафайета и поэтому пошел на два убийства. А когда он поймет…

Ги Андриво так и подпрыгнул.

— Ты хочешь сказать, что он снова начнет убивать?

— Да. И поэтому нам необходимо найти подлинную шпагу раньше него. И как можно скорее.

Во внутреннем кармане пиджака Марка зазвонил телефон. Он сделал знак Андриво и ответил на звонок, в то время как его собеседник склонился над фотографией. Знакомый голос с раздражением произнес:

— Ну наконец-то! Я оставила сообщение на твоем автоответчике… Знаешь, как ты вел себя вчера вечером? До чего же ты жалкий тип! Я попросила тебя об услуге, об одной-единственной услуге. Просто прийти на ужин. Это так много значило для меня. Это очень важно, а ты…

— Изабель, я…

— Не прерывай меня. Ты настоящий… ублюдок! Ты с удовольствием сыграл злую шутку с моей подругой графиней и с важными для меня людьми.

— С важными людьми… Ты права, я отправлю извинения за подписью великого магистра. Пойдет?

— А-а! Оставь свою иронию, которая уже наделала столько бед! Это мои друзья, Антуан! Понимаешь, Антуан? Мои друзья!

— В таком случае найди лучшего любителя повыпендриваться, чем твой бывший муж. У меня не тот профиль. — Антуан вздохнул. Он многое отдал бы, чтобы закончить разговор. — Послушай, Изабель, давай не будем спорить…

— Я тебя предупреждаю. Твой сын придет к тебе завтра вечером. Постарайся воздержаться от своих жалких шуток. Ты уже испортил мою жизнь, так не порть его!

Раздался резкий щелчок. Она положила трубку.

Андриво сочувственно смотрел на комиссара.

— Ты закончил? Мне в голову пришла одна мысль по поводу шпаги Лафайета, пока ты улаживал семейные проблемы. В прошлом месяце на закрытом заседании у нас выступал один лектор. Он не франкмасон, но вполне достоин им быть, поскольку… Одним словом, замечательная лекция. И знаешь, на какую тему? «Франкмасон Лафайет»…