class="p1">— Не смейте хамить!
— А никто и не хамит. Показывай документы, пока я не задержал тебя для установления личности!
Дама метнула на него яростный взгляд, но на этот раз сдержалась и полезла в сумочку за паспортом.
— Держи, — сквозь зубы процедила она.
Швабрин довольно улыбнулся и раскрыл паспорт. Небрежно пролистав, он закрыл его, но оставил у себя в руках.
— Так, значит, Татьяна Львовна Васина… А что это за склад?
— Этот склад арендует моя фирма «Вест-контракт».
— Наркотиками приторговываете?
Как ни странно, но эта фраза вызвала обратный эффект — дама усмехнулась и покачала головой.
— Нет, господин Швабрин, этот номер у вас уже не пройдет — опередили.
— Не понял?
— Долго объяснять, а у меня нет времени. Какие еще претензии?
— Нам придется осмотреть помещение склада, — заявил Швабрин, оглядываясь на Тулембеева.
— Прекрасно, — неожиданно согласилась дама, — осматривайте. А я пока позвоню Никодиму Трофимычу Деркачу — знаете такого? Кстати, всего несколько дней назад у меня уже были руоповцы, после чего Никодим Трофимович лично принес мне свои извинения и даже оставил телефон, предложив звонить, когда потребуется… Идите, осматривайте, что же вы стали?
Она достала из сумки мобильный телефон и, держа его в руках, иронично посмотрела на Швабрина.
Тот скрипнул зубами и пробормотал нечто невнятное.
— Простите? — вежливо переспросила дама. — Что вы сейчас сказали?
— Я говорю — все в порядке, претензий больше нет… Ага, нет есть! А ну иди сюда!
Как назло, именно в тот момент, когда старлей мучительно подыскивал повод, чтобы с достоинством ретироваться, из склада вышло несколько рабочих, в одном из которых Швабрин мгновенно узнал свою недавнюю жертву.
— Иди сюда, Гринев, я кому сказал! — грозно повторил старший лейтенант. — И не вздумай бежать!
Сергей Гринев медленно, озираясь на своих коллег, нехотя приблизился к Швабрину.
— Что вам от меня надо?
— Садись в машину, поедем в отделение разбираться.
— Да в чем разбираться-то?
— Садись в машину, пока наручники не надел!
— Могу я узнать, в чем провинился мой рабочий? — вежливо осведомилась дама.
— Тайна следствия, — отворачиваясь от нее, буркнул Швабрин и подтолкнул Гринева к машине.
Тот умоляюще оглянулся на женщину, тяжело вздохнул и забрался в салон. Тулембеев быстро уселся рядом, Швабрин — на переднее сиденье.
— Попался, вражина, теперь ты от нас никуда не денешься, — зловеще процедил он, оглядываясь на бледного Гринева.
— Кажется, я и не скрывался, — пробормотал тот, тщетно стараясь сохранить самообладание.
— Ну, а теперь и не скроешься. Сегодня я в настроении и статью тебе точно найду.
— Да что вы ко мне привязались?
— Это что за здание? — неожиданно спросил Тулембеев, когда машина покатила обратно.
— А я откуда знаю? — удивился Гринев.
— А это что за улица? — подхватил игру Швабрин.
— Кажется, Вавилова.
— А вон та?
— Не знаю.
— А это кому памятник?
Гринев понял, что его намеренно провоцируют, стремясь вывести из себя.
— У вас что — план по задержаниям недовыполнен? — глухо спросил он.
— Был недовыполнен, — охотно согласился Швабрин, — а с тобой — в самый раз. Ты вспомнил телефон той телки, о которой мы с тобой прошлый раз говорили?
— Не сходите с ума! — тяжело вздохнул Гринев, чувствуя, что подобная просьба в первую очередь относится к нему самому. — Я вам уже все сказал еще тогда — я не знаю ту злосчастную девицу.
— Продолжаем запираться, значит? — немедленно сделал вывод Швабрин и гнусно осклабился. — Придется поговорить по-другому.
— Давайте поговорим как нормальные люди, — предложил Гринев, начиная все больше волноваться. Сейчас они приедут в отделение, заведут его в кабинет и начнут бить. А потом еще запрут в КПЗ, а у него клаустрофобия! Кажется, они по закону имеют право держать его трое суток — столько времени он просто не выдержит! — У меня недавно пропала любимая женщина, которая жила по соседству со мной и которую я любил всю свою жизнь. Меня уже допрашивал следователь, сейчас ее усиленно ищут. Вы представляете себе мое состояние, ведь я даже объявление составил о ее розыске! Ну, будьте же людьми, я и так на храни срыва!
— Бабенка, говоришь, пропала, — немедленно откликнулся Швабрин. — Наверное, такой же сексуальный маньяк, как ты, орудовал. Как минимум, без изнасилования не обойдется — это я тебе авторитетно говорю.
— Не смейте, — даже не потребовал, а попросил Гринев.
— А чего там сметь? — беззаботно откликнулся старлей, настроение которого явно улучшилось.
— Отпустите меня, — жалобно попросил Гринев, решив, что в настроении оперативника произошла перемена.
— Да достал ты своим нытьем! — неожиданно рявкнул Швабрин, и, повинуясь его команде, Тулембеев нанес задержанному короткий и сильный удар под дых, от которого тот мгновенно охнул и согнулся, стукнувшись лбом о подголовник переднего сиденья…
Глава 13. Опознание
Найти пейджинговую компанию, имеющую в номере своего телефона четыре четверки, оказалось предельно просто — на весь город она была только одна. Прижогин немедленно отправился туда, выяснил, что образована компания была недавно, клиентов имела не слишком много, а потому номера всех ее абонентов начинались с единицы.
Предъявив служебное удостоверение, он зашел в кабинет генерального директора и объяснил ему цель своего визита. Однако директор — молодой, тучный и солидный парень лет тридцати — наотрез отказался предоставлять какие-либо сведения о своем клиенте под номером 13899.
— Кроме того, — заявил он, — у нас все равно нет адресов наших клиентов!
— Да, но у вас есть их расчетные счета, с которых вы получаете деньги за свои услуги, — заметил следователь.
— Но эти счета — наша коммерческая тайна.
— Я веду следствие по очень важному делу. Два человека убиты, еще два пропали без вести!
— Да? — директор был озадачен. — Простите, я не думал, что все так фатально. И вы подозреваете абонента 13899?
— И очень серьезно подозреваю! — заверил Прижогин, после чего немедленно получил номер расчетного счета в одном из отделений московского банка «Терминал». Более того, ему крупно повезло. Как объяснил гендиректор, приходящие сообщения передаются абонентам и нигде не фиксируются, однако именно в тот момент, когда следователь находился в помещении фирмы, на номер 13899 с интервалом в десять минут пришло сразу два сообщения.
Прижогин внимательно с ними ознакомился. Жаргон, на котором они были составлены, не оставлял ни малейших сомнений в том, кому принадлежало авторство:
«Братан, с козлами разобрались, наезд отменяется. Вялый».
«Бабки получены, так что все хоккей, в натуре. Мокроступ».
Вежливо поблагодарив и договорившись о том, что дальнейшие сообщения будут немедленно пересылаться на его собственный пейджер, Прижогин покинул помещение фирмы и поехал на Петровку. По пути он размышлял о том, как поступить дальше. Послать сообщение, составленное в соответствующем духе,
