а я там веселюсь.
Блин! Зависаю, не решаясь надеть шарф.
А что если… С ним остаться отметить? Ну, мужчина он неплохой. Ладно, очень хороший… Да и я не против с ним отметить! Да и оставить не могу. Нельзя так праздник справлять. Сухо, пресно.
А как же подруги?
Да мы с ними каждый год!
Ничего не меняется!
Поедим, поугараем над парнями в Тиндере. А дальше… Напьёмся? И будем говорить о бывших. А зная себя — я буду говорить о том, какой Марат говнюк. Ну, ведь да? А говнюк он, потому что в голове моей засел и…
Кажется, я к нему неравнодушна. Влюбилась, что ли?
Машу головой.
Да ну!
Тогда почему я сейчас снимаю шапку? Опускаю её на тумбочку? Скидываю сапоги?
— Забыла что-то? — выгибает вопросительно бровь. Забыла. Забыла мозги включить и сейчас всё сердцем делаю.
— Нет, — отрицательно мотаю головой. — Решено. Празднуем этот Новый год вместе! Для начала нам нужно немного приукрасить это место, — серьёзно осматриваю стены слишком уж холодного помещения. — Но боюсь, я и к завтрашнему дню не управлюсь, если всё буду гирляндами обвешивать.
— Варь, если у тебя дела — езжай, — рядом раздаётся голос Марата. Нет, никуда не уеду. Поэтому игнорирую его слова.
— Где праздновать будем? Не на кухне же? — упираю руки в бока. Делаю вид, что не слушаю его.
— Где хочешь, — кажется, сдаётся.
— Тогда в зале, — решаю всё за него и как раз направляюсь в роскошную гостиную. Снежка её любит, потому что тут очень просторно и уютно. Моя любимая комната! Тут есть телевизор, и мы сможем под бой курантов загадывать желания…
— Так, — поворачиваюсь к Багирову, завершив осматривать площадь работы. Стоит, смотрит на меня с неподдельным интересом. Скрестив руки на груди, ждёт от меня ответа. Да ещё с таким видом, будто я ему что-то должна.
— Ближе к ночи притащим сюда стол, — командую. — Я пойду сейчас готовить, а ты будешь украшать комнату. А ещё… Нам нужна ёлочка!
Радуюсь на месте. Потому что очень много лет уже не покупаем ёлку, а здесь появилась отличная возможность! Мама говорит, что это пустая трата денег. Я с ней согласна. Но Марат миллиардер или нет? Тыщу на ёлку зажмёт?
— С тебя ёлка, — прохожу мимо и невольно опускаю ладонь ему на грудь, желая поддерживающе похлопать по ней, но отчего-то зависаю, дотрагиваясь до его тела.
Сглатываю и сама не понимаю, что делаю. Только тогда, когда гореть вся от взгляда его начинаю, мозг начинает думать.
И быстро, пока он ничего не понял, срываюсь с места и собираюсь пойти на кухню.
Но Марат моих планов не разделяет!
Неожиданно обхватывают мою талию своей сильной ручищей и притягивает к себе. Одним своим поступком глаза мои в блюдца превращает и воздух из лёгких выбивает.
— Так, успокойся, хозяюшка, — насмешливо произносит сверху. А я краснею и чуть ли не пальчиком по футболке у него ковыряю.
Да почему я постоянно рядом с ним смущаюсь?! Он как что ни скажет — я сразу в краску!
— Я еду заказал. Не надо ничего готовить, силы тратить.
Оу, ну если заказал…
— Максимум, что мы можем — украсить комнату, — пальцы сильнее на спине сжимаются. — Ёлку куплю. Можешь нам пока что-нибудь перекусить приготовить? Я умираю с голоду.
Активно киваю, лишь бы он отпустил меня!
Этот довольный жук словно читает мои мысли, отпускает и выходит из зала, подпевая себе под нос какую-то песню. А я выдыхаю. Наконец-то. У меня будет час, чтобы взять себя в руки и перестать так дёргаться от Марата.
Глава 16
— Держи свою ёлку, — с красным от мороза носом Марат ставит длинную и пушистую елочку в подставку. Запах хвои стремительно забирается в нос, и я ловлю такой нереальный кайф… Ещё мандаринов не хватает! Но они в холодильнике. — В жизни больше не поеду за ней.
— Да ладно тебе, — бубню под нос. — Иди покушай лучше. Добрее станешь. А я пока займусь украшением.
Обвожу комнату взглядом, прикидываю, что и куда повесить. Кое-что я нашла в кладовке, а новые украшения привёз Марат вместе с ёлкой.
Я иду за стулом. Сперва украшаю тёмные шторы гирляндой с холодным светом. Кое-где развешиваю мишуру. Ставлю всякие статуэтки на полочки. Вдыхаю запах ёлки и чувствую приближение праздника.
Но ещё не всё готово!
Веночек на двери, а вот… Надо бы ещё на этот потолок наклеить что-нибудь… Интересно, без стула дотянусь? Тут чуть-чуть. Беру мишуру, встаю на носочки, а дотянуться не получается. Кто придумал тут такие высокие потолки?
Нет, Варя, просто ты маленькая.
— Давай помогу, — слышу за спиной чарующий голос. О, как раз вовремя. Думаю, вручу ему, чтобы не идти за стулом, и закончим. Но вот только я слышу подозрительное… — Держись.
А в следующее мгновение чувствую на своих бёдрах его руки.
— Ноги раздвинь, недотрога, — усмехается так, что мне плохо становится.
Что?!
От страху делаю то, что он говорит.
И через секунду… Между ног ныряет голова, а я оказываюсь у него на плечах. Точнее, на шее. Мама, я не знаю, но что он делает?!
Марат выпрямляется, а я хватаюсь за его голову, чувствуя, как кружится голова.
— Юбку свою убери. Я ж не вижу ничего. Свалимся, и капец.
Я быстро убираю юбку с его макушки и не шевелюсь, боясь упасть. Дышать лишний раз страшусь.
Зачем он это сделал?! Я же… Я же всё чувствую. И ногами, и руками, и…
— Я могла взя-ять сту-у-ул, — плачу у него на плечах, не в силах пошевелиться. Буквально держусь за него до белых костяшек. Если я проломлю ему череп — он сам виноват.
— Не беспокойся, я удержу, — в доказательство своих слов стискивает пальцы на бёдрах. — Хотя мне больше нравится, когда девушка подо мной, а не сверху, — издаёт смешок.
Нет, он точно меня в могилу своим юмором сведёт!
— Ну, ты чего застыла?
— Я пошевелиться не могу-у-у! — чуть не вою.
Да попробуй тут пошевелиться!
Нет, с этого дня я официально перестаю носить юбки. Придурок-придурок!
Быстрее вешаю чёртову мишуру с дождиком на потолок, приклеивая скотчем, и истошно воплю:
— Отпуска-а-ай!
— А мне и так нравится, —
